Сколько времени он этим паскудством занимался, теперь уже не узнаешь, но, похоже, давно.
Также неизвестно, что послужило последней каплей, но, скорее всего, тоже я.
Сегодня при допросе в отделе юстиции мне показали те доносы, что состряпали на меня, в том числе и жители Верхних бугров. Сейчас я назвал их имена Эдуарду, и он подтвердил, что все трое клеветников были ближайшими приспешниками Бориса Водника.
Разумеется, ждать, пока я приду со справедливыми вопросами, они не стали и решили проститься с деревней окончательно. И надо заметить, сделали это эффектно и эффективно.
— С самого утра они объявили, что якобы от какого-то графа приедут люди, и за хорошие деньги надо будет просто им помочь что-то загрузить и разгрузить! — тараторил Эдуард, размахивая длинными руками и постоянно сбиваясь. — Где-то около трёх дня они собрали всех рядом с деревней и попросили разделиться на сильных мужиков, женщин и детей. Мол, одни будут работать, а другие нет. А когда мы разделились, эти суки отвели женщин и детей в сторону и наставили на них оружие. Сказали: дёрнетесь — расстреляем. И тут же по реке приплыла целая куча лодок, а в них ещё человек тридцать бандитов.
Эдуард запыхался и, перед тем как продолжить, вытащил из кармана флягу и сделал несколько больших глотков.
— В общем, Борис открыл склады и хранилища, и оказалось, что они уже наполовину пустые…
— На какую половину, Эдик⁈ — перебил оратора другой бугровец. — Почти ничего ценного там уже не было, а мы, между прочим, думали, что там наш НЗ лежит, что в голодные годы прокормит! Хрен там! Мелочёвка только осталась, но даже её гады под ноль вытащили! Вернее, суки нас таскать заставили!
Импульсивный мужик тоже выдохся, и продолжил Эдуард:
— Так и было. А когда на складах всё кончилось, они начали по очереди наших женщин и детей приводить. Ставить на колени и…
Мужик стиснул зубы и со всей силы пнул ворота…
— Говорят, если вы всё ценное из домов не вытащите, мы их убьём… В общем, мы всё вытащили… А ещё Дашу, Надю, короче, шестерых наших девушек они забрали с собой.
Эдуард замолчал.
— У нас даже луков не осталось, — добавил второй.
— Но кое-что осталось, — впервые заговорил третий бугровец. — Когда эти скоты уплывали, они свистели и орали, чтобы мы ждали их каждую ночь и готовили дань.
Он тоже замолчал, и повисла тишина, нарушаемая только отдалённым шумом работающей техники дорогоукладчиков. Хотя нет, какая-то легковая машина быстро приближалась.
— Свят едет! — крикнули с забора.
Вовремя! Одна голова хорошо, а две хоть и мутант, но думается лучше.
— Возвращайтесь к своим, я скоро! — кивнул я Эдуарду и вышел навстречу приближающейся машине.
Фары слепили, и я опустил глаза, а когда снова поднял, увидел бегущую ко мне тройку бойцов.
Тройку? Какого х…
— Дмитрий Николаевич! — Свят остановился передо мной и виновато опустил голову. — Милу взяли в заложницы!
— Что, мля, сделали⁈ — прошипел я. — Какая сука посмела?
— Бродячий химик! — проскрежетал зубами Свят и поведал историю своей поездки в Дубровку.
— … В общем, эти твари использовали мощнейший магический стимулятор! — заканчивал мой помощник. — Я не уверен, что в равном бою завалил хотя бы двоих. А там их было десять, плюс пулемёты. А с нами Мила! Он не тронет её, он тоже маг земли, он ещё до того, как мы уехали, начал её окучивать! Виноват, ваше благородие! Приму любое наказание, но в сложившейся ситуации оставить её было лучшим решением. А того козла я лично на лоскуты порежу…
— Я понял! — прервал я его. — Чего эта падла хочет?
— Завтра с утра, в условном месте, он ждёт то, что мы срезали у графа Пантелеева, плюс свои теплицы. В компенсацию за сбор неполного урожая и моральный ущерб с нас сверху десять миллионов рублей. Ещё он сказал, что его люди будут следить за дорогой, и если хоть одна машина, до того как произойдёт обмен, поедет отсюда в сторону Усмани, он…
— Я понял. Мне нужно подумать!
