Спасало только то, что ублюдкам с луками было неудобно стрелять из бойниц прямо под стены. Должно быть, выворачивались из себя, бедолаги. Да и мишеней, слава богу, хватало.
Пока Ким прикидывал минимальный угол, необходимый стрелкам для того, чтобы нашпиговать ползущих «сиреневых» железом, стрелки и сами догадались, что обстрел из луков выходит не вполне удачный с точки зрения статистики раненых и убитых.
Из окон верхних этажей прямо по стенам потекла горящая чёрная жидкость.
«Неужели сырая нефть? — удивился Ким. — До керосина, вашу мать, ещё не додумались в своем поганом игровом средневековье?!»
Несколько человек, кто-то ниже по стене, кто-то выше самого Кима, с дикими воплями полетел назад, в реку, прямо на подводные бревна-пики. Тела падали вдоль стены, кувыркаясь, сиреневые плащи и светло-карие одежды, облитые нефтью, пылали как фейерверк!
Впрочем, все это было бесполезно. Облить огнем защитники могли только тех, кто полз под бойницами. Как только первые из обожженных рухнули вниз, большинство Игроков, медленно перемещаясь вдоль башен, ушли с линии «стоков» и стали ползти по стенам как прежде, страшась лишь попадания стрел.
Постепенно, теряя людей, линия ползущих достигла уровня первых бойниц. Поглядев вниз, Ким присвистнул. От поверхности рва его отделяло почти тридцать метров, пройденных всего за несколько минут. Его опасения ползти сто или сто пятьдесят метров по вертикали тут же исчезли. Нападавшим вовсе не надо было подниматься так далеко наверх. Достаточно было дойти до первых бойниц! Этажи в башнях, наверняка, соединялись переходами и со способностями Асассинов к фехтованию, в возможности пройти сквозь ряды «живого» и «убиваемого» противника Ким не сомневался.
И правда, первые добравшиеся до бойниц бойцы стали немедленно прыгать внутрь. Защитники с луками как выяснилось, были рассажены очень редко и многие бойницы вообще не охранялись. Выбив остекленную раму и вырвав железную решетку с толстыми прутьями, товарищи Кима — настоящие монстры физической силы и скорости, исчезали внутри. Обстрел почти немедленно прекратился. Поняв, что одними стрелами периметр не удержать, защитники, вероятно, стали концентрировать усилия на сражении внутри башен. Однако, Ким … не спешил.
Штандарт, развевающийся на самой вершине, как прежде оставался главной и единственной целью. Истребление защитников замка было вовсе не обязательно!
Посмотрев на немногочисленных, оставшихся на стенах Игроков, Ким буквально бросился вверх по стене.
Наперегонки!
Ползли оставшиеся «умные» асассины действительно очень быстро. Ни один нормальный человек не выдержал бы подобного «скоростного» карабканья по отвесным стенам. Поднимаясь, Ким поднабрался опыта и теперь полз по стене стремительно, как заправский паук. Мечи втыкались, а руки подтягивались на автомате, уже отточенными, заученными движениями. Но его конкуренты не отставали. Наконец, вперед вырвались двое. Самые легкие и тонкие, оказались лидерами невероятной гонки. Ким и ещё один худой, невысокий Игрок. Мир словно исчез. Ким и его противник часто переглядывались, на протяжении почти получаса они видели теперь только друг друга.
Сто метров оставалось за ними. И, наконец, долгожданные сто пятьдесят!
В замке бушевала схватка, из бойниц самых высоких башен уже вырывалось открытое пламя. В донжоне, на крыше которого был закреплен штандарт и по которому карабкались сейчас Ким и его противник, слышались звуки схватки. Это соратники, вернее, уже конкуренты Кима бежали к вожделенному знамени по внутренним лестницам и коридорам, оставляя за собой только трупы облачённых в латы ушастых существ.
Наконец, Ким схватился рукой за выпирающую балку крыши. В последний раз подтянулся и побрел к высокому стальному древку. Мечи он убрал за пояс, чтобы не мешали. Когда до знамени оставался шаг, Ким неожиданно замер и вдруг обернулся назад. Высота была потрясающей и ужасной. Сто пятьдесят метров, если не ошибался Ким, в его мире соответствовали зданию в пятьдесят этажей!
Вокруг выл холодный ветер. Вся долина, в которой происходила схватка, грязный ров и соседние более низкие башни лежали как на ладони. Ступни ног упирались в скользкую черепицу, которая, однако, оказалась всего лишь декоративной и представляла собой сплошное листовое покрытие, закрывавшее крышу здания по всей его ширине.
В этот момент, в трёх метрах от Кима, на крышу выбрался его враг. Быстро вскарабкался выше к знамени.
Теперь их отделял от победы или поражения всего шаг. А также, возможно, всего одна смерть, единственное убийство. Все остальные «товарищи», что гремели сейчас мечами за стенами башен, неумолимо отстали.
Ким демонстративно протянул руку и почти дотронулся до штандарта.
— Выжить должно ровно сто Игроков, — сказал он примирительно. — Два первых Игрока выживут наверняка.
Акробат напрягся. Драться совсем не хотелось. Во время рывка по стенам Ким потерял много крови, Возможно, почти литр, во всяком случае, путь по которому он прошел, был отмечен багровыми пятнами. Голова измученного акробата начинала кружиться, а рана — уже перестала болеть. Боль стала не острой и обжигающей как сразу после попадания стрелы, но ноющей и горячей. Из медицинских стереофильмов по колюще-режущим ранам, просмотренных детстве, Ким знал — его силы находились почти на исходе. Очень скоро сознание оставит его совсем.
— Согласен, — немного подумав, проскрипел измученный гонкой конкурент и, убрав собственные мечи в ножны, радостно протянул Киму руку. — Берем знамя вместе и идем вниз? — он шагнул ближе.
Рука по-прежнему оставалось протянутой.
— Да, — сказал Ким, — вдвоём.
Ладонь друга сжалась на его пальцах, но … тут же резко дернула Кима в сторону!
— Сдохни, падаль! — заорал «друг», заламывая руку Кима назад и резким движением выбивая ее из сустава. — Этот штандарт уже мой!!!
Одновременно, на крыше появилось несколько новых воинов. Судя по сиреневому рванью у них на плечах — Асассинов, выживших в схватке внутри башни.
Пнув Кима изо всех сил, лживый конкурент быстро выхватил меч из-за пояса, и, разворачиваясь на носках, со всей силы рубанул по древку штандарта. Знамя стало заваливаться, как в замедленной съемке, но мечи-кинжалы, брошенные поднявшимися асассинами, уже летели в предателя.
Ким кувыркался по черепице и что-то кричал от боли. Глаза его сами собой захлопнулись. Но когда зрение вернулось, он уже парил в воздухе.
Проиграл!
Вода и ров приближались с огромной скоростью. Перспектива и вид увеличивающихся маленьких фигурок внизу, менялись на глазах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
