Это вариант оптимистический, оптимальный. Сладкие мечты!
Есть и другой вариант: грустный.
Те же колонны-лотосы, те же мороженщицы в халатах, чугунная решетка, мамы с колясочками. "Дети, не допускайте порчи..." Журчит лифт, перевожу дух. Звонок...
За дверью шаги, непривычные, тяжеловесные.
Открывает незнакомец. Пожалуй, он напоминает меня немного. Комплекция, проседь, горбатый нос, покатый. У моей жены стойкий вкус.
- Вам кого? - Называю жену по имени-отчеству.
- Тебя тут спрашивают, Леля.
Круглолицая, круглоглазая. Но ни ахов, ни охов. На лице испуг. Недоумение. И поджатые губы. Овладела собой.
- Зайди, поговорим.
Сажусь как гость у собственного стола. Локоть кладу на плексиглас. Отодвигаю какие-то книги о контрапункте и полифонии. Сроду не разбирался в музыке.
- Поговорим спокойно, - говорит она. - Ты сам виноват. Я не спрашиваю, где ты был и с кем, это меня не касается. Но Он, - кивок на горбоносого, - хороший человек и хорошо относится к мальчику. Костя привык считать его вторым отцом. Незачем вносить сумятицу, склеивать разбитое, заново травмировать ребенка. Лучше тебе не приходить сюда. Останемся друзьями.
- Ты бы к столу пригласила человека, - говорит Он со снисходительным добродушием победителя.
Кирпичиной бы его. Не трахну. Интеллигентное воспитание.
И выхожу, скрипя зубами, на лестничную клетку, где дети не допускают порчи.
Если день в космосе был удачен, побеждает радужный вариант. Если я устал или нездоров, преобладает меланхолический. Но в тот вечер после разговора с Граве я больше думал о расписании экскурсий. Итак: Галаядро, атом, подпространство, надпространство.
А поутру, разлепив глаза, опять увидел Граве.
- Вставай скорей, Человек. С тобой хочет говорить председатель Диспута.
Пока Граве ведет меня по никелированным коридорам, лихорадочно собираю мысли. Такой редкий случай, а вопросник не заготовил. Ладно, положусь на вдохновение.
Перед дверью нацепил анапод. Интервью надо вести на равных, разговор человека с человеком. Не отвлекаться на рассматривание. Уходя, сниму анапод, погляжу, каков есть этот звездный Дятел.
И чуть не брякнул: "Здравствуйте, Артемий Семенович"!
Очень уж похож был (в анаподе). Как вылитый мой учитель. Видимо, совершенно одинаковые характеры. Потом уж я заметил ванну вместо письменного стола. Водным был тот космический Дятел.
- Как вам понравилось у нас? - спросил он.
Я ответил в том смысле, что мои сложные впечатления не укладываются в схему "нравится - не правится".
- Ну и каков итог? Хотели бы вы жить в нашем сообществе? Не вы лично, а ваша планета? - И, склонив голову, посмотрел на меня хитровато сбоку. Я понял, что задан самый главный вопрос.
- Я не уполномочен отвечать за всю планету, - сказал я. - Здесь я как бы корреспондент. Мое дело набрать впечатления и изложить факты земным читателям.
- И когда вы собираетесь отбыть на Землю? Я сказал, что считаю себя студентом-первокурсником. И предложил программу учетверения.
- Едва ли это целесообразно, - сказал Дятел. - В Шаре миллионы жилых планет. Ни четыре человека, ни четыре тысячи не изучат их досконально. К тому же у копий одинаковая эрудиция, неизбежен однобокий подход. Для всестороннего изучения Шара нужны специалисты с разным образованием. Вас, литератора, пригласили для общего впечатления. И по-моему, оно уже сложилось. - Помолчал и добавил жестко: - Назначайте дату отбытия.
- Как, уже?
- Ему вовсе не хочется домой, - опять вылез Гилик. - Он предпочитает тосковать на дистанции.
Я оторопел. Очень уж неожиданно получилось. Составлял экскурсионную программу, настраивался на долгие годы странствий... А впрочем, домой так домой. Пусть станут явью бумажные газеты, мороженщицы в ватниках и троллейбусы, не умеющие перепрыгивать. Пусть зазвенит восторженный вопль сына:
- Папа, а что ты мне привез такого?
Мне уже не терпится. Я даже рвусь домой. Настраиваюсь на сборы. Что бы захватить, чего не забыть?
- Я готов хоть сейчас. Прошу приготовить мне "Свод знаний".
Я давно присмотрел этот "Свод" - нечто среднее между энциклопедией и комплектом вузовских учебников, - портативные микрокнижечки, сто один том убористым шрифтом. Все там систематизировано: основные знания звездожителей, открытия, факты, схемы машин. Так у меня и было задумано: после первых восторгов встречи сяду я за стол, тот самый с плексигласом, водружу машинку орудие производства и, заправив первую страничку, начну переводить строка за строкой.
Впрочем, первые строчки я знаю наизусть: "Том посвящен общему обзору мира. Сначала перечисляется все существующее. Факты. Факты добыты чувствами, а также чувствительными приборами. Оценены разумом, а также вычислительными машинами.
Выводы разума излагаются словами, а также графиками, формулами и другими системами знаков.
Следует учитывать возможные ошибки чувств, разума и слова..."
И сразу напрашивается (я бы статью написал об этом) сравнение с Библией. Там "В начале было слово", здесь слово на четвертом месте. Закономерное различие между религией и звездным материализмом.
Впрочем, возможно, практичнее начать со второго тома. Он называется "Бескачественные количества", проще сказать "Математика". Пожалуй, есть даже смысл пропустить первые разделы, излагающие арифметику, среднюю и высшую математику, науки, известные на Земле. Приступлю сразу к разделу второму. Там уже каждая формула будет откровением. С утра переведу абзац, и сразу в Академию наук, в Институт математики. Там соберутся знатоки, прочтут вслух, начнут толковать, кто как понимает...
Блаженная перспектива!
Дятел переложил голову с правого плеча на левое, поглядел на меня правым глазом.
- Вы считаете это целесообразным? - спросил он. - Хотите давать решебник вместо учебника? У вас это практикуется в школах?
И Граве предал меня тут же:
- Вспомни, Человек, как ты сдавал астродипломатию. Ты же сам говорил: "Я ошибся, дал им слишком много хлеба, отучил доставать и догадываться, думать отучил". В "Своде знаний" решения всех земных задач на тысячу лет вперед.
- Нет, мы не дадим вам "Свода знаний", - резюмировал Дятел.
Сговорились они, что ли? Может, и сговорились.
- Тогда дайте хотя бы... (Что бы попросить существенного?) Дайте мне с собой УММПП, "Если-машину", как ее называли на курсах. Мы на Земле будем рассуждать самостоятельно, а выводы проверять на "Если-машине", как студенты-астродипломаты.
Вот это я правильно придумал. "Если-машина" - вещь полезная, может быть, самая полезная из всех, что я видел на Шаре. Великолепный способ наглядного предостережения в делах вселенских и домашних. Скажем, сидим мы за ужином в доме, сын нудит, как обычно: "Папа, почему у нас нет "Волги", папа, запишись на "Волгу". А я включаю УММПП, надеваю ему зажимы на лоб: "Что ты видишь, Костя?"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
