Музыканты грянули свадебный марш, как только Кларри и Герберт вошли, держась за руки и стряхивая с одежды друг друга снег. Мисс Симпсон провела их во главу длинного стола, установленного рядом с эстрадой, и официантки тут же забегали, принося блюда с изысканными закусками и воздушными пирожными.
Вскоре собрались все приглашенные и с аппетитом принялись за угощения, согреваясь чаем. Перед танцами Герберт произнес короткую скромную речь, поблагодарив друзей за то, что они пришли.
— После смерти моей первой жены, — сказал он, откашливаясь, — я не думал, что когда-нибудь снова обрету счастье с другой женщиной. И уж точно не искал его.
Его взгляд потеплел, когда он устремил его на Кларри.
— Но счастье оказалось рядом, в моем собственном доме. Это она, добрая и смелая, заботилась обо всех нас, помогая нам справляться с, казалось бы, непреодолимыми трудностями.
Герберт положил ладонь Кларри на плечо.
— Кларри вернула меня к жизни. Она — щедрый дар Небес. Я то и дело щипаю себя — не снится ли мне, что эта прекрасная молодая женщина согласилась стать моей женой. Но это происходит наяву, и я ей за это безмерно благодарен, так же как и мой сын Уилл, для которого Кларри стала любящей матерью, с тех пор как скончалась его родная мать.
Герберт улыбнулся.
— Прошу вас, танцуйте, веселитесь, угощайтесь, если этого желает ваша душа. Спасибо, что пришли отпраздновать с нами этот счастливый день в такую неблагоприятную погоду.
Гости зааплодировали, и Уилл вскочил со стула, чтобы произнести тост за здоровье своего отца и Кларри. Все подняли чашки с чаем.
— За Герберта и Кларри!
Кларри забавлялась, глядя на то, как Лекси и ее подруги перемигиваются и делают удивленные лица оттого, что им приходится пить только чай. Герберт пожелал, чтобы вечер не был испорчен распитием спиртного.
— Чай — это лучшее горячительное, которое только можно себе представить, — заявил он.
Пока гости хлопали в ладоши и вновь рассаживались, заиграла музыка, и внимание Кларри привлек мужчина, выступивший из тени, образованной ширмами. Она обомлела: это был Уэсли. Скрестив руки на груди, он разглядывал молодоженов с умеренным интересом. Заметив, что Кларри смотрит на него, Уэсли поднял брови, дерзко глядя на нее. Как он смел прийти сюда и испортить ей вечер? Сердце Кларри тяжело забилось от волнения. Она почувствовала, что ее лоб покрывается испариной. В следующую секунду Уэсли подозвал к себе официантку, а потом скрылся за ширмой.
— Кларри, милая, — обратился к ней Герберт. — Ты себя плохо чувствуешь?
Она заметила, что тяжело дышит. Ее ладони вспотели, ее бросало то в жар, то в холод. Кларри сделала над собой усилие, чтобы сосредоточиться на его словах.
— Я бы хотел, чтобы ты потанцевала с Уиллом. Не требуй от меня невозможного, — говорил он, виновато глядя на нее. — Дорога в церковь — это все, на что я был способен.
Кларри надеялась уговорить Герберта потанцевать с ней, хотя бы вальс, но он стеснялся своей хромоты и отказался наотрез. Сейчас, правда, Кларри и сама сомневалась в том, сможет ли она танцевать. Из-за того что в помещении было душно, у нее кружилась голова. Уилл, напротив, охотно согласился. Кларри постаралась взять себя в руки, когда он выводил ее на полированный паркет. Другие последовали их примеру.
— А у тебя явно есть опыт, — сказала она, впечатленная его умением.
— Практиковался с сестрами Джонни, — усмехнулся Уилл.
Кларри не могла не оглядываться по сторонам — ей было интересно, хватит ли у Уэсли наглости появиться снова. Какой же дурой она была, посвятив его в свои матримониальные планы! Ей следовало бы догадаться, что Уэсли воспользуется полученными сведениями для того, чтобы поставить ее в неловкое положение. Он пришел, чтобы посмеяться над тем, что она выходит замуж за старика. Поглумиться над ее скромной свадьбой и простыми гостями, живущими на улочках Элсвика, а не в роскошных особняках Джесмонда. Но что бы он там ни думал, Кларри не позволит ему смутить ее язвительными ухмылками.
Когда Кларри и Уилл возвращались к столу, к ним подошла официантка с огромной корзиной, перевязанной серебристой лентой.
— Поздравления от нашего заведения, — сказала она, широко улыбаясь.
— Как мило! — воскликнул Герберт, поднимаясь, чтобы принять подарок.
— О да, — произнесла Кларри. — Мы чрезвычайно благодарны мисс Симпсон.
— Ах нет, это от владельца чайной, — уточнила официантка.
— Боже мой, — улыбаясь, произнес Герберт. — Значит, мы должны поблагодарить его или ее.
— Позвать его сюда, сэр? — спросила официантка.
— Если он здесь, то, конечно, позовите, будьте так любезны, — сказал Герберт.
Официантка сделала книксен и удалилась. Снедаемая любопытством, Кларри развязала ленту. Сняв крышку, она обнаружила, что корзина полна деликатесов: сыра, пирожных, орехов, засахаренных фруктов, пакетов с чаем и кофейными зернами.
— Какая щедрость! — воскликнула она.
— Вы достойны ее, — раздался низкий голос за ее спиной.
Резко обернувшись, Кларри увидела Уэсли. Он сдержанно поклонился ей и протянул Герберту руку.
— Мы знакомы, не правда ли? — спросил Герберт.
— Уэсли Робсон, родственник Вэрити. Я был на свадьбе вашего сына.
— Да, конечно, — вспомнил Герберт, пожимая ему руку. — Это очень великодушно с вашей стороны и довольно неожиданно.
— Я был другом отца Кларри в Индии, — объяснил ему Уэсли. — Это лишь скромное проявление почтения к Белхэйвенам и к вам лично.
— Мы чрезвычайно вам признательны, — сказал Герберт, восхищенно глядя на Кларри, — не правда ли, дорогая?
Они оба смотрели на нее. Ей стало тяжело дышать. Бешено пульсирующая кровь шумела в ушах.
Проявление почтения к Белхэйвенам? Друг ее отца? Какая наглая ложь! Но еще более неприятным, чем его наглость, стало открытие, что Уэсли является владельцем этого заведения — ее любимой чайной. Всего два дня назад Кларри хвасталась ему, что здесь состоится ее свадебная вечеринка. Она внутренне сжалась при воспоминании о том, как она отчитывала Уэсли в его собственном заведении, а затем умчалась. Ее окатила жаркая волна стыда.
— Кларри? — снова обратился к ней Герберт.
— Да, — проговорила она слабым голосом, стараясь не смотреть Уэсли в глаза. — Мы очень вам благодарны.
— Могу ли я просить разрешения потанцевать с невестой? — спросил Уэсли.
— С радостью предоставляю вам такую возможность, — улыбнулся Герберт. — Боюсь, сам я не в состоянии танцевать.
Кларри тревожно взглянула на супруга. Меньше всего ей хотелось танцевать с Уэсли, но как она может отказаться? Герберт кивнул ей, приободряя.
