– Почему?
– Ты приводишь меня в восторг, – шепнул Бич на ухо. – Мне хочется целовать тебя с головы до пят, а затем в обратном порядке, но я не доверяю себе.
Шеннон, трепеща, посмотрела в сверкающие серебряным блеском глаза и почувствовала, что ее сердце может вот-вот остановиться.
– Мне тоже хочется целовать тебя… всего, с головы до пят… У тебя очень красивое тело… здоровое и крепкое, и…
Теплые мокрые пальцы Бича легли на губы Шеннон, прервав поток ее слов.
– Не надо больше, сладкая девочка… Ты заживо сжигаешь меня.
Ласково коснувшись подбородка, он не спеша убрал руку.
– Я не намерена тебя сжигать, – все так же шепотом ответила девушка. – Я даже не знаю, как это делать. Ты научишь меня, Бич? Как сделать мир радужным и сверкающим всеми красками?
– Нет, – решительно сказал Бич. – Разве ты не понимаешь? Я не могу.
Глава 18
Бич закрыл глаза, чтобы справиться с желанием, которое жгло и корежило его тело. Того, что он хотел больше всего на свете, он не должен был, не имел права брать.
Открыв глаза, он увидел боль и смятение во взгляде Шеннон.
– Я слишком тебя хочу, чтобы доверять себе, – хриплым голосом сказал Бич. – Это впервые. Раньше у меня не было проблем с тем, чтобы уберечь женщину от беременности.
Шеннон нервно вздохнула:
– Я не совсем понимаю…
– Я могу взять женщину и при этом не сделать ее беременной, – деловым тоном объяснил Бич. – Я должен лишь задержать приход наивысшего удовольствия до того момента, когда я покину ее лоно.
– Ах, вот оно что, – похоже, Шеннон напряженно пыталась осознать услышанное. – Кажется, я начинаю понимать.
Глядя на сосредоточенное, невинное выражение лица молодой вдовы, Бич не знал, смеяться ему или ругаться.
– Но есть некоторая тонкость… Если у женщины наступают дни, когда она способна зачать, я не иду на такой риск.
– Это что за дни?
Бич слегка смежил веки. В свете лампы его густые ресницы казались золотистыми.
– Тебе хоть что-нибудь твоя мама рассказывала? – произнес наконец Бич, когда к нему вернулся дар речи.
– Например?
– Например, о том, что у женщины самая большая вероятность забеременеть в середине их месячного цикла.
На щеках девушки вспыхнул румянец, и дело тут было не в горячей воде.
– Ах, вот как… Гм… Нет, она ничего мне об этом не говорила, – смущенно пробормотала Шеннон.
Бич выдержал паузу. Но Шеннон ничего больше не добавила.
– Когда у тебя в последний раз были месячные? – напрямик спросил Бич.
Шеннон поперхнулась и зажмурила глаза.
– У меня раньше был Молчаливый Джон, а сейчас – Болтливый Бич, – проговорила Шеннон.
– Все-таки когда у тебя в последний раз были месячные? – повторил вопрос Бич. Тон его был весьма решительный.
– Они… прекратились вчера вечером, – выпалила после паузы Шеннон.
Бич испытал новый прилив необоримого желания.
– Говоришь, вчера вечером? – хрипло сказал он.
Бич улыбнулся и лизнул языком ухо Шеннон.
– Я и не подозревал, что женщина может краснеть от груди до лба, – сказал Бич.
– Это от горячей воды, – предположила Шеннон.
В ответ Бич тихонько засмеялся. Когда Шеннон смущенно пошевелилась в воде, она соприкоснулась животом с возбужденной мужской плотью. Услышав, что Бич застонал, она замерла.
– Прости! – извинилась она. – Я не хотела сделать тебе больно.
– Ты и не сделала.
– Но ты застонал.
– Ты тоже стонала, когда мы находились во время дождя под брезентом… Разве тебе было тогда больно?
Это воспоминание обожгло девушку.
– Нет, – прошептала она. – Я и не подозревала, что может быть так… сладко. А неужели тебе может быть так же приятно?
– Да, – просто сказал Бич.
– Каким образом?
Зажмурившись, Бич сделал глубокий вдох, чтобы хотя бы отчасти обуздать свою страсть.
– Давай начнем с поцелуя, – предложил он. – Тебе нравятся поцелуи?
– Очень! Давай!
– Начали, – коротко, сказал Бич и нагнулся к лицу девушки.
Шеннон почувствовала, как к ее губам прижались губы Бича, а между ними проник упругий бархатный язык. Голова у нее закружилась.
Шеннон приподняла лицо вверх и еще сильнее приоткрыла рот. Она обвила руки вокруг шеи Бича, запустила пальцы в густую копну волос на затылке и крепко притянула к себе его голову.
Бич ответил на это еще более крепким объятием и долгим поцелуем. Шеннон ощутила, как вздрогнуло его тело, после чего Бич ослабил объятия.
– Бич, что случилось? – заволновалась девушка.
– Ты бросила меня в жар.
Шеннон посмотрела вокруг, увидела пар, поднимающийся над бассейном.
– Может, нам лучше выбраться из воды?
Бич нашел в себе силы засмеяться.
– Дело не в воде, – пояснил он. – Дело в тебе… Кажется, я всегда тебя хотел. Ты всегда сжигала меня живым даже в моих снах.
Во взгляде Бича было нечто такое, что не позволяло Шеннон даже сделать вдох.
– Значит ли это, что ты позволишь ласкать тебя? – шепотом спросила она. – В любое время… Где угодно… Как тебе захочется.
«А в общем, я дурак, что позволяю это», – подумал Бич.
Но вслух этих слов не произнес. Ему отчаянно хотелось снова ощутить прикосновение нежной девичьей ладони к своей плоти.
Не спуская глаз с лица Бича, Шеннон прошлась ладонями по его плечам и груди, задержалась на плоских мужских сосках.
Опустив веки, Бич наблюдал за Шеннон, чувствуя, как сладостные волны удовольствия пробегают по его телу.
Со счастливой улыбкой Шеннон гладила и ласкала мужское тело, начиная со лба и кончая могучими бедрами, любовалась его смуглой кожей и серебристым отливом глаз. Затем, повернув голову, лизнула языком нижнюю часть шеи, как это сделал бы любопытный и шаловливый котенок.
Тело Бича вздрогнуло. Что-то пробормотав, Шеннон скользнула языком дальше. А затем полностью отдалась ей самой непонятному желанию и стала языком и губами прикасаться ко всем чувствительным точкам шеи.
– Ты солоноватый, – сказала она. – Мне это нравится. От этого мне еще больше хочется прикасаться к тебе губами.
Воздух с хрипом вырвался из груди Бича. Он положил ладони на затылок Шеннон, побуждая ее продолжить свои исследования.
– Бич! – позвала она.
– Твои зубки! – произнес он хрипло. – Хочу почувствовать твои острые зубки.
Еще несколькими минутами раньше Шеннон бы заколебалась. Но не сейчас. Она была готова подарить Бичу столько ласки, сколько он способен взять. Она пригнула подбородок к самой поверхности парящей воды, приоткрыла губы – и осторожно сжала зубами упругую подушечку вокруг соска, исторгнув из груди Бича тихий стон.
– Бич! – снова позвала она.
– Сделай еще так, сладкая девочка. И посильнее.
