Сергей Антонов: Виктор Олегович, какая Ваша любимая улица в Берлине?
Виктор Пелевин: Grunewald. А если это не улица, а лес, тем хуже для улиц. В Берлине я стараюсь проводить все свободное время в треугольнике между Чертовым Озером, центром радиошпионажа и избушкой лесника. У меня там есть очень интересные ночные знакомства.
Анастасия Малявко: Заглядываете ли Вы иногда в «Сноб»? И какие вообще журналы читаете?
Виктор Пелевин: Заглядываю вот прямо сейчас, дорогая Анастасия. А вообще я читаю журналы главным образом в приемной у зубного врача. Мне нравится, когда они похожи на гадательные книги и содержат разрозненную концентрированную информацию в расчете на пятнадцать — двадцать минут читательского времени.
Дмитрий Лисицин: Виктор Олегович, вы давно стали неотъемлемым персонажем российского литературно-художественного дискурса. Как бы вы отнеслись, если бы вы сами появились в романе другого писателя в качестве персонажа, или в качестве героя, намекающего на вас? Подали бы в суд? Не обратили бы внимания?
Виктор Пелевин: Я про это даже не узнал бы. У меня для этого есть самые широкие возможности.
Дмитрий Гороховский: Виктор, как Вы относитесь к аудиокнигам, особенно к изданию Ваших книг в аудио? Все Ваши книги пишутся сугубо от мужского имени, что вполне нормально, но есть «А хули» и я не знаю, на вскидку, современного автора, столь тонко пишущего от женского имени. Есть ли у Вас планы в эту сторону?
Виктор Пелевин: Аудиокниги — это нормально. Главное, чтобы голос был без дефектов, и чтец не был чрезмерно яркой творческой личностью, склонной к принудительной синергии. Если выполняется это условие, то происходит просто переключение с визуального канала восприятия на слуховой. А насчет А Хули — да, это было очень интересно для меня, и со временем я хочу попробовать написать что-нибудь еще от лица женщины.
— Виктор Олегович, очень важный для меня вопрос, как научиться не думать?
— Какое Ваше любимое место в Таиланде?
— Как Вы думаете, Юрий Шевчук (музыкант) на самом деле м…к, или ловко притворяется?
— Почему Вы до сих пор не позвонили Тёме по поводу сайта http://pelevin.ru/?
— Какое ваше мнение по поводу инициативы группы авторов под псевдонимом «ВП СССР» по изменению орфографии русского языка в сторону большей осмысленности. На примере предлогов: източник вместо источник; безсмысленно вместо бессмысленно; подъиграть вместо подыграть; предъистория вместо предыстория и т. д.
— Нравится ли Вам современный русский язык и как Вы относитесь к существующим тенденциям по отношении к его изменению.
— Как Вы считаете, летали ли американцы на Луну?
— Какая музыка Вам нравится (жанры, коллективы, отдельные произведения)?
— Какие книги Вы нашли для себя интересными за последнее время?
— Как Вы относитесь к Сталину?
— По Вашему мнению, современный Китай это нежизнеспособный урод или данный этап необходим стране для построения собственной модели общества в 21 веке?
— Вы никогда не задумывались, какова может быть потенциальная продолжительность жизни человека, достижимая при помощи современных технологий и накопленного тысячелетиями опыта проживания (или прожигания) этой самой жизни (включая то, о чем нам не говорят)?
— Как вы относитесь к современной философии (Жижек, Агамбен, etc.)?
— Импонирует Ваша изоляция от медийных тусовок, не импонирует изоляция от преданных читателей. Возможен ли форум с Вашим участием, например, с нечастыми заметками о внутренних и внешних жизнях? Т. е. планируете ли иметь сетевой журнал/блог?
— Не хотите ли попробовать выпустить что-то под сетевой гонорар? Схема может быть следующей. Пишете новый рассказ по контракту с каким-то платным сайтом. Сайт объявляет подписку и собирает средства. Набирается контрактная сумма (о которой знаете только Вы с сайтом), сайт публикует рассказ в закрытом или, проще, сразу в открытом доступе. Не набирается требуемая сумма — уходите искать обычного издателя, сайт возвращает деньги подписчикам.
— Назовите, пожалуйста, 5 книг по философии, которые необходимо прочесть амбициозной до кровавых соплей провинциалке и каждому человеку вообще.
— Герои Ваших книг совершают побег из разного рода тюрьм, включая собственный разум или фантазию создателя (особенно рад за цыплят и сарай). Но что с ними происходит потом? Это слишком грустно или настолько прекрасно, что уже не описать человеческим языком? Или же рассказчик в благодарность за смелость освобождает их из тюрьмы собственного сценария?
— Если будет создан искусственный интеллект по образу и подобию человеческого, только с великими способностями к самообучению, синтезу, логике, что он начнет делать?
