Читаем без скачивания Представитель - Алекс Орлов

Майк отвернулся, а Шило сжал его плечо.

Еще через несколько минут Мэнди удалось положить на носилки. Санитары прикрыли ее легким одеялом с эмблемой госпиталя и понесли к выходу, а доктор подошел к Майку и протянул ему визитку:

– Вот, молодой человек, здесь номера телефонов и диспикеров. Все дежурные службы к вашим услугам.

Можно звонить сегодня вечером, но я бы посоветовал вам подождать до утра.

Доктор обнадеживающе улыбнулся и уже хотел уйти, но Майк остановил его, схватив за локоть.

– Послушайте, сэр, – лихорадочно заговорил он. – А вы могли бы вылечить Мэнди? Вылечить ее совсем?!

– Молодой человек, зависимость от препаратов N-типа остается на всю жизнь. Возможны длительные ремиссии, но...

Доктор замолчал, потом, прокрутив в голове какие-то варианты, произнес:

– Впрочем, есть один шанс. Это инъекции Гарфинкела. Совершенно удивительная методика, в нашем госпитале уже проведено лечение трех пациентов. Успешное лечение. Четвертый пациент, к сожалению, умер, не дождавшись, когда лекарство доставят к нам на Малибу. Вот этот четвертый невостребованный комплект и есть ваш шанс. Но он стоит больших денег.

– Сколько?

– Полмиллиона.

– У меня есть такие деньги, сэр. Что нужно сделать?

– Ничего, принести рекомендательные бумаги из вашего банка. Только и всего. Как только документ будет у наших экономистов, мы немедленно приступим к лечению. Инъекцию вводят в течение четырех часов, а потом около полутора суток идет восстановление организма. Я бы даже сказал, полное его обновление. Эффект просто феноменальный. Вы не узнаете вашу девушку. Она явится перед вами совершенно другим человеком.

– Хорошо бы, – мечтательно произнес Майк.

– Уверяю вас, так все и будет, – заверил доктор и вышел вполне довольный. За такой большой заказ ему полагались проценты.

Майк тоже был несказанно рад. С блестящими глазами он ходил по номеру, все время повторяя:

– Теперь ее вылечат, Шило. Ты слышал? Теперь ее вылечат.

– Я слышал, Майк, – без особого энтузиазма отозвался Шило. – Но неплохо бы вылечить и тебя.

В этот момент вернулся Гвинет, который помогал санитарам спускать вниз пациентку. И вернулся он не один, а с Фаготом, который теперь командовал «собаками».

– У нас проблемы, Майк! – с ходу заявил Гвинет и, посмотрев на Фагота, сказал: – Говори.

– Сегодня под утро мне на диспикер позвонил один из наших – Аэртон. У нас мощные диспикеры, сэр, и мы запросто общаемся с островом. Так вот, он сказал, что к ним движется не меньше тысячи человек и они похожи на либеров. А потом начался бой, сэр, и Аэртон держал со мной связь все время. Через полчаса он замолк, успел лишь сказать, что их куда больше тысячи и они уже в поселке...

– И это все?

– Все, – кивнул Фагот и как-то сник, словно из него разом выпустили весь воздух.

– И что это значит? – спросил Майк, обращаясь к Гвинету и Шилу.

– Это значит, что пока они в долине, мы не увидим здесь никаких туков, – сказал Гвинет. – А если у либеров появится толковый командир, то им и в долине покажется тесно. И очень скоро...

103

Два старых обшарпанных грузовика, один с тентом, а другой с выцветшей будкой сгоревшего шапито, двигались следом за машиной Густава Птюча, который чувствовал себя военачальником, вводящим войска в поверженный город.

Отдельные прохожие останавливались, удивленно глядя на эту процессию, а дети с интересом рассматривали нарисованного клоуна, который жонглировал шарами и приглашал публику на представление.

Поворот за поворотом приближал начало великой битвы Густава Птюча, и он радовался этому, как долгожданному празднику.

Пару раз колонну обгоняли полицейские машины, и Густав хмурил брови, однако все проходило гладко, и полицейские убирались восвояси, то ли не замечая ничего подозрительного, то ли не желая подвергать себя опасности.

«Оно и верно, ребята, – размышлял Густав. – Подумайте лучше о своих детках».

Впрочем, обо всех детках Густав уже подумал сам. Он решил, что уничтожит всех государственных чиновников вместе с их близкими. Это должно было стать для обитателей Ларбени и всей этой дикой планеты расплатой за неверность, за то, что они позабыли истинных хозяев и служили завоевателям Малибу.

