ней, готовый подхватить ее, если она упадет, успокоить, если закричит.
Селеста присела на подлокотник трона Рен и безучастно смотрела в пол. Она почти ничего не сказала с тех пор, как приехала Рен, они сидели рядом в сгущающейся тишине, пытаясь осознать, что произошло.
Хотя дворец кипел от деятельности, без Розы он казался странно пустым, как будто даже гордым каменным стенам не хватало решительного взмаха ее юбок, трели ее голоса, эхом разносящегося по коридорам, мелодии, которую она напевала, ухаживая за своими розами.
Сейчас Рен тосковала по Розе, с ненавистью вспоминая те моменты, когда была молчалива с сестрой или проявляла незаинтересованность в ее планах и мечтах. Она скучала по нежной теплоте и уму Розы, ее непоколебимой преданности и неиссякаемому оптимизму. Рен принимала Розу как должное, считая, что та будет всегда вести за собой, планировать их будущее с безошибочной уверенностью, благодаря которой Рен стала доверять ей.
С момента их воссоединения в прошлом году Рен даже представить себе не могла мир, в котором они не вместе, ведь они всегда плечом к плечу, рука об руку правили, смеялись, жили бок о бок, как того хотели их родители. Если Банба была одной половиной сердца Рен, то Роза была другой, и Рен не могла, не захотела бы жить дальше без нее.
Нет, она отказывается в это верить.
– Она жива, – сказала она надломленным голосом и вытерла слезу со щеки, но следом скатилась еще одна, а потом еще. – Она не могла умереть.
Селеста подняла голову, позволив всем разглядеть ее опухшие глаза и заплаканное лицо.
– Я видела, как Розу утащило под воду. Она не всплыла. Мы искали несколько часов, но Онак двигалась так быстро, что у нас не осталось ни единого шанса. – Она запустила руки в волосы, вытаскивая кристаллики соли из завитков. – Ее больше нет. Никто не может так долго оставаться под водой.
– Онак может, – сказала Рен, вспомнив видение.
После ссоры между Онак и Ортой Старкрест на берегах Серебряного Языка Онак упала в реку, наколдовала жабры на своей шее и проплыла, как рыба, весь путь до Гевры. Все думали, что она мертва, но правда в том, что Онак никогда не умирала, точнее, не совсем. Она просто уплыла. Не как она сама, а как существо, умеющее дышать под водой.
– Онак уже мертва, – отметила Селеста, – или возродилась. Но суть в том, что правила на нее не распространяются.
Рен нахмурилась.
– Ей все еще нужны заклинания. – На самом деле Рен сама наложила те же самые чары в детстве, чтобы часами плавать в море Орты, пока Банба не охрипла, пытаясь позвать ее домой. Возможно, хотя и не совсем правдоподобно, что Роза знает это заклинание, ведь она практиковалась.
– Роза не утонула. – Рен встала и снова вытерла щеки. Она придала голосу твердость. – Я это почувствовала бы. Я знаю это. – Она сжала меч, желая поверить в собственные слова. – Я знаю свою сестру. Она не сдалась бы так легко. – Она повернулась к Селесте. – Ты видела что-нибудь? Если не в море, то, может быть, в старкрестах?
Селеста нахмурилась.
– В костре на острове Карриг я увидела лишь лес. – Она покачала головой. – Я увидела его до того, как мы потеряли Розу.
– Лес? – Рен подошла ближе. – Какой лес?
– Тот, который плачет, – многозначительно произнесла Селеста, и Рен сразу поняла, что та имела в виду Плачущий лес, окаймляющий скалы Шепчущего ветра. – Мы думали, что туда направилась Онак, когда мы отплыли от острова. Именно поэтому мы в такой спешке покидали Карриг.
– Конечно, она направилась туда, – пробормотала Рен, поняв план ведьмы. – Онак везет Розу в лес Мертвых ведьм. – Заметив недоумение на лице Селесты, она продолжила: – Онак создает армию воскрешенных. А что лучше одной воскресшей ведьмы? – Она судорожно сглотнула. – Тысячи мертвых ведьм.
– Какое это имеет отношение к Розе? – спросила Селеста.
Рен замерла. Внезапно она поняла, что это имеет прямое отношение к Розе.
Селеста вскочила на ноги, прочитав выражение ее лица.
– Что такое?
– Чтобы поднять такое количество ведьм, Онак потребуется мощное заклинание. Великая жертва… – А что еще могущественнее королевы – потомка не только Эаны, первой ведьмы, но и самой Онак Старкрест. Щеки Рен начало покалывать. У нее закружилась голова, а ноги подкосились. Проклятие поглотило ее страх, стремясь к большему. Тор двигался как волк, поймав Рен прежде, чем она согнулась. Она оперлась на его руку, озвучивая свой ужас. – Думаю, она хочет использовать Розу.
Темные глаза Селесты расширились.
– Ты правда думаешь, что Роза еще жива?
Рен мрачно кивнула.
– Даже если это так, то ненадолго. – Нельзя терять ни минуты. Если догадка Рен верна, то Роза в огромной опасности и настолько далека от помощи, насколько позволяла страна. – Нам нужно идти и быстро. – Она повернулась к Тору, схватив его за лацканы. – Немедленно иди к капитану стражников Анадона и вели ему собирать армию. Королева выезжает в сумерках. И нам понадобится провизия, если мы собираемся срезать путь через пустыню.
В следующее мгновение Тор исчез, стремительно шагая по коридорам Анадона и неся срочное сообщение от королевы.
– Я напишу Анике, – решила Селеста, которая уже была на полпути к двери.
Рен вышла на балкон, но Шен не поднял головы. Если он и почувствовал ее присутствие, то не подал виду.
Кай посмотрел на Рен через плечо, приподняв брови.
– Мне нужно поговорить с Шеном.
К ее удивлению, Кай не стал спорить, а вышел, оставив их наедине.
– Прости, что накричала на тебя, – нарушила тишину Рен, – случившееся с Розой, – не твоя вина. Правда в том, что в первую очередь я злилась на саму себя за то, что оставила ее. – Она закусила губу. – Да я постоянно бросала ее. Последние несколько месяцев я была плохой сестрой.
Рен повернулась к Шену.
– Я был там, Рен, и она выскользнула у меня из рук. – Он выругался. – У тебя есть полное право кричать на меня. Черт возьми, тебе следовало проткнуть меня своим новым изысканным мечом. Я заслуживаю это.
– Нет, это не так, – сказала Рен, и она действительно так думала. – Ты единственный в мире, кто любит Розу так же сильно, как и я. – Она схватила его за руки, пытаясь вытащить из облака меланхолии. – Ты должен помочь мне спасти Розу, Шен.
Он нахмурился.
– Она умерла.
– Пока нет, – сказала Рен, надеясь, что права. – Онак направляется в Плачущий лес. Думаю, Роза с ней.
Губы Шена сложились в тонкую линию.
– А что, если ты ошибаешься? – спросил он, очевидно, не желая питать напрасных надежд.
– Мы пойдем
