себя великими, канули в небытие. Теперь пришло время делить мир…
Машвел рассмеялся, его смех эхом разнесся по подвалу, но в его глазах мелькнула тень сомнения.
– О как заговорил! – воскликнул он, его голос наполнился сарказмом. – Что ты имеешь в виду? – спросил он, наклонившись ближе к Эллариону, его лицо стало серьезным, как никогда.
– Оглянитесь, – тихо, но властно произнес Элларион. – Где Рок? Где Беота? Где Курама? Исчезли даже их тени, словно дым на ветру.
Машвел насмешливо прищурился, его глаза блеснули холодным огнем.
– И что с того? – бросил он. – Мы не сможем завладеть их вершинами.
– Это так, – кивнул Элларион, его вкрадчивый голос звучал как шепот ветра, пробирающийся сквозь скалы. Он глубоко проникал в сердца и мысли слушателей. – Но осталась гора человека. Смертного, которого Судья вознес высоко. И этот смертный ушел, оставив за собой лишь жен. Одна из них сидит на вершине, словно страж, охраняя его наследие. Другие разъехались по разным уголкам, следуя путями, которые указал им их муж. Наследие Худжгарха уязвимо, братья. Подумайте над моими словами.
* * *
Заботы словно тяжелый туман окутали жен Худжгарха-хранителя. Их было так много, что они едва могли вздохнуть. Погруженные в проблемы новых владений, они впервые осознали, какой непосильной ношей был обременен их муж. Его редкие визиты домой теперь казались им чем-то естественным, но в то же время горьким напоминанием о его постоянном бремени.
Став княгиней Ильриданой Первой, Чернушка ощутила на своих плечах груз ответственности. Этот титул, дарованный жене князя, наделял ее властью управлять княжеством от его имени в его отсутствие. Теперь перед ней открывались новые горизонты и вызовы, но вместе с тем и понимание: она должна быть не только женой, но и опорой для своего мужа, помогая ему нести этот тяжкий крест.
Она металась по княжеству, обустраивая его. Пустила молву, что все, кто переедет из Лигирийской империи в княжество Чахдо, получат подъемные для обзаведения хозяйством. Она платила дзирдам за лес, который они валили в Старых горах, за камень, который добывали посланники гномов из Девятых ворот. Все это она раздавала желающим, платя из своего кармана. Благо золота, серебра и драгоценных камней было не просто много, а очень много, и все это находилось в руках прижимистой и хозяйственной гномки. Глазастая наделила каждую из жен одной нитью благодати для оказания им помощи и контроля за ними. Она знала все их нужды, давала дельные советы и сверху обозревала, как обустраиваются новые владения их мужа. От ее зоркого ока ничего не могло укрыться. Она была самой прозорливой и рачительной из всех жен. Вникала в мелочи до въедливости, советовала, а то и требовала от сестер, чтобы они поступали так, как она говорила. Скоро жены Худжгарха приняли ее руководство в деле обустройства доменов и смирились, признав ее право руководить. Даже гордая лесная эльфарка притихла.
В империи ко власти пришла императрица. Император был сражен недугом после череды поражений, и его разбил паралич. Лучшие лекари и маги не могли справиться с его болезнью. Императрица в паре с молодым фаворитом, генералом от разведки, строила свою вертикаль власти. До нужд населения ей не было никакого дела, и то, что жители покидали империю, ее не волновало. Она укрепляла свою власть, так как понимала, что в тех условиях, когда нельзя полагаться на легионы, ее власть может быстро закончиться мятежом генералов. Она расчищала себе поле деятельности. Арестовывала и казнила генералов и наместников по первому доносу. Шпионы наводнили страну, тайная стража свирепствовала, ища мятежников. При этом буйно расцвели гнезда бандитизма и разбоя. Грабили и убивали на улицах городов, на проезжих дорогах. Без большой охраны передвигаться было невозможно.
В империи начался ропот. Наместники, которые испугались карающего меча императрицы, стали строить заговоры. И первыми объявили об отделении от империи два северных наместника из тех провинций, которые не затронула война. Там находились регулярные легионы, преданность которых наместники купили золотом. Они объявили себя князьями и заключили оборонительный союз. Послали посольства в Вангор к императору, и тот благосклонно принял их. Князья передавали свои земли Вангорской империи в качестве доминионов и просили разместить на их землях войска Вангора. Содержание войск брали на себя. Южная армия Вангора, разгромившая имперцев, вошла в эти королевства и стала на рубежах. Границы провинций проходили по естественным рубежам рек, гор, лесов, как было при их независимости. Император не менял границы.
Спешно набранные императрицей легионы были разгромлены на границе империи мотивированной и дисциплинированной, закаленной в боях армией Вангора.
Затем еще ряд провинций объявил о независимости, и императрица не могла сдержать натиск сепаратизма. Все свои усилия она сосредоточила на удержании власти в первом королевстве, что стало основой империи, и трех ближайших провинциях.
Теперь империя оказалась окружена врагами: с юга надвигалось княжество Чахдо, подаренное императором Вангору в качестве жестокой контрибуции, на юго-западе простирался зловещий Вечный лес, а на севере восстали мятежные королевства, усиленные армией новой Вангорской империи.
Судьба, словно капризная дама, изменила свое лицо: некогда могучая и гордая Лигирийская империя, символ государственного величия и законности, страх и ужас своих соседей, теперь лежала в развалинах, пожиная горькие плоды захватнической политики и безрассудного правления своего монарха. Потекли обозы беженцев из разоренных приграничных провинций империи в Чахдо, привлеченные посулами ее правительницы. Беженцев встречали на границе чернокожие воины и собирали их в большие таборы, им предоставлялась пища и фураж для животных, потом большими караванами отправляли их в места поселений. Сначала заполняли поселки, которые остались без жителей, уведенных орками, и вскоре они заполнились людьми. Получив золото на обзаведение хозяйством, они стали обрастать имуществом и инструментами, поставляемыми из империи. Скотоводы гнали в Чахдо скот, который скупала княгиня и раздавала жителям.
Казалось, что жизнь быстро возвращалась в обезлюдевшее княжество. У Старых гор расположились поселения дзирдов. В центральной части поселились переселенцы. На склонах Снежных гор обживались гномы, и рядом с ними селились уже новоприбывшие переселенцы. Они возделывали землю, ловили рыбу, охотились на зверя и валили лес. Соседство с гномами пошло на пользу, у них начался товарообмен.
Но не все гладко было в княжестве, здесь тоже распустились горькие цветы разбоя и грабежа. Разбойники, несмотря на патрули дзирдов, грабили переселенцев, сжигали поселки и убивали людей. Их ловили, казнили, но грабежи и убийства не прекращались. В столице Чахдо, в одноименном городе, где был престол княгини Чахдо, стало опасно по ночам выходить на улицу. И тогда Чернушка поняла, что это неспроста.
Используя нить благодати, она связалась с гномкой, которая стала полноправной хозяйкой горы, ее авторитет среди жителей и жен был непререкаем. Она умело вела дела, поселила простых жителей всех