— Вадим Демчог, ответственный за «Фрэнки Шоу» и мультсериал Mr. Freeman, сказал как-то в интервью: «Пелевин довел меня до двери с синими ключами и пропустил вперед себя». Насколько я могу понять, вы разбудили Демчога, а он разбудит остальных. Верите ли вообще Вы в терапевтическая роль Вашего искусства и хотите ли сделать людей свободнее и счастливее?
— Перечитывает ли Пелевин Пелевина? Если да, то что бы он хотел пере- или до-писать?
— Конструкции Пелевина, подчас уничижительные по отношению к современному обществу и власти, никто не смог разрушить. А если идеологические конструкты не разрушены, значит они более сильные со всеми вытекающими из этого процессами. Осознаете ли вы, что являетесь одной из доминант в современном идеологическом поле в России?
— Медитирует ли писатель в смысле религиозной практики.
— Может ли Виктор Олегович поделиться чем-то, что его особенно рассмешило в последнее время (кроме вопросов конечно).
— Есть ли цели у Вашего писательства, кроме очевидных: удовольствия от самого процесса и получения дохода от цирковой эквилибристики со словами и понятиями? Вы умеете изящно и интересно постебаться над привычными устоями — над советским, христианским, масс-культурным, взглядами на мироустройство и т. д. — но ничего не оставляете взамен разоблаченного, кроме самого метода угрюмого и безжалостного анализа этого казавшегося привычным «устоя». Угрюмость получается органичной и закономерной, но в общем ожидаемой, ибо «во многом знании многая печаль». Надо ли копаться в несовершенствах бытия с этим Вашим особым циничным изыском и изысканным цинизмом? Человеческие миры несовершенны, и легче брюзжать о несовершенстве, чем пробовать исправлять его каким-то пусть и несовершенным, но созиданием? В этом смысле, многое в Вашем творчестве выглядит лицемерным — пользоваться мироустройством для того, чтобы выражать свое от него неудовольствие. Вы пока не нашли созидательных целей или не искали их? Можно ли отнести Ваше творчество к явной/скрытой пропаганде буддизма или, допустим, сатанизма? Надо ли относить его к очередному развитию нигилизма или это у Вас удачно найденный чистый рафинированный «размышлизм» и о будущих последствиях возможной «пелевинизации» народных масс Вы не думали?
Виктор Пелевин: Поскольку все эти вопросы имеют примерно один и тот же смысл, мне кажется правильным дать уважаемым участникам коммьюнити один общий ответ. Предлагаю вам сорок три секунды моего внутреннего безмолвия и прохлады.
Ольга Агаркова: Виктор Олегович, Вы — единственная надежда… Скажите, как сделать так, чтобы нас всех отпустило, пожалуйста. Бывает ли Вам скучен Виктор Пелевин? И если да, то что Вы с ним тогда делаете?
Виктор Пелевин: Спасибо, Ольга, очень приятно слышать это от девушки с таким очаровательным юзерпиком. Мне кажется, что нас на самом деле ничто не держит. Просто наше эго постоянно стремится выжать из мозга еще одну капельку допамина, манипулируя засаленной колодой привычных состояний ума, и не дает нам перенести внимание на что-нибудь новое, хотя теоретически мы знаем, что давно пора это сделать. Это такое смешное ежедневное недоразумение, из которого со временем складывается трагедия жизненного промаха. Теперь о техническом аспекте. Сделать так, чтобы жопа нас отпустила, нельзя, потому что она даже не знает, что мы в ней. И объяснить ей это очень сложно — здесь не поможет даже молитва. Зато вполне реально понемногу отпустить ее самому. Для этого, если коротко, нужно вести трезвый образ жизни и внимательно наблюдать за тем, что происходит в нашем сознании. Что касается Виктора Пелевина, то я его ни разу не встречал.
Юрий Образ: Виктор Олегович! Как выглядит расписание Вашего обычного «производственного» дня? Эрнест Хэмингуэй, например, работал стоя босиком за бюро с 06 утра и до 11.00. ежедневно. То есть, до той временной точки, с наступлением которой в бывшей Империи (СССР) начиналась торговля «огненной водой», о чём он, скорее всего, ничего не знал. Это т. н. самодисциплина, которая случайно совпала с питьевым режимом, установленным ЦК КПСС для гегемона. Но он — Нобелевский лауреат. А О’Генри напротив, следовал другому рецепту — бутылка виски и апельсин на письменном столе и, когда всё это кончилось, — рассказ готов. Вы — судя по Вашим тёмным очкам, не монах. Какова Ваша производственная технология??? До, после или в промежутках? Или Вы — аскет? Хотелось бы искренности. Она Вам не повредит. Не сможет повредить!!!
