Под магическим куполом, где отдыхал отряд Эйдора, было сухо и тепло, а дым рассеивался в трех четырех футах от костра. Сил такие чары уже не требовали. Они стали его частью. С каждым убитым магом он все глубже и глубже погружался в океан потоков, и чувствовал, как отдаляется от мира физического. Сначала это пугало, теперь… Теперь же вампир не задумывался о таких мелочах, да и та вселенная, мягкая, светлая, ласковая, ему нравилась больше.
Но пока он еще принадлежит иному, более мрачному миру.
Юноша отстраненно вслушивался в беседу, Руд рассказывал о последних новостях, которые выяснил пока они ждали отряд охотников в Зеленой Лозе. Ветерана преследовал странный голод общения, ему необходимо было общаться с кем-то помимо спутников. Мирамиец считал, что только так можно почувствовать себя живым. Вращение в узком кругу убивает окружающий мир, отвечал он на иронические замечания товарищей. Эйдор не возражал, и, хотя всю необходимую информацию он черпал из общения усмийцев, расстраивать Руда не хотел. Потому юноша предпочитал его вежливо, хоть и отстраненно слушать.
Новостей как таковых не было. Ваогар, невесть как оказавшийся на троне Мереана, решил возглавить священный поход на Анхор, дабы «жестоко покарать» похитителей Агона. Уже сейчас армии черных собирались у северных границ Зуррага и готовились к штурму мистических Путаных мест. Единственный путь на север. Сумасшедшие шторма на западе испокон века не выпускали людей дальше заливов. Поэтому рыжему паладину придется идти пешком.
Юноша облизнул неожиданно пересохшие губы: Мереан отослал в Зурраг всех своих лучших магов.
– Опять весна, опять война, – недовольно прокомментировал новости Монах. – Людская злоба просыпается вместе с природой, воистину. Дороги подсохли, можно и воевать.
– Интересно, а если Эймор сейчас ударит? – лениво предположил Руд.
– Эймор сидит за своим Заслоном и делает вид, что его не существует. Не полезут безбожники никуда, не смертники. Им бы свои рубежи удержать. Да и что они могут одни? – и без того тонкие губы Монаха сжались в плотную линию. – Без Мирамии они пустое место.
– Ну не скажи, видел я их демонов в деле, страшная вещь, – поделился воспоминаниями Руд. Ветеран вообще очень любил вспоминать ту сечу, наверное, это добавляло ему значимости в собственных глазах.
– Помогли? – Монах иронически поднял брови.
– Ну… Не знаю.
– Ладно, – примиряющее поднял мозолистые ладони Борода, – будет вам! Давайте лучше, братушечки, решать дела наши, да уходить к югу. Меня уже нервируют местные земли.
– Салли, тебя не земли нервируют, ты патрулей боишься, мой беглый раб. Кому ты нужен?
– Злой ты, Монах, – буркнул бородач. – И говоришь обидно.
Эйдор покачал головой, соглашаясь с Салли. Иногда Монах становился невыносим. Кивок вампира не прошел незамеченным, и последователь Халда утих.
– Что отличает простого человека от солдата Империи? – вдруг спросил у костра юноша.
– Мозги, – презрительно буркнул Монах.
– Логично, но не верно, – чародей засунул руки подмышки и наклонился ближе к огню.
– Братушечки вы мои, я загадки ваши гадать не хочу, – насупился Салли.
– Форма? – недоверчиво спросил Руд.
Лицо Эйдора озарила улыбка, юноша перевел бурлящий магией взгляд на товарища и коротко кивнул.
– Планируешь диверсию? – продолжил отгадывать ветеран.
– Имперцам нужно преодолеть Путаные Земли, а без хорошего колдовского боя задача эта непосильна. Я собираюсь в составе их армии пройти в Анхор, – вампир мельком оценил реакцию спутников.
– Зачем нам туда? – Монах всем видом говорил о том, что идея ему не нравится. Человек он в отряде был новый, законов еще не понял, не осознал, что его мнение Эйдора не интересует.
Юноша не ответил. Рассказывать им про Барса, который поведал об опоенном Добрым Зельем Ладомаре? Объяснять, зачем на самом деле столько волшебников разной силы лишилось жизни за прошедшую зиму? Они не поймут.
– Гиблое дело, братушечки, – покачал головой Салли. – Одно дело патрули громить, да колдунов отлавливать. Видал я те отряды, у имперцев, коли в ногу на марше не попал – потом розгами перед строем огуляют.
– У нас весь юг, – недовольным голосом напомнил Монах. – Весь проклятый Небесным Горном юг. Куда вы на север смотрите?
Эйдор склонил голову набок и с интересом посмотрел на угрюмого спутника.
– Работы невпроворот, какой Анхор? Глупо! – продолжал тот. – Слуги Усмия топчут землю здесь, а не где-то там за Путаными местами. Опомнитесь!
– Что тебе лично сделал Усмий? – поинтересовался, наконец, вампир.
Монах опешил:
– Что ты такое говоришь, командир?! Он есть зло! Все создания его порождены огнем скверны! Он сам вышел из глубин Подземных Кузен дабы обрушить наш мир, и только Халд, наша вера и наша борьба сдерживают проклятого! Все усмийцы ненавидят живое и мечтают привнести царствие своего божка на нашу землю!
Эйдор никому не говорил, что он усмиец. Помнил, какое отношение у простого люда к таким новостям. Знал, что правда о нем отпугнет самых преданных соратников. Поэтому он лишь многозначительно хмыкнул, но продолжать беседу не стал. За него в болезненный разговор влез Руд:
– А я слыхал, что это Халд и Усмий создали Горн и Кузни, а не как обычно считают. Типа магия, то-се.
Монах вздрогнул, словно его ударили, осатанело посмотрел на ленивого ветерана, а тот с рассеянной улыбкой продолжил:
– Я вообще много чего слыхивал. Разные люди по-разному болтают. И верят в разное. Но кто, скажи мне мой верующий друг, знает точно, а?
– За такие слова тебя бы в Халдии… – прошипел Монах.
– Ну, мы-то не в Халдии, – взгляд Руда стал жестче. – А если бы и там были – какое тебе вообще дело кто во что верит?
– Истинная вера…
– Нет истинной веры, дурик, – поморщился ветеран. – Вон храмы стоят, чудеса показывают? Да тебе любой маг любое чудо образует, на Эйдора глянь – чем не бог? Хошь – дождь огненный, хошь потоп мировой организует, верно ведь?
Вампир вновь хмыкнул, заинтересованно слушая беседу.
– Верят все в то, во что привыкли. Я вот считаю, что одна бабка другой чего-то сказала, та третьей ляпнула и пошло поехало. Исказилось, перекинулось, поменялось, а вы все верьте в это, дурики.
– Прекрати! – вскочил на ноги Монах. – Прекрати немедленно!
– Ребяты… – умоляюще протянул Салли. Разговор накалился.
– И мне глубоко плевать на то, что ты именуешь истиной верой, – повысил голос Руд. Он уже не был расслаблен, он больше не казался ленивым собеседником, коротающим в разговоре время. – Потому что ты также не прав как и все другие. И из-за таких как ты, у нас постоянно кровью земля залита! Веру себе придумали, и давай всех по ней равнять!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