Что ж, теперь справедливость будет восстановлена и Густав вступит в права владения этим миром. Только тогда он сможет называться своим настоящим и гордым именем – Альваро Роблес эль Маррагон.

Дорогу перебежала кошка, но Густав только усмехнулся. В этот торжественный день он не боялся кошек и предательских ударов контрразведки. На руках у него были все козыри, и он был намерен ими воспользоваться.

Одним из козырей были солдаты, которым Птюч доверял на все сто. Это были шесть десятков отъявленных негодяев, которые почти не потребляли ляписа, в чем и состояла их главная ценность. Вечером команда Густава должна была захватить базу, и уже тогда, под покровом ночи, Дрю Волен введет в город основные силы либеров.

Ясно, кровавой оргии не избежать, но тут уж ничего не поделаешь – придет время, и Густав отстроит новый город, а об этом все просто забудут. Нужно лишь заручиться поддержкой некоторых финансовых королей, и тогда можно безбоязненно править на Малибу до самой смерти.

Наконец машины добрались до небольшого ангара, который находился в двухстах метрах от стены, отгораживавшей базу от внешнего мира.

В этом убежище находился неиспользуемый склад, и его удалось снять за какие-то совсем смешные деньги.

Птюч остановился и, выйдя из автомобиля, лично открыл ворота, затем заехал внутрь, следом за ним в проржавевшее чрево ангара втиснулись оба грузовика.

Двери закрылись, и началась разгрузка, а четверых человек Густав сразу отправил караулить на крышу.

«Очень хорошо, – приговаривал он про себя, следя за разгрузкой, – очень хорошо». Тяжелого вооружения было в избытке, и при желании можно было снести военную базу, даже не заходя на ее территорию.

Солдаты работали с энтузиазмом, и вскоре разгрузка была закончена. Затем Густав поинтересовался, у всех ли есть карты территории базы, и раздал их тем, у кого не было.

Свой первый удар он планировал нанести по арсеналу, чтобы потом тратить патроны без счета. Опять же, с крыши арсенала хорошо просматривались посадочные площадки, где стояли разведывательные вертолеты. И это было очень кстати – Густав хотел сохранить несколько машин, чтобы пользоваться ими позже в собственных целях.

От арсенальных складов до ангаров, где стояли ракетные установки, было рукой подать, и их Густав тоже намеревался взять без повреждений.

На этом задачи ударного отряда исчерпывались, и дальше, по плану, следовал доклад генералу Фолсберри, а тот уже приступит к проведению собственной операции. Птючу же останется ждать, когда Волен приведет в город двадцать тысяч либеров.

Как только они прибудут, предстоит совершить бросок в сторону порта. При таком количестве атакующих численность подразделении охраны уже не имела никакого значения.

Порт был нужен как воздух, потому что на его территории, помимо всего прочего, были установлены противовоздушные комплексы «триумфер». Птюч знал их силу и понимал, что, стоит только взять эти штуки под контроль, он сможет жечь цели даже на близких орбитах вокруг планеты.

Это было очень важно. Густав не исключал, что имперский наместник района поставит задачу высадить десант в район Ларбени любой ценой, поскольку это был единственный большой город на всем Малибу.

«Что ж, пусть тогда попробуют, – мысленно усмехнулся Птюч. – В любом случае к их услугам еще останется все северное полушарие».

104

На город спускалась темнота, и люди гасили свет, надеясь завтра проснуться снова.

Собрав дань с проституток, возвращались в свои участки полицейские. А им на смену заступали те, кому предстояло дежурить в ночь.

Рестораны работали в прежнем режиме, посетители веселились как ни в чем не бывало, а у дверей их ждали терпеливые коробочки такси.

Густав только что поговорил с Воленом. Тот был в двух часах марша от города, и из того, что на базе не было замечено никакой суеты, можно было заключить, что приближение либеров к городу происходит незаметно.

На ближайшей вышке не спеша прохаживался часовой. Он лениво курил и плевал через перила, раздумывая, чем займется, когда закончится смена. Особенно живописно он смотрелся в ядовито-оранжевых перекрестиях ночных прицелов, доступный и беззащитный, как ребенок.

По территории базы время от времени проезжал джип, который также являлся необходимым звеном безопасности, однако сидевшие в нем люди тоже не верили ни в какое нападение и просто отбывали служебную повинность.

Помимо часовых, за воротами вдоль всей стены располагался второй охранный периметр, состоявший из высокочастотных излучателей. Густаву требовалось во что бы то ни стало уничтожить их редукторы, иначе пройти дальше было бы невозможно.