промахиваться так широко. Отхожее место было загажено с усердием художника авангардиста. Ну да ладно. Мы люди простые. Нам и это не проблема, лишь бы слой не по колено…
Уговорил Натана поменяться местами. Но не сейчас, а чуть позже. Должен быть пост ГАИ на границе Московской области. Вот после него мы и сменим неопытного водителя, на более опытного.
Нас на посту даже не тормознули. Видимо вид нашего лимузина, с привязанным чемоданом сверху на багажнике, не вызывал никаких чувств у служителей полосатой палочки.
Теперь уже за руль сел я, подложив под себя небольшую подушку и подогнав сиденье. Завёл машину, и погнал нашего Росинанта в направлении юга.
А ближе к вечеру мы уже въезжали в Воронеж. Темнело, но гостиницу мы нашли довольно легко. Подсказал сотрудник ГАИ на въезде в город. К тому времени мы уже снова поменялись, и я опять изображал пассажирку.
На удивление в местном «отеле», ну то есть в гостинице были в наличии свободные номера. И даже место для нашей машинки нашлось во дворе.
Называлась гостиница традиционно — Воронеж. Но нам это было как-то до фонаря. Мы даже умудрились поужинать в местном ресторане на скорую руку. На этот раз обошлось без пафоса и без последующих приключений.
Выспались, слегка отмылись от дорожной пыли, позавтракали, да и поехали утром дальше. Чего уж там задерживаться… Нам на море надо ехать…
Почти всё время за рулём был я. По дороге мы с Натаном трепались обо всём и ни о чём одновременно.
Магнитолы с кассетами явно не хватает. Но с этим придётся подождать. Ибо самые первые кассетники для машин начнут клепать в Союзе только лет через пять. А воровать их из машин перестанут только после 2000-х.
Поэтому мы просто ехали и болтали… Болтали и ехали.
Днём обедали в обычной столовой в Ростове-на-Дону, но задерживаться в этом городе не стали…
А ужинали мы снова в ресторане, но уже при гостинице «Кавказ» в городе Краснодаре. Здесь пришлось немного дать денег, а то изначально мест для нас не было. Но червонец сверху, и номер на двоих нам был обеспечен.
В ресторане я впервые за всю поездку почувствовал себя некомфортно, когда горячие кавказцы с характерными усами стали пялиться на меня, и что-то громко обсуждать своими гортанными голосами на незнакомом мне языке. Блин… Мне ещё четырнадцати нет… хотя… Одет я вполне стильно, да и короткая стрижка вкупе с рыжим окрасом — тоже в глаза бросаются сразу.
Ну да ладно. Вроде знакомиться не лезут пока. А, ерунда… Не стоит даже заморачиваться…
Кстати, когда мы возвращались из ресторана в номер, нам администратор дала очень «ценный» совет. Поставить машину под охрану. Через пару кварталов находится отдел милиции. Там обычно договариваются с дежурным и за совсем небольшие деньги можно припарковаться на ночь. А то не дай бог открутит кто чего, и наша поездка на юг накроется медным тазом.
Вняв мудрому совету, я оправил Натана перепарковываться, а сам пошёл в номер. Спать уже пора. Завтра же нам снова в путь. Надо до вечера пройти горный серпантин и уже искать ночлег на побережье.
Я умылся, переоделся в так полюбившийся мне удобный красный полукомбинезончик, лямки с шортами, и стал готовиться ко сну.
Вот Натан вернётся и всё…
Спа-ать хочу…
На часах уже пол одиннадцатого… Зевота уже челюсть разрывает…
Где там бродит этот автомобилист?
В это время в дверь номера постучали…
Глава тринадцатая
Вот ведь как бывает…
Ну и что мне делать?
Что делать?
Стучат — откройте дверь!
Позёвывая, плетусь открывать…
Как вдруг в голову молнией ударила мысль… А вдруг это не Натан?
Подойдя к дверям, я внутренне собрался… зевнул… и спросил сонным голосом:
— Кто там?
В ответ послышался незнакомый мне мужской голос с явно кавказским акцентом:
— Э-э, слюшай! Открой, да!
— Папы нет. Что вам надо?
— Зачем папа? Я тока спросить…
Не открывая дверь, предлагаю собеседнику поговорить так… Но как-то машинально не раздумывая натягиваю кроссовки и завязываю шнурки.
— Спрашивайте!
— Ты. Эта… Двери открой! Что я буду… вся коридор кричать…
— Папы нет. Уходите! Я не открою…
— Э-э, ни бойся. Я тока спросить… — и снова стук в дверь…
Блин. Задолбал уже… Вот настырный какой…
А чего я собственно боюсь? Этого чужого мужика? И что он мне сделает? Всё-таки это Советский союз, а не негритянский квартал в Нью-Йорке, и не фавелы Рио-де-Жанейро…
Открываю дверь… Но не запускаю незваного гостя в номер, а сам выхожу к нему в коридор:
— Ну и чего надо?
Передо мной стоит тот самый черноволосый кавказец с усами, из ресторана. Ростом не намного выше меня, но такой бодрый толстячок.
— Зачем так со старшим говоришь?
Стараясь произносить слова раздельно, практически по слогам, чтобы понял любой малообразованный дебил, спокойным голосом, снова спрашиваю:
— Что… вам… надо?
— Ты. Эта… Куртка у тебя… Сыну моему нравится… Продай, да!
Блин горелый… И весь этот кипеш только из-за этого? Да они чё тут, совсем охренели на этом юге? Они считают, что всё в мире продаётся и всё покупается… А ещё они думают, что им никто не может отказать… Вот такие вот всемогущие, самые богатые и самые усатые… Это они сейчас такие… Да и в будущем вряд ли что изменится. Ну разве что, вместо усов будут в моде бороды… Может это южное солнышко на них так действует. Может, мозги у них от солнца плавятся?
Ну да… Конечно… Щас… Прям вот так возьму и продам по дешёвке свою вещь, какому-то «хозяину жизни»…
Да пошёл он…
Причём это хочется сказать ему прямо в наглую усатую рожу: «А не пошёл бы ты дядя на х… мелкими шагами!».
Но так говорить сразу нельзя. Потому что тогда будет скандал… Громкая ругань и прочее, прочее, прочее…
А тогда к нашему спокойному началу большой поездки на море, подкрадётся и придёт большой полярный лис… Песец, который…
Где этот Натан бродит? Вот когда он позарез так нужен, его как всегда нет. Придётся видимо самому базары базарить и разговоры разговаривать.
Отвечаю этому усатому нахалу, спокойным уверенным тоном, но абсолютно безапелляционно:
— Куртка — моя… Она не продаётся!
Пытаюсь ретироваться в номер и закрыть за собой дверь, но тут происходит то, чего я не ожидал. Восклицая своё излюбленное:
— Э-э! Куда?
Меня грубо пытаются схватить за плечо, но рука его соскакивает и цепляет лишь лямку моего красного полукомбинезона. Пуговица,
