– Сейчас поплывем, но я не возьму денег с Дэна Фелпса, когда он лежит подстреленный, – он выпучил глаза на Берни, сидящего на муле, вспоминая, как несколько дней назад тот отказывался ступить на паром.
– На нас напали грабители. Мои братья ехали впереди, когда услышали выстрелы, и поспешили нам на помощь. Если б не они, нас бы убили, – Мерси смотрела мужчине прямо в глаза. – Они сопровождают нас до дома в Куил Стейшн.
– Ну, мэм, заезжайте на паром. Хей, сюда! – позвал он Берни. – Этот упрямый осел позволит завести его на борт?
– Нет. Джоб не любит чужих. Ленни заведет коня, а потом вернется за мулом.
Пока они плыли на пароме, Берни стоял рядом с животным, запряженным в фургон. Ленни помог Мерси выйти из фургона. Ее ноги так занемели, что она едва могла стоять. Плечи и спина болели, будто ее побили палкой. Мерси немного постояла и опять вернулась в фургон. Ей было невыносимо без Даниэля. У нее было такое ощущение, что сердце превратилось в кусок свинца. Только бы он пришел в себя!
Даниэль очнулся только в сумерки, медленно, как в тумане, начиная соображать, что происходит. Они ехали, ехали, ехали, как вдруг внезапно нахлынула боль. Боль, которая охватила его, как гигантская когтистая лапа. Вокруг было темно, все тело болело и горело. Он открыл глаза и посмотрел на небо. Боже! Мерси! Где она? Наверное, из его уст вырвалось имя любимой, потому что она сразу склонилась над ним.
– Я здесь, любимый. Ты очнулся?
– Мерси... – на его лице была тревога. – С тобой все в порядке?
– Со мной все хорошо. Ленни и Берни подоспели вовремя. Они провожают нас до дома, как велел им Ход. Братья ехали впереди, потом вернулись.
– Так это были их следы на дороге. Парни, наверное, тоже видели несущегося коня. Я помню выстрел в спину. Куда меня еще ранили?
– Пуля пробила твое плечо, другая задела голову. Берни сказал, что она убила Зельду. Третья пуля угодила тебе в бедро.
– Они хотели добить меня наверняка. Кто это был?
– Не знаю. Ленни и Берни убили их. Сейчас они везут нас домой.
– Скажи им... я благодарен.
– Они знают это! – она откинула с лица волосы.
– Где мы сейчас?
– Уже переправились через Уобош, а теперь едем по дороге от реки.
– Я умираю от жажды.
Мерси налила из кувшина чашку воды и приподняла Даниэлю голову, чтобы напоить его. Раненый закрыл глаза и застонал.
– Черт! Милая, я не могу. Мою голову словно раскололи топором. Нельзя даже пошевелить ею.
– Лежи спокойно, – Мерси потянулась к саквояжу, достала чистый носовой платок и смочила его водой. – Открой рот, – она выжала платок, и вода закапала ему в рот.
– Он уже пришел в себя? – спросил Ленни, подъехав к фургону.
– Хочет пить. Если ты раздобудешь сухой камыш, он сможет сосать через него воду из чашки.
– Сейчас поищу.
– Ленни сейчас привезет камыш, и ты будешь пить, сколько захочешь, – она протерла его лоб влажным платком и поцеловала.
– Любимый, я так испугалась. Я люблю тебя.
Он открыл глаза и посмотрел на нее, с трудом превозмогая боль.
– И я люблю тебя, милая. Мое желание безраздельно обладать тобой чуть... не погубило тебя.
– Не думай об этом, – Мерси накрыла мужа еще одним одеялом, почувствовав, что он весь дрожит. – Сейчас необходимо тепло.
Ленни принес сухой камыш.
– Надо дать ему немного виски, чтоб согрелся. Разбавь его водой, а то будет слишком крепко.
