Читаем без скачивания Ну разве она не милашка? - Сьюзен Филлипс

– Что ты сделала с Колином? – крикнула Джиджи, срывая с себя наушники.

– О чем ты?

– Он уехал!

– Откуда ты знаешь?

– Сам сказал.

Шугар Бет оцепенела.

– Когда?!

– По телефону, несколько минут назад.

Шугар Бет бессильно опустилась на нижнюю ступеньку и уронила голову в ладони.

– Ты уже говорила с ним?

– Судя по голосу, он совершенно убит, – объявила Джиджи тоном обвинителя. – Значит, ты его бросила, верно?

Шугар Бет не нашла ответа.

Мало того, что он уехал, так еще полностью порвал всякую связь с ней!

Смириться с этим Шугар Бет не собиралась. В понедельник утром она первым делом позвонила его издателю и попросила разрешения поговорить с рекламным агентом Колина. Трубку подняла женщина, и Шугар Бет немедленно и крайне удачно изобразила лязгающий выговор янки:

– Говорит Фрэнсис Гордон. Из шоу Опры.

– Гордон? Не помню такого имени.

– Я новенькая. Понимаю, что нужно было предупредить заранее, но Опра хочет пригласить мистера Берна на свое шоу не позже этой недели. Мне срочно нужно поговорить с ним о деталях. Правда, на это же время претендует Стивен Кинг, а вы знаете, как он умеет давить.

– Вряд ли мистер Берн сможет подойти к телефону.

– Конечно, сможет! Это же Опра!

– Мне бы удобнее поговорить с прежним представителем мисс Уинфри.

– К несчастью, сегодня утром она попала в автокатастрофу. Ничего серьезного, но врачи пока запретили ей работать.

– Странно. Я говорила с ним не более десяти минут назад.

– Должно быть, пока он ждал «скорую».

В трубке раздались гудки.

Под напором Райана Уинни сдалась и в воскресенье вечером вернулась домой. Однако это не означало, что она собирается покинуть Шугар Бет в беде, и поэтому решила устроить десерт прощения и примирения во Френчменз-Брайд.

– Так получится более символично, – твердила она.

В понедельник вечером, моя под краном вымазанные шоколадом десертные тарелки, Уинни убеждала себя, что должна быть счастлива таким ходом событий. Сначала Шугар Бет была взведена, как часовая пружина, так что атмосфера оставалась несколько напряженной, но «Сивиллы» были готовы примириться и простить. Эми, как добрая христианка, старалась заранее отпускать грехи окружающим, а Линн смягчила привязанность Шугар Бет к Чарли. Хейди расплылась в улыбке, когда Шугар Бет стала восторгаться снимками ее трехлетней малышки. Одна Мэрилин долго дулась и сдалась, только когда Шугар Бет обняла ее и прошептала:

– Либо убей меня, либо прости.

Что же до Колина…

Все дружно заявили, что только Шугар Бет могла довести мужчину до такого, но не накинулись на нее с упреками, так что Шугар Бет немного расслабилась. К тому времени как исчез последний кусочек двойного шоколадного торта Уинни, Шугар Бет снова стала «Сивиллой», вождем и главой «Сивилл».

Уинни схватила последнюю тарелку и сунула под воду. Остальные собрались в солярии, хихикая и делясь воспоминаниями. Уинни нечего было вспомнить. Ей не стоило мучиться мыслями о том, что они ее бросили: в конце концов, она напросилась вымыть посуду. Почему же упорно казалось, что она вновь стала шестнадцатилетней?

Брезгливо морщась, она взялась за кухонное полотенце. Ведь знала же, как не хватает Шугар Бет «Сивилл», и должна быть счастлива, что вновь свела их вместе. Но они и ее подруги, и Уинни нравилось быть главной. До сегодняшнего дня именно ее слово было решающим, когда заходила речь о том, где и в какой день устроить посиделки и кто что должен принести. Именно она приглаживала взъерошенные перышки и выслушивала исповеди. И делала это на совесть. Теперь же, однако, все должно измениться.

Если только Шугар Бет не покинет Парриш.

Возможность этого несколько отрезвила Уинни. Она не хочет лишаться сестры. Сейчас, когда они вместе, она не откажется от этого! Даже ради того, чтобы сохранить положение предводительницы «Сивилл»!

Вернувшись в солярий, она почувствовала себя лучше, но никто и не подумал включить ее в разговор.

– …и помнишь, как мы изображали людей на луне в гостиной Хейди и разбили лампу ее матери?

– …а когда отец Эми застал нас с сигаретами в руках?

– …та ночь, когда мы все были на мысу и машина Райана не завелась…

– Помните, как мы все…

– Не помню! – выкрикнула Уинни, к собственному изумлению. – Тогда я не была «Сивиллой»! Впрочем, как и сейчас. И я была бы очень благодарна, если присутствующие проявят немного деликатности к моим чувствам, не рассуждая ночь напролет о тех вещах, к которым я не имею ни малейшего отношения.

