— В-в-смысле? — не без помощи попаданца придя в себя поинтересовался он.
— В прямом, — жестко ответил Тима, глядя тому в глаза, — ты же не думаешь, что я повелся на всю ту чушь, что ты мне рассказал? Ага, как же. Наемники вдруг, едва завидев меня красивого, тут же решают мне служить. Только полный идиот поведется на подобную хрень. Давай рассказывай что да как.
— А не боишься, что я тебя тут порешу? — хмуро поинтересовался враз посерьезневший Риман, — нас тут ведь двое всего. Никто тебе не поможет. Да и игрушки этой твоей странно при тебе нет.
— Ну, во первых, — плотоядно улыбнулся попаданец, бросив взгляд в тот угол, где все это время находилась и бесстыдно наблюдала за их помывкой, невидимая для простого взгляда Лилиана, — я никогда не бываю один. А во вторых… — он задумался, — а во вторых — попробуй, может и получится.
Римана явно сбил с толку самоуверенный вид попаданца, он даже мельком глянул туда куда тот недавно бросал взгляд, но естественно, никого не увидел.
— Каковы твои условия? — наконец поинтересовался он.
— А ты давай рассказывай, рассказывай, а там посмотрим.
Как оказалось, идея прибиться к Тиме была целиком придумкой Римана. Он справедливо посчитал, что тому могут быть нужны люди, а тому кто за ним охотился, информация. Вот и решил предложить свою службу, чтобы когда настанет время, продать попаданца с потрохами.
— Интересно девки пляшут, — задумчиво проговорил Тима, разглядывая своего визави, — а как ты собирался найти того кто тебе заплатит?
— С этим не возникло бы никаких проблем. Не один, так другой влиятельный человек, обязательно бы заинтересовались информацией о главе семьи Ирри.
— Все твои бойцы в деле? — задал новый вопрос попаданец.
— Нет. План был лично моим. Остальным я ничего не сообщал.
— Но они, если что случится, поддержат тебя, — констатировал молодой человек.
— Да, — проговорил Риман и с вызовом посмотрел прямо в глаза попаданцу, — отпусти меня и моих людей и мы уйдем с миром. Ничего о тебе мы не знаем, куда направляешься тоже.
— Нет-нет-нет, так не пойдет. Бойцы-то мне все еще нужны, — улыбнулся попаданец, — да и отпускать вас было бы глупо. А так… Есть у меня одна мыслишка, есть. Лили, будь добра, выруби этого, — он кивнул в сторону сержанта.
— Да я те… — начал подниматься с лавки Риман, но тут же задергался и кулем повалился попаданцу под ноги.
— Ай-ай-ай, — зацокал тот языком, — как не хорошо. Напился да еще в парной. Немудрено, что сознание потерял. Придется, видимо, задержаться нам в этом трактире на некоторое время. Пока десятник в себя не придет.
<p>
<a name="TOC_id20256587"></a></p>
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
<p>
</p>
Римана разбудил холод. Он попытался пошарить вокруг себя, дабы найти сползшее одеяло, но что-то мешало. “Меня парализовало!” — мелькнула заполошная сонная мысль, но сержант тут же ее отбросил. Парализовать его могло только во время неудачного ранения, как это было с одним из его близких товарищей. Но ведь боя-то не было? Или был? Риман попытался вспомнить. И вспомнил! Вспомнил знакомство со странным молодым человеком. Вспомнил его колючий и холодный взгляд. Вспомнил как поступил к нему на службу. Вспомнил помывку в бане придорожного трактира и состоявшийся после разговор.
Риман не был трусом и всегда одним из первых вступал в бой. Но и идиотом он тоже не был. И понимал, что такой человек как Тималь ни за что не простит ему предательства. Озноб прошел по телу наемника и причиной тому явно был не холодный камень, на котором он лежал.
— О, ты очнуться, — раздался рядом негромкий голос и Риман тут же узнал его, — открывай глаза, открывай. Не бойся, — попросил господин Ирри.
Десятник открыл глаза и попытался осмотреться. Не получилось. Кто-то (а Риман догадывался кто именно) уложил его на крупный плоский камень, а ноги и руки привязал к ближайшим деревьям длинными плотными веревками. Поэтому, единственным, что мог разглядеть наемник, были стволы растущих деревьев и серое небо над их кронами.
— Только не кричи, — попросил его Тималь, — не добавляй моей леди лишней работы. Не заставляй ее затыкать тебе рот. Снова.
— Что за херню ты несешь, недоумок? Какая леди? Нахрена ты меня сюда приволок?
— Фу как грубо, — манерно сморщил нос Тималь, — еще несколько час назад ты клясться мне в верности, а сейчас обзываешь. Как не воспитано. Ну да ладно. Отвечаю на твои вопросы по-порядку. Лилиана, золотце, будь добра, проявись. Все равно этот грубиян никому ничего не расскажет.
Рядом с пленителем наемника появилось бледное сияние, сформировавшееся вскоре в невероятной красоты черноволосую девушку, одетую в белое шелковое платье. А затем Риман, вдруг, заметил, что может смотреть сквозь нее. Дикий, необузданный, первозданный ужас обуял его. Он заскулил, задергался на камне, попытался закричать, но Тималь тут же подбежал к нему и, не мудрствуя лукаво, засунул наемнику какую-то тряпку в рот.
— А ну заткнулся! — послышался резкий, хлесткий, как удар кнутом, приказ.
— Неужели я так страшна, Риман? — раздался у него над самым ухом тихий мелодичный голос, — отчего ты меня так боишься?
Дождавшись, пока сержант немного придется в себя, Тима вытащил кляп у него изо-рта и тот, наконец, смог ответить девушке:
— Т-т-ты призрак.
— Да ты у нас догада! — рассмеялся Тималь, хлопая лежащего на камне бойца по плечу, — теперь его тон был обыкновенным, таким каким Риман и привык слышать своего нанимателя. Вся манерность и напускная жуть ушли из голоса молодого человека. Но наемник не спешил расслабляться — взгляд-то был по-прежнему колючим и холодным. А глаза никогда не врут. Так ему еще его бабка говорила.