В полной тишине я отошёл в сторону, сел на землю и, вскинув голову, посмотрел на облака, пролетающие по звёздному небу.
Ещё полчаса назад я, довольный и с уверенностью, что всё идёт по плану, ходил по деревне, а сейчас во мне просто бурлила ярость, и очень трудно было сдержаться и на кого-нибудь не наорать.
Но нет. Даже Свят всё сделал правильно. Сначала воспользовался представившейся возможностью и отправился в Дубровку, а потом поменял четырёх убитых на одного пленного. В обоих случаях я поступил бы так же.
Да даже если бы он реально накосячил, сейчас не время разбираться.
Сейчас главное — составить план по обеспечению безопасности жителей Верхних бугров и, конечно, спасению Милы. Хотя нет. Эти пункты идут первыми, но они неотрывно связаны с объединяющим их третьим.
Все те ублюдки, что заставляют людей страдать, а меня вместо заслуженного отдыха нервничать и ломать голову, должны умереть и желательно в муках.
— Пятнадцать минут никто не шевелится! — крикнул я, для лучшего погружения лёг на спину и закрыл глаза.
Та-а-ак… Переключить кристалл на временное усиление магической силы. О! Хорошо пошла! Теперь закольцевать магию в своём теле и направить её на стимуляцию мозга… И — полетели!
Ровно через пятнадцать минут я вынырнул из грёз и встал.
Люди стояли на тех же местах и смотрели на меня со смесью страха и надежды. Страха, впрочем, было заметно больше, особенно у бугровских. Я прямо мог читать их мысли: на хера мы припёрлись к этому психу, лучше бы дома сидели.
Нет, поздно! Вы сами сюда пришли, и теперь вы мои.
— Свят!
— Я!
— Отправь человека! Пусть привезут начальника дорогоукладчиков. Такого человека, кто сможет ему объяснить, что это дело очень важное.
— Семён! — тут же повернулся к забору рыжий. — Ты слышал?
— Так точно!
— Бери сопровождение и вперёд!
— Есть!
Бойцы засуетились, а я подошёл к толпе притихших бугровских.
— Друзья! Сегодня вас предали, но поверьте, совсем скоро вы будете вспоминать этот день как лучший в своей жизни! И для этого надо сделать всего ничего. Слушайте меня очень внимательно!..
* * *
Семён привёз главного дорогоукладчика, когда обалдевшие от моей пламенной речи бугровские уже ушли.
Я встретил его в доме, и, кроме нас, тут никого не было.
— К утру всё будет готово, ваше благородие! — недовольно проворчал невысокого роста худой мужичок. — А если вы меня не будете дёргать, может, и быстрее!
— Присаживайтесь, Владислав Андреевич, в ногах правды нет!
Я указал на стул напротив меня. А также на накрытый стол между этими стульями и бутылку настойки на нём. А чего такого? Раз подобный способ ведения тяжёлых переговоров работает, более того, так здесь заведено, то кто я такой, чтобы нарушать устоявшиеся традиции?
— Тут согласен, — гость понял, что позвал я его не просто так, и его глаза сверкнули.
— За взаимовыгодное сотрудничество! — провозгласил я и поднял рюмку.
— Это я завсегда, — кивнул глава колонны и, опрокинув рюмку, закусил куском солёной рыбы.
— Не буду тянуть кота за хобот, Владислав Андреевич. Мне нужна ещё одна дорога. Два километра длиной, шириной метров шесть хватит. И можно прям не так плотно всё утрамбовывать. Вернее, доделать можно будет потом.
— Нет проблем,— широко улыбнулся гость и подвинул мне рюмку. — Как раз через четыре дня есть окошко, такую часов за шесть-семь сделаем.
Я снова наполнил рюмки и поднял свою.
— Здорово! Но мне нужно, чтобы она была готова сегодня к утру.
Владислав Андреевич ответил не сразу. Мда, мой косяк. Надо было дать ему сначала выпить, а теперь жди, пока он продышится от вышедшей носом настойки.
— Это невозможно! У нас завтра новый проект с двенадцати дня стартует! Мы его и так подвинули уже! Да и ребята, дай бог, если успеют часов на пять домой заскочить переодеться и немного поспать.