В комнате воцарилось неловкое молчание. Мэрилин стряхнула пылинку со слаксов, Хейди сосредоточенно вертела на пальце обручальное кольцо. Только Шугар Бет, похоже, ничуть не растерялась и, вскинув тонкие брови, с деланным удивлением оглядела подруг:

– Да ну? Хотите сказать, что так и не приняли ее в клуб?

– Нам это в голову не приходило, – призналась Линн.

Мэрилин подобрала под себя ноги.

– В конце концов, именно ты всегда проводила церемонию посвящения!

– Верно, – согласилась Шугар Бет и повернулась к Уинни, которую нисколько не утешило виноватое выражение прищуренных серебристо-голубых глаз. – Уинни, выйди из комнаты, пока мы голосуем.

– Голосуете?

Шугар Бет надменно кивнула:

– Так ты хочешь быть «Сивиллой» или нет?

Уинни ответила таким же высокомерным взглядом.

– Не думаешь, что мы немного стары для этого?

Нет, этого они не думали.

Уинни наконец сдалась и перестала спорить, отчасти потому, что ни к чему хорошему это все равно не вело, да и Шугар Бет смогла обрести некое подобие прежнего духа. Кроме того, Уинни действительно хотела стать «Сивиллой».

Они вытолкали ее в гостиную, где она стала ждать.

И ждала.

И ждала…

Часы тикали, минуты шли. Потеряв терпение, она ворвалась в солярий:

– Не соизволите ли объяснить, почему я торчу в гостиной целый час?!

Мэрилин ткнула пальцем в распростертую на полу Эми:

– О, мы проголосовали с самого начала, но Эми стала показывать новую гимнастику. Совсем забыли тебя позвать.

Уинни снова вышла из себя:

– Не позволю забывать о себе, ясно? То, что мисс Воображала снова втерлась к вам в доверие, еще не значит, что можно топтать меня ногами.

– До чего же обидчива! – фыркнула Шугар Бет.

– И всегда была такой, – согласилась Мэрилин.

– Лучше придержи язык, подруга, – самодовольно объявила Линн. – Ты еще не прошла церемонию посвящения, так что мы можем взять свои голоса обратно.

Уинни скрестила руки на груди и раздраженно топнула ногой:

– Что значит «церемонию посвящения»?

И тут началась оживленная дискуссия, потому что никто не помнил точно, как проходила церемония посвящения, но все соглашались в одном: нужна фотография Джорджа Майкла.

– Для чего? – с преувеличенным терпением спросила Уинни.

Линн дернула ее за бретельку лифчика.

– Ты должна поклясться, что будешь вечно его любить.

– Никогда в жизни.

– Так надо, – вмешалась Мэрилин. – Это ритуал «Сивилл».

– Жаль, что фото у нас нет, – сказала Хейди.

Эми порылась в сумочке и вынула Библию.

– У меня идея.

– Только не Христос! – воскликнула Мэрилин.

Эми разочарованно поморщилась, но милостиво уступила общему давлению. Обсуждение продолжалось, но ни к чему не привело, пока Линн не сообразила порыться в коллекции компакт-дисков Колина.

– Смотрите! Новый альбом «Ю ту»[47]! Уинни может поклясться в верности Боно!

Хейди повертела в руках диск:

– Это все равно не одно и то же.

Шугар Бет передала альбом Уинни с улыбкой:

– Целуй снимок Боно и клянись любить его вечно.

– Ладно. Только ради его одержимости добрыми делами, – вздохнула Уинни.

К несчастью, на этом дело не кончилось. Очевидно, имела место также некая приветственная речь, которую никто не мог вспомнить. Кроме того, они усаживались в круг и передавали друг другу «священное», но давно потерянное ожерелье.

– Одно я знаю точно! – просияла Мэрилин. – Ты должна сказать, кто из мальчишек тебе нравится.

– Черт, мне нужно сначала подумать, – съязвила Уинни.

– Она не проявляет истинного духа «Сивилл»! – заметила Хейди.

– А сексуальный секрет? Пусть откроет свой сексуальный секрет!

– Сексуальный секрет? – Уинни закатила глаза. – Вам, подруги, было одиннадцать! И сколько сексуальных секретов у вас могло быть?

– Немало! Мэрилин нашла у своей матери книгу «Радость секса».

Уинни воздела руки к небу:

– Так и быть! Пару ночей назад я видела эротический сон с Эдвардом Нортоном.

– А кто не видел? – отмахнулась Хейди, ничуть не впечатлившись. – Нет, нам нужен секрет получше.

Самый большой свой секс-секрет – былое отсутствие желания к собственному мужу – Уинни не собиралась делить ни с кем. Поэтому сделала вид, что задумалась.

– О’кей, как насчет этого? Мэрилин, помнишь, как ты взяла к себе Джиджи, чтобы мы с Райаном смогли поехать в Майами на конференцию?