— Боже не отнимай его у меня, — простонала, не в состоянии сдерживать рыдания, — Не отнимай, теперь, когда я все поняла. Позволь снова увидеть его глаза, улыбку… Сохрани ему жизнь, даже если он никогда не ответит мне взаимностью…
— Зачем оплакиваешь живого? — послышался позади голос старика. И Кэтрин вздрогнув, принялась утирать слезы.
— Не оплакиваю, — ответила осипшим голосом, — А прошу за его жизнь.
— Так дальше нельзя, — сердито произнес лесник, — Когда ты последний раз спала? Ему не поможешь и себе угробишь!
— Я не сомкну глаз, пока он не откроет своих, — упрямо заявила девушка. На самом деле, дело было не в упрямства, она просто боялась, что может не проснуться когда Мишелю понадобиться помощь.
— Глупое упрямство, — продолжил, убеждать лекарь, словно прочитав ее мысли, — Сейчас ему не нужна твоя помощь, но когда придёт в себя, непременно понадобится. Потому что тогда, мне придётся оставить вас. В деревню пришла чума и там нужна моя помощь не меньше чем здесь. Поэтому дальше тебе придется ухаживать за ним самой. А для этого понадобятся силы.
Он был прав. Конечно, Кэтрин чувствовала усталость, но просто не могла заставить себя отдохнуть. Стоило прикорнуть на миг, как в голове, что щелкало, и она вскакивала до смерти перепуганная.
Старик посмотрел на девушку, уснула наконец, устроив голову на руке мужа. Она выглядела не намного лучше раннего, усталость окрасила ее лицо серым, а голод сильно истощил. Рана графа начала затягиваться, но лесник не сказал Кэтрин, не желая понапрасну давать ей надежду. Необходимо было дождаться, когда тот очнется и тогда все прояснится.
Приготовив наваристый бульон мужчина снял котелок с огня и разлил по чашкам. Он двигался бесшумно, стараясь не разбудить бедную девочку. И услышав слабый стон, решил, что все же потревожил ее и без того тяжкий сон. Но обернувшись, обнаружил, что она по-прежнему крепко спит, а звук издал приоткрывший глаза граф. Старик вздохнул с облегчением, и мысленно произнес молитву.
Мишель попытался подняться, но тело не подчинялось ему. Он осмотрел комнату не понимая где находится и как сюда попал. А потом заметил старика. Тот, жестом велел ему не двигаться и рукой указал на спящую рядом девушку.
— Что….что я здесь делаю? — спросил Дантон слабым голосом.
— Тихо сын мой, — шепотом ответил лесник, осторожно коснувшись его лба, — Отлично, жар спал, теперь наверняка пойдёшь на поправку.
— На поправку? — события последних дней в его голове покрылись туманом. Граф напрягся, пытаясь вспомнить хоть что-то. Его ранили. Точно! Врач констатировал заражение крови. Потом он послал за женой. А дальше все смутно.
— Как я здесь оказался? — снова спросил Мишель.
— Она привезла, — старик указал на спящую Кэтрин, — Не тревожь ее, девочка не спала много дней. Безустанно молясь возле твоей постели.
— Как долго я здесь? — тихо поинтересовался мужчина.
— Долго, сын мой, — произнес лекарь, и расстелив на столе полотно, принося складывать в него флаконы и травы, — Такая хворь быстро не уходит. Но чудо все же свершилось, ты очнулся.
— Спасибо… — хотел было поблагодарить граф, но лесник его перебил:
— Поблагодаришь свою жену, благодаря ее молитвам, Господь сохранил тебе жизнь.
Мишель посмотрел на жену, и у него в груди все сжалось. Ее волосы запутались, а лицо было бледным и усталым. Он хотел коснуться ее головы, но руки еще не подчинялись.
— Я должен вас оставить, в округе свирепствует чума, и там теперь моя помощь нужнее, — старик связал в узел собранные вещи и закинул на плечо, — Не беспокойся, ты теперь быстро пойдёшь на поправку, девочка знает что делать.
Кэтрин испуганно подняла веки, и подумала что все ещё испить, потому что увидела Мишеля, смотрящего на нее широко раскрытыми глазами. Она так сильно этого желала, что теперь ей начало мерещиться. Зажмурилась, пытаясь прогнать видения, но услышала до боли знакомый голос:
— Кэтрин. Кэтрин, ты снова меня спасла…
Вздрогнула подскочив на месте. И не веря своим глазам уставилась на мужа. Он очнулся! Это было не ведение, Мишель пришёл в себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Господи… — прошептала переполняемая эмоциями, и уткнувшись в его плечо дала волю слезам.
