на диван. Киара оставила меня одного, уехав за тортом. Входная дверь открылась, и я нахмурился.
— О, ты здесь! — воскликнул Кайл. — Что это за шарики в холле? И тут…
— Ты что здесь забыл! — заорал я. — Тебе же дали задание, придурок!
Если Кайл здесь, значит Эш явится раньше.
— Где Эш? — спросил я опасливо. — Ты приехал один?
— Он еще в офисе. Думаю, подъедет через несколько минут. Мы хотели обмозговать кое-что, но он решил сделать это дома…
Я приложил ладонь к лицу.
— Блин… я забыл, что должен был его задержать.
— Ты реально лошара, Кайл! — рявкнул я, набирая номер Киары. — Ты где?
— Еду. Я забрала торт. Буду через несколько минут.
— Давай быстрее, Кайл здесь, — предупредил я, сверля кузена взглядом.
— ЧЕГО? — вскричала она, и я повесил трубку.
Сунув телефон в карман джинсов, я снова укоризненно уставился на Кайла. Тот с невинным видом пожал плечами.
— Хочешь, поиграем в приставку, пока ждем их? — улыбнулся он.
Я закрыл глаза и безнадежно вздохнул. Это не лечится. Теперь до меня дошло, почему Киара говорит, что он никогда не изменится.
— Чел, я что-то никак не догоню, — изрек Кайл. — Я правильно понял, что мой отец спит с матерью Эша?
Я кивнул.
— И он говорит, что это уже много лет?
Я кивнул во второй раз.
— Вот интересно, когда они начали. Смотри, дядя Роб и Крис встретились за семь лет до рождения Эша, значит отец тогда уже знал ее.
— Само собой.
— Так вот, представь на секунду, что…
Кто-то вошел в дом, и наш разговор прервался.
— Это что за херабора?
Услышав хриплый голос Эша, я замер и закрыл глаза. Ну все, хана. Трындец котеночку.
Тут раздался женский смех, и я открыл глаза. На пороге стояла Киара, размахивая телефоном, где Эш на видео повторял эту фразу. Самого Эша в доме не оказалось.
— Ну и рожи у вас! — хмыкнула она. — Мы успели. Когда он приезжает?
В этот же миг за ее спиной возник чей-то силуэт, и я похолодел.
— Это что за херабора?
Глаза Киары округлились, когда она увидела Эша. Я нервно хихикнул и проблеял:
— Сюрприз!
Полный абзац. Ладно, увидимся в следующем году!
Глава тридцать первая Общая черта Бен Два дня спустя…
— Вот мы и на месте, — сказал я, глядя на эскалатор. — Тыщу лет не был в аэропорту.
С самого ее приезда я не хотел, чтобы она уезжала. Встретить ее вновь было лучшим событием за эти годы. Теперь же я торопился отправить ее на самолет.
Почему? Потому что позавчера все полетело к чертям.
— И последний подарок от… Эллы! — воскликнула Киара, передавая коробку.
Эш набычился, потом молча взял ее. И аккуратно распаковал. Там оказался небольшой черный блокнот, который купила его бывшая невольница. Просто чудесный.
Он пролистал пустые страницы.
— Нравится? — озабоченно спросила Киара.
— Блокнот как блокнот, — холодно ответил он и положил коробку на стол. — Поблагодари ее.
И так каждый раз с тех пор, как Элла уехала, — стоит упомянуть о ней, как он резко мрачнеет.
— Не хочу портить настроение, но… — Кайл отставил опустевшую тарелку, — папа не отвечает на звонки. Думаете, это из-за того, что произошло?
— Он уволен, не имеет права пользоваться деньгами сети, и Элли больше не его невольница, — снова перечислил я. — К тому же он в долгу перед Эшем. Наверняка ему пришлось взять несколько выходных, чтобы все переварить.
— У меня есть теория, — сообщил Кайл. — Понимаю, это прозвучит странно, но что, если Эш — мой родной брат? Ну типа он сын Рика, а не Роба?
— Ты несешь хрень, чел, — недовольно ответил я. — Эш больше похож на Роба, чем на твоего отца. Посмотри, у них глаза одинаковые!
— Так-то да…
Эш молча уставился на Кайла. Мысли его были где-то далеко. Может, он все еще думает о подарке маленькой невольницы?
Переваривая тортик, я рассеянно слушал, как Киара и Кайл обсуждают желе, и тыкал в телефон, где у меня шел очень содержательный разговор с Беллой о лавандовом цвете.
— У Рика завалялись документы сети, — откашлявшись, начал Эш. — Поскольку он больше не с нами, сходите и заберите их.
И мы сделали то, что хотел от нас этот господин.
Когда мы зашли к Рику, там не было никого, кроме Лиззи, горничной, которая приходила, когда Рика и Элли не было дома. Она сказала, что дядя уехал в большой спешке, ничего не объяснив, а вернется он через неделю или две.
Ясное дело, день рождения Эша, который накрылся медным тазом, не был днем рождения. Нет, он был частью ритуала.
— Здесь не всё, — сказал Эш, проверяя коробку, которую мы изъяли у Рика. — Где секретные бумаги?
Я пожал плечами. Это всё, что мы привезли. Коробка стояла у двери, и мы не проверили кабинет.
— Где эти чертовы документы? — заорал Эш, отшвырнув бумажки.
Злобно шипя, он набрал номер — скорее всего, Рика. Раздался гудок, второй, третий. Но дядя не взял трубку, решив устроить сеанс молчания.
И кузен шмякнул об пол свой новый телефон. Уже второй за неделю.
— Завтра вы отыщете этого ублюдка, твоего папашу! — свирепо рявкнул он. — И пока не найдете, чтоб я вас здесь не видел.
В общем, вчера пришлось отменить прогулку с Беллой, чтобы найти сгинувшего дядю. Киара ждала меня из аэропорта, чтобы возобновить поиски. Короче, моя жизнь — дерьмо.
— Я буду скучать по городу, — сказала Белла, пряча документы в сумку. — Нью-Йорк, конечно, город динамичный, но мне больше нравится атмосфера Лос-Анджелеса.
— А я буду скучать по тебе, Грейс, — улыбнулся я, и она закатила глаза.
— Ты такой сентиментальный, Дженкинс, возьми себя в руки, — отругала меня моя Белла. — Ну все, мне пора.
— Хотя бы обнять тебя можно на прощание? — спросил я, все так же улыбаясь ей.
Она тоже улыбнулась. Скрестив руки на груди и подняв брови, ответила:
— Раньше ты был смелее.
Тогда я решительно шагнул к ней. Руки легли на ее талию, словно были созданы для этого. Моя полная противоположность — мое идеальное дополнение.
Ее пальцы коснулись моего затылка, и я охнул. Посмотрел на ее розовые щеки, которые так любил. Я чувствовал ее проникновенный взгляд на своем лице. Как же она прекрасна!
— Я и сейчас смелый, — заверил я.
— Аэропорты всегда мне казались такими поэтичными, — прошептала она с
