том, как сам помирился с тренером или учителем после разлада. Таким образом, объяснил я, мы пришли к выводу, что учителя и тренеры должны принимать на себя ответственность за отношения с подопечными. В эту минуту один отец возмущенно вскинул руку. «Извините, — начал свою жалобу он. — А как же воспитание силы воли? Как, по-вашему, мальчики вырастут активными и независимыми, если мы будем с ними нянчиться?» Я понимал встревоженность родителей по этому поводу; более того, я сам боялся, как бы наше исследование не испортило мальчишек еще сильнее. Я ответил: учителя должны извлечь два урока из нашего исследования.
Во-первых, неспособность мальчиков брать на себя ответственность за отношения — это отправной пункт, а не точка назначения. И мы сами воспитываем мальчиков такими. Учителя не должны затаив дыхание ждать, пока ученик заговорит, поможет или извинится за ошибку. Если отношения не складываются, только взрослый, знающий человек может решить проблему — по умолчанию.
Во-вторых, недостаток активности со стороны мальчиков в сложных ситуациях общения логично объясняется подготовкой к жизни в обществе. Если педагоги не поменяют свой подход к мальчикам, то постоянно будут сталкиваться с проблемами. Дело не в том, что у мальчиков от природы нет способности к примирению. Большинство из них просто-напросто неопытны, из-за чего на пути к примирению возникает слишком много препятствий.
Подход, мешающий мальчикам обучиться здоровому общению, влияет и на успеваемость. Разницу в успеваемости между представителями разных полов можно объяснить следующим образом: многим мальчикам неинтересно учиться. Поскольку образование — это партнерство, необходимо активное участие ученика. Преподаватели могут уговаривать учеников, принуждать их и угрожать, однако мальчик в конце концов просто скажет: «Я не желаю у вас учиться». Благодаря своему исследованию мы обнаружили, насколько сильно взаимоуважение влияет на мотивацию мальчика.
Стоит только признать, что почти любому мальчику поможет преданный учитель, чей эмоциональный долг поддерживается родителями, то проблема обнаружится в системе преподавания — а не в отдельном мальчике или даже отдельном педагоге. Множество ребят не справляется с учебой — это камень в огород взрослых, а не детей. Родители, учителя, тренеры, наставники — те, кто находится в контакте с мальчиками, — должны принять участие в нашей игре. Только если мы будем руководствоваться верными представлениями о мальчиках — что они обучаются благодаря взаимоотношениям (и сами по себе вообще нуждаются в общении), — у нас получится создать подходящую образовательную модель. Подход к образованию оправдан и в вопросах заботы о мальчиках, а также их развития.
Так что же мешает нам сделать все правильно? С одной стороны, довлеют устаревшие представления о мальчиках; представления, которые никогда не работали, однако тесно связаны с культурной мифологией. С другой стороны, взрослым не хватает поддержки — помощи знатоков и педагогов, чья работа основана на поддерживаемых наукой концепциях, а не на идеологии или псевдонауке и которые желают мальчикам добра. Наши понятия о мальчиках искажены мифами и ошибочными мнениями.
А от того, как мы видим мальчиков, зависит их восприятие своей жизни и мира вокруг. Молодые люди оказываются на перепутье: движение за равенство признало привычные нормы устаревшими. Однако мальчикам сложно самим уловить новые настроения — отчасти из-за того, что дети не получают четких указаний по поводу своей роли. Барбара Рисман, социолог из Иллинойсского университета в Чикаго, назвала «гендерную дезориентацию» одной из проблем, с которой сталкиваются миллениалы, и разделила молодых людей на четыре группы в соответствии с реакцией на проблему: «защитники», «странники», «инноваторы» и «мятежники». Самая крупная группа, «странники» — «неуверенные в себе», — воплощает неоднозначность современного положения дел.
«Защитники», как и некоторые «странники», предпочитают держаться традиционных норм, невзирая на их несостоятельность. Слепую верность выказывают такие мыслители, как Джордан Петерсон, психолог из Университета Торонто, автор книг и оратор, выступающий в поддержку мнения, будто «дух мужества под угрозой», для борьбы с которой он предлагает вернуться к «вечным ценностям»1. Однако предложенные им 12 правил жизни («Правило № 1: Иди по жизни, широко расправив плечи») представляют собой пересказ стереотипных представлений о мужчинах, он не поможет молодым людям творчески подойти к насущным проблемам в школе, на работе, в романтических отношениях и семье2.
С 1980 года подавляющее большинство людей считает высшее образование важным показателем. Как выявила группа экономистов, с сокращением рабочих мест на заводах и фабриках мужчины, не осознающие экономический потенциал образования, все реже находят себе партнеров. Внебрачные дети сейчас рождаются как никогда часто — они составляют 40 % всех детей, появившихся на свет за последнее время; кроме того, наблюдается общий спад по таким показателям, как заключение браков и рождаемость. Согласно еще одному экономисту, Дэвиду Отору из Массачусетского технологического института, «мало кто пожелает выйти замуж за парня, который экономически недееспособен в любом отношении; слишком уж это сомнительная затея»3.
Раз за разом авторы рассеивали сомнения по поводу того, куда может привести мальчика низкая успеваемость, мещанское существование с регулярными видеоиграми и выпивкой с однокурсниками или объективизация женщин.
Однако некоторые молодые люди до сих пор выбирают такой путь. Как обнаружили социологи Джоанна Пепин и Дэвид Коттер, паника по поводу «места мужчин в обществе» вынудила многих избрать «символическую мужественность». Ученые пишут: «Через двадцать лет после того, как права полов уравнялись, старшеклассники в основном начали придерживаться более традиционных представлений о семье, когда главную роль играет муж, а женщина берет на себя обязанности по хозяйству»4. Доктор Дэн Кассино, политолог из Университета Фэрли Дикинсона, изучая быт семей, где жена и муж зарабатывают примерно одинаково, заметил следующее: «Мужчины отыгрываются на женщинах, активно напоминая им о важности их традиционных обязанностей»5.
Уязвимые и потерянные, юноши могут окончательно запутаться. Я впервые услышал о движении инцелов тогда, когда возмущенный двадцатичетырехлетний парень по имени Эллиот Роджер, описавший себя как «убийца-девственник», убил шестерых и ранил еще четырнадцать людей в 2014 году в Калифорнии. Перед расправой он разглагольствовал на YouTube о том, что одинок и ни разу не занимался сексом: «Жизнь так несправедлива: девушки меня не хотят»6. Его взгляды получили широкое распространение среди участников интернет-сообщества, мучимых невольным воздержанием. В апреле 2018 года молодой человек лишил жизни случайных прохожих, выехав на тротуар на своем фургоне в центре Торонто. Алик Минасян также винил в своих бедах женщин и феминизм и предупреждал мрачным постом в Facebook: «Восстание инцелов уже началось!»7
Если инцелы молятся на близкие отношения с женщинами, то есть схожая с ними группа, проповедующая прямо противоположное. Движение MGTOW (от англ. «Men Going Their Own Way» — «мужчины, идущие своей дорогой») состоит из мужчин, избирающих
