Безработный менеджер несмело заглянул.
Это была палата человек на двадцать. Половина пациентов ковыляла на костылях, вторая половина лежала на кроватях в разных позах — то с поднятой на сложной конструкции ногой, то с загипсованным плечом.
Эрнста удивило, что в палате вместе лежали очень разные дети: и мальчики, и девочки в возрасте от десяти до пятнадцати.
Мальчик, позвавший Эрнста, подковылял к нему на костылях, осторожно передвигая правую ногу в толстом гипсовом сапоге.
— У нас случилась небольшая авария! — Мальчик неопределённо кивнул на кровать, вокруг которой были задёрнуты шторы. — Нам нужна медсестра, а она куда-то ушла.
— А кнопки вызова ни у кого не работают! — Пухлая девочка, лежащая на ближайшей кровати, в подтверждение понажимала кнопку у изголовья.
— Мариванна ушла в другой корпус! — закричали одни.
— Нет, на другой этаж! — закричали другие.
— Вы не поможете нам её найти? — спросил с надеждой мальчик на костылях. — Никто из нас сам до другого корпуса не доберётся.
Эрнсту очень не хотелось идти в другой корпус, искать там Мариванну, которой там может и не быть. И он спросил:
— А на вызов кнопки медсестра ответит?
— Да, у неё в кармане больничный коммуникатор!
Эрнст огляделся и увидел возле двери коробочку беспроводной станции. Прежде чем стать менеджером, он был бакалавром инженерных наук. Может, в распределяющей коробке какая-то неисправность, которую можно починить?
Он подошёл к станции, порылся в карманах, ничего не нашёл, но сумел ногтем поддеть крышку коробки. Эрнст быстро понял, что провод от блока питания попросту отскочил. Прикрепил провод и сказал:
— Нажмите кто-нибудь кнопку.
Кнопку нажало сразу человек десять, и звон огласил здание.
— Ура! Сейчас Мариванна придёт!
Медсестра действительно примчалась как на пожар:
— Что за шум?
Полная, энергичная Мариванна могла делать сразу кучу дел: она выключала звонок, слушала хоровые объяснения ребят о том, кто починил им сигнализацию, заглядывала за занавески, где случилась небольшая авария, шагала в подсобку за какими-то нужными припасами, выводила Эрнста на улицу и просила его подождать.
Пока слегка ошалевший Эрнст отдувался от такого смерча активности, Мариванна уже выскочила на крыльцо и вступила в переговоры:
— Так вы не родитель и не проведать пришли? Дети попросили? Местный? Два часа ходьбы? ХОДЬБЫ? Ага, пособие, понятно.
Была у этой Мариванны какая-то внутренняя сила, которая заставила Эрнста признаться во всём: и в увольнении, и в бедности.
— Раз вы в сигнализации разобрались, то, может, и тиви-систему посмотрите? Она включается самопроизвольно раз в неделю, а детям скучно каждый день.
— Я не занимался тиви, — пожал плечами Эрнст.
— Думаю, можно посмотреть, — вдруг влез советчик. — Я знаю эту систему.
И Эрнст два часа провозился с тиви-экраном. Там был целый букет проблем. Они сложным образом взаимодействовали друг с другом, но с помощью советчика — за знание всего и вся Эрнст невольно стал называть его Советником — всё закончилось благополучно.
Тиви-экран засветился, вызвав у детей приступ восторга. Больше всех радовалась чернявая остроглазая девочка, кровать которой была раньше занавешена шторами.
Дети смотрели на Эрнста как на Деда Мороза, который творит настоящие чудеса.
Эрнсту это было очень приятно. Он вдруг почувствовал такую степень нужности, какая и не снилась менеджеру не только среднего, но и высшего звена.
Он грубовато-ласково прикрикивал на расшалившихся хромающих пацанов и учил их настраивать довольно старый экран.
Его стали звать «дядя Эрнст».
Мариванна посмотрела на результаты работы Эрнста, потом поманила его за собой.
— Хотите у нас работать? Неофициально. На полную ставку у меня нет денег, а вот так — подсобить, сколько сможете. Руки и голова у вас есть.
Мариванна вытащила банкноту в полсотни и вручила Эрнсту. Тот машинально взял.
— Кое-какие спонсоры у нас есть, а вот людей, готовых выносить горшки и чинить электропроводку, — нет. Я ничего не сообщу на биржу труда, так что вы сможете получать своё пособие.
Вдруг в беседу влез Советник:
— Вы нарушаете закон, платя неучтённые наличные деньги за услуги безработного человека.
Мариванна отмахнулась:
— Пошли они к чертям со своими законами! На мне одной пятьдесят детей и ни одного человека-помощника. Роботы — старьё, их опасно подпускать к детям — того и гляди эти железяки сами упадут и покалечат кого-нибудь. Видеокамеры наблюдения есть, но у меня нет времени глазеть на экраны, а больничный мозг — полная рухлядь!
Эрнст задумался. Всё оборудование в палате и в здании носило признаки обветшалости и запущенности. Человеческих рук в санатории действительно не хватало. Советник доказал, что он может служить прекрасным консультантом по любому оборудованию. С его поддержкой можно было многое тут сделать.
А самое главное: благодарная реакция детей была тем лекарством «нужности», без которого измученная душа Эрнста совсем захирела.
— Почему у вас мальчики и девочки в одной палате? — вдруг вспомнил Эрнст своё удивление.
Мариванна зло сказала:
— Потому что это дети Интерната, а значит — никому не нужные дети. Спальня мальчиков в аварийном состоянии, а денег и рук на ремонт нет. Вот и приходится их держать вместе. Это золотые ребята, они терпят и тесноту, и неудобства, но мне самой за это безобразие стыдно. Так вы поможете нам?
Эрнст кивнул и покосился на браслет. Советник пробурчал:
— Несмотря на то, что вы совершаете противоправный сговор с целью обмануть государство, я тоже помогу детишкам. Я заменю больничный мозг при анализе видеонаблюдений, а также попробую взять под контроль максимальное количество больничных роботов. Когда они поумнеют, то станут безопаснее. Хотя ремонт для них нужен немалый.
— Кто это у вас такой головастый? — спросила Мариванна, уставясь на часы.
— Сам не знаю, — пожал плечами Эрнст. — Получил вместе с пособием. Зовёт себя советчиком.
— Я — новая благотворительная инициатива династии Гринвич, — сказал Советник. — Кое-кто волнуется и называет нас новой разумной расой, способной вытеснить людей с планеты, но это всё глупости. Я разумен, потому что меня таким создали, но я в принципе не могу причинить вред человеку — именно потому, что меня таким создали.
— Так ты сообщишь в налоговую инспекцию?
— Согласно моим приоритетам, интересы детей для меня значат больше, чем интересы организаций и государств. Я буду вам помогать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
