— А какое у вас любимое дело?
— Я хотела бы или лечить людей, или изучать их болезни на трупах. На трупах мне больше нравится, потому что я привыкла к одиночеству. А можно просто стакан воды?
Женщина выходит из комнаты, я оглядываюсь. Если мышка-норушка и подглядывает, то очень осторожно. Я наклоняюсь и достаю дискету, которую засунула в прошлый свой приезд сюда. В щель между кирпичной кладкой и каминной доской.
— Когда вы увидите своих девочек, — говорю я женщине со стаканом воды, — вам покажется, что вы богаты и счастливы.
— Девочек? Да, пожалуй, две девочки — это здорово. А то знаете, я как представлю себе мальчика… — она смешно выпятила губы.
— Ну что вы, конечно — девочки!
— Спасибо. У меня правда отлегло от сердца.
— Можно от вас позвонить?
— Конечно!
— Тогда я вызову себе “Скорую”, если вы не против, — ласково предлагаю я.
Ждать пришлось часа два. Рита Мазарина сегодня не работала, но другая дежурная медсестра пообещала ее найти. И не обманула.
За эти два часа я заштопала к великой радости женщины четыре носка и сплела из ее волос пугалочку. Никто не пришел меня задерживать. Или любитель подводной охоты действительно слишком во мне заинтересован, или он не из Конторы.
Меня занесли в фургон на носилках, накрытую простыней. Я благополучно доехала до “Кодлы” и успела по дороге хорошо поговорить с Ритой.
— Сними этот черный платок, — сказала я. — Кореец передал тебе записку.
Хочешь в Париж?
У “Кодлы” действительно образовалось маленькое кафе со скромным названием “Алиса”. И там Офелия сделала мне коктейль, который назывался “Отвертка”.
Через час приехал джип Мазарини. Мрачный Гога открыл багажник и помог мне уложиться.
— Как ты его уговорила не сажать меня на цепь? — спросила я Риту.
— Приставила пистолет к башке, он по-другому не понимает. Сказала, что пристрелю его, а потом себя. И кончится на этом династия Мазариных.
— Сколько мне лет в новом паспорте?
— Восемнадцать.
— С совершеннолетием тебя, Алиса! — поздравила я сама себя перед тем, как крышка багажника захлопнулась.
С Пенелопы взяли подписку о невыезде. В Федеральной службе на нее завели дело, и почти полгода она находилась под домашним арестом. Вся команда прачечной была допрошена по три раза, включая Колобка. Его, правда, допрашивали только раз, но он старательно расписался потом под протоколом, высунув язык и повторяя по буквам свое имя. Допрос Колобка подточил твердость духа и тягу к профессиональной исполнительности федералов — двое сразу же по его окончании уговорили бутылку водки, а еще один, самый дотошный, напился до бесчувствия после обыска в квартире Колобка (квартиры двух служащих прачечной были обысканы ранее, весьма тщательно и совершенно безрезультатно).
Дело об исчезновении бухгалтера фирмы “Медикун” заново расковыряли, нашли докладную следователя Лотарова о поисках пары ботинок в озере в Сюсюках, и после тщательной проверки данных (допроса каждого из бригады ныряльщиков) Гадамера Шеллинга объявили в международный розыск.
Об исчезнувших ботинках было составлено несколько докладных. Когда “Ботинки” выделили в отдельную папку, своего поста лишился начальник милиции Тверской области. Поговаривали, что он вообще того… Очень огорчился и совершенно вышел из себя, и к магазинам с обувью его теперь даже подпускать опасно.
Пенелопа, узнав о посещении Алисой загородного дома беременной от негра клиентки, истерически смеялась два дня, потом ничего, притихла, и вдруг Чучуня обнаружила ее в столовой за штопкой носка!
— Храни тебя Господь, Пенелопа, — только и сказала Чучуня. — Хочешь, я спою?
— Ты знаешь, что самые яркие сексуальные фантазии меня посещали в шесть лет? — весело спросила Пенелопа Чучуню. — А в двенадцать я могла выучить наизусть всего “Онегина”?!
— Ха! Это ты говоришь мне? Да я в свои тринадцать лет выгребала сети по двадцать килограмм! А в пятнадцать за сорок шесть секунд могла вскрыть и завести любой автомобиль без ключа!
— Ну и чего тогда мы тут сидим и киснем? — поддержала их Ириска. — Слыхали? Ив Сен-Лоран ушел из модельного бизнеса. Говорят, его совершенно потрясла молоденькая модель. На показе моды для тинэйджеров разделась догола, прямо на подиуме, достала из рюкзачка платье, такое воздушное, что можно сжать в кулаке, и с розовым жемчугом на рукавах, надела и показала в нем мэтру неприличный жест, а когда подбежали журналисты с микрофонами, обозвала Ива портным женских портков. Вам это ничего не напоминает?
— Март Элизы Катран в исполнении Алисы, — застонала Пенелопа. — Как же я хочу это видеть!
Летом на адрес прачечной Пенелопы пришел конверт, обильно заклеенный марками разных стран. Чучуня, прочитав имя отправителя, сразу же его разодрала.
Она вынула письмо, открытку, фотографию и какое-то засушенное растение.
“Здравствуй, Пенелопа! — писала Алиска. — Здравствуйте все-все-все, а особенно — Чучуня!
Пенелопа, если ты уже узнала, как называется город моей мечты — собор, в котором работал Гауди, колодец в замке Бель-Вер, помнишь, — то, пожалуйста, не спеши туда ехать, потому что мечта должна оставаться неприкосновенной. Да, это Пальма-де-Мальорка, прекрасный сон, в котором остались следы шагов моей мамы. Колобок бы их сразу обнаружил, потому что это были счастливые летящие шаги исполнившейся мечты. А я сижу в уличном кафе в Париже и вспоминаю твой гамак под Триумфальной аркой, вот было здорово! И не собираюсь в Пальму, и даже скульптура женщины в виде флюгера меня не манит. Представляю, как ты искала этот город. Сначала, я думаю, ты просматривала книги по искусству или рекламные проспекты туристических фирм. Потом в тебе взыграла профессиональная гордость, и ты решила узнать, не было ли у моей мамы, посетившей когда-то этот город, счета в тамошнем банке. И ты узнала, что был. Да, его открыл дедушка, когда узнал, что она сможет туда приехать. Но я никогда не поеду в Пальма-де-Мальорка, как ты никогда не поедешь в Париж, потому что это города мечты, а мечту нельзя проверять прикосновением.
На этой фотографии я не очень хорошо получилась, зато — довольна собой.
Открытку парижского дворика я отсылаю тебе с умыслом — вдруг захочешь что-то подновить у себя в спальне на стене у кровати. А вот с растением будь осторожна! Это настоящая цилигуна из Кении (вот куда я отправилась, когда сбежала!), и действует она на высокомерных мужчин с длинными волосами совершенно убийственно. Абсолютно стопроцентное приворотное средство, если его заварить в полнолуние на чистой воде. Желаю успеха!
Р.S. В Париже меня тоже искать не стоит, я в августе буду заниматься подводной охотой, в сентябре, октябре, ноябре буду учить японский язык, а вот в декабре, если тебе придет заказ на прислугу в рождественские праздники, помести объявление в газету “Московские новости”,
Алиса”.
— Ириска! — закричала Чучуня. — Ириска! Ты только посмотри! Наша-то страдалица с таким трудом укатила на прошлой неделе в Испанию! А Алиска ей письмо прислала из Парижа!
Примечания
1
Здесь и далее — французская народная сказка “Синяя Борода”.
2
Искусство толкования текстов, учение о принципах их интерпретации.