Девушка последовала его совету. Даниэль глотнул и сморщился.
– Я знаю, что тебе не нравится, но так ты быстрее согреешься.
Даниэль выпил виски. Через некоторое время он провалился в темноту, ему снилось, что его яростно колют вилами, а потом гонятся за ним по какой-то темной, узкой дороге. В конце дороги был спасительный свет, но до него еще нужно было добраться. Потом он увидел Мерси, стоявшую у дерева, а с ветки, прямо над ее головой, свисала змея. Жена не догадывалась об опасности, а у Даниэля вдруг пропал голос, лишив его возможности предупредить любимую.
Когда Даниэль очнулся, стало совсем темно. Мерси поднесла к его губам камыш и, попив прохладной воды, он снова погрузился в сон.
Когда проезжали мимо темного дома Белинды Мартин, взошла луна. Из-под крыльца дома старого мистера Блелока выскочила собака и залаяла на них. Старик прикрикнул, и собака притихла.
В полночь они, наконец, добрались до Куил Стейшн. Нигде не было света. Мерси попросила братьев остановиться у магазина и постучала в дверь, чтобы разбудить Майка. Тот торопливо вышел с фонарем в руке. Он осторожно приподнял фонарь, чтобы рассмотреть, кто стоит у двери. Свет упал на Мерси, с растрепанными волосами и в испачканном кровью платье. Майк выскочил на улицу.
– Боже! Что произошло?
– Даниэль серьезно ранен. Это случилось около полудня, недалеко от Нью Хармони. Я не придумала ничего лучшего, как поскорее привезти его домой.
– Ты поступила совершенно правильно, милая. Боже праведный! Вези его домой, а я поеду за Элеонорой и Тенеси.
– Мы с трудом уложили Даниэля в фургон. Ему было очень больно. Не думаю, что будет легко вытащить его оттуда.
– Ты уже дома, милая. Мы с Гевином перенесем его, – Майк отвернулся от нее, но Мерси успела заметить презрительный взгляд, который он бросил на Ленни. Она разозлилась.
– Майк! Ленни и Берни – мои братья! И будь добр, не смотри на них свысока. Если б не они, мы бы уже были мертвы, – Мерси заплакала, из ее груди вырывались горестные стоны.
– Ну, милая, я ни о чем подобном и не думал. Перестань плакать! Ты столько пережила, что совсем выбилась из сил.
– Обо мне не беспокойся! Нужно помочь Даниэлю. Майк посмотрел на Ленни.
– Ты можешь ехать в фургоне? Если я возьму коня Даниэля, то обернусь быстрее.
Ленни медленно слез с лошади. Майк попытался вскочить на коня.
– Ты что, ехал на нем без седла?
– Да.
– Помоги мне сесть, – Майк поставил фонарь в угол фургона. – Возьмите его с собой. Я буду торопиться.
Берни подогнал фургон прямо к двери. Мерси вошла в дом. За неделю там стало холодно и сыро. Ленни разжег в камине огонь. Она зажгла лампы и растопила кухонную плиту, зная, что им понадобится горячая вода.
Приготовив постель в комнате за кухней, девушка вернулась к фургону. Время тянулось бесконечно долго, когда, наконец, послышался приближающийся топот копыт.
Даниэль очнулся от боли, когда его переносили из фургона в дом, а затем Мерси и Тенеси принялись раздевать его, чтобы промыть раны. Было невыносимо больно наблюдать, как Тенеси зашивает их. Мерси со слезами на глазах выскочила из комнаты. На помощь Тенеси, которая спокойно продолжала делать все необходимое, пришел Гевин.
Мерси вернулась. Молча она стояла и смотрела, как пляшут отблески огня по лицу Даниэля. В ее глазах была усталость. Мерси наклонилась и поцеловала мужа в губы, щеки, глаза. Распрямившись, она увидела, что Майк, Элеонора и Гевин наблюдают за ней.