— Ну что ты, я же жив, — рука графа опустилась на ее голову. — Или ты из-за этого и плачешь,
Поднялась с упреком посмотрев на него, и наткнувшись на широкую улыбку, почувствовала, как в груди остановилось сердце. Как же долго она этого ждала….
— В следующий раз когда решите умереть, запомните, что я верну вас даже с того света! — пообещала девушка угрожающе.
— Почему? — спросил Мишель, его голос звучал очень слабо.
— Что почему? — не поняла она, не придя еще в себя от радости.
— Почему ты снова спасла меня?
— Я говорила уже, что не желаю вам смерти, — опустив глаза ответила девушка.
— На столько сильно, что проделала огромный путь в одиночку? — он вскинул вопросительно бровь.
— Почему вас это так удивляет?
— Возможно, я не верю в искреннее благородство, — посмотрел на нее не моргая, это взгляд впивался в ее кожу.
— Тогда считайте, что я вернула долг, вы же тоже спасали меня не раз, — пожала она плечами, не понимая куда он клонит, — И заметьте, я не спрашивала зачем вы это делали.
— Я делал это с определёнными намерениями, — честно признался мужчина, — А какие намерения у тебя?
— Вы серьёзно? Вы наверное все ещё бредите! — ее губы дрогнули, а глаза наполнились слезами, — Разве нужна причина для того, чтобы бороться жизнь человека который дорог…
— Я дорог тебе? — Мишель нахмурился.
— Конечно дороги, вы мой муж!
— И только?
— Что вы хотите услышать?
— Хочу знать почему ты не отходила от меня все эти дни? Почему расплакалась когда очнулся?
— Я переживала, за вас неужели не понятно, — ответила, собираясь подняться, — Вам нужно отдыхать!
— Кэтрин, — он схватил девушку за руку, его хватка была слабой, и она могла легко высвободиться, только вот не хотела, — Спасибо!
Кэтрин махнула головой, и ее губы снова задержали. Ей хотелось сказать ему правду. Рассказать о своих чувствах, но она не хотела обрушить это все на него вот так. Опасалась быть отвергнутой…
— Ну что ты в самом деле, — его ладонь коснулась ее щеки, а большой палец стер слезу, — Признаться, я не видел девушки смелее.
— Вы снова насмехаетесь надо мной, — грустно улыбнулась девушка.
— Отнюдь, — Мишель был совершенно серьезен, — Видимо, ты очень сильно, не хочешь становиться вдовой, раз совершила практически невозможное. И придется мне сделать так, чтобы никогда не заходила…
Дантон рывком притянул жену к себе. Кэтрин удивилась неожиданно пробудившийся в нем силе, но вспомнив про рану, воскликнула:
— Что вы делаете, ваша рана…
— Прекрати уже выкать, это право начинает раздражать, — его лицо находилось напротив ее, и улыбнувшись Мишель добавил. — Не знаю чем поили меня старик, но я совершенно не ощущаю боли.
В следующий миг его рот завладел ее губами, и Кэтрин чуть не лишилась рассудка от всплеска эмоций. Видимо ее тело только этого и ждало, моментально ответив на прикосновение мужчины. Внутри все затрепетало, а кожа покрылась мурашками. Но все же разум взял верх, и с трудом отстранившись от мужа, она строго произнесла:
— Тебе необходим покой!
Мишель быстро шёл на поправку уже через несколько дней он твёрдо стоял на ногах. Кэтрин ругала его за то, что слишком торопиться, но в душе восхищалась им. Графа словно подменили, он стал относиться к ней с трепетом и нежностью. Что очень льстило Кэтрин. А одним из вечеров перепугал до смерти:
— Кэтрин, подойди, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что, что случилось? — девушка встревожено бросилась к мужу, — Снова открылась рана?
— Открылась, — ответил он серьёзно, и внутри у Кэтрин все оборвалось, — Только не та.
Мишель ухватил девушку за талию подмяв под себя. И нависнув над ней с победой улыбкой произнес:
— Теперь ты не убежишь…
