Фауль двигалась со скоростью, кажущейся невозможной для существа ее размеров. Все те, кто стоял на крыльце, оказались у нее в охапке и выкатились во двор, причем последний приземлился раньше первого. Кейс, к счастью (если, конечно, Фауль не сделала этого специально), упал на Шарфи, а не на голые камни. Только Лейли осталась на крыльце, вереща от ужаса, натягивая веревку, извиваясь и пытаясь вырваться. Фауль нависла над ней:
— А ТЫ, ДЕВИЦА… СМЕРТЬ ДОЛГО ШЛА ЗА ТОБОЙ ПО ПЯТАМ И НАКОНЕЦ ДОБРАЛАСЬ ДО МОЕЙ ДВЕРИ! ОНА МОЖЕТ ПОСЛЕДОВАТЬ ЗА ТОБОЙ И ДАЛЬШЕ. БУДЬ БЛАГОДАРНА УЖЕ ЗА ТО, ЧТО Я НЕ СОБИРАЮСЬ ЛОМАТЬ ТВОЮ ТОЩУЮ ШЕЙКУ ПОД ГЛУПОЙ ГОЛОВОЙ! У МЕНЯ РУКИ ЧЕШУТСЯ СДЕЛАТЬ ЭТО.
Фауль дернула веревку на себя, сорвав кусок столба, к которому девушка была привязана. Подхватив Лейли под мышки, она швырнула ее к Анфену. Тот попытался подхватить пленницу, но сила броска оказалась так велика, что девушка сшибла его с ног. От удара о землю у обоих перехватило дыхание, у девушки вся нога оказалась исцарапанной — она пыталась затормозить. Кусок столба вонзился в землю неподалеку от них.
— ЗАБИРАЙ СВОЙ ДАР СМЕРТИ! — заорала Фауль, обращаясь к Анфену. — МНЕ СЛЕДОВАЛО БЫ ВЫДАВИТЬ ИЗ ВАС ВСЕ КИШКИ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ ПОТРАЧЕННУЮ ЕДУ И ПИТЬЕ, КОТОРЫЕ Я ГОТОВИЛА И ДОБРОВОЛЬНО ОТДАЛА ВАМ ПО ГЛУПОСТИ! В МОЕМ СОБСТВЕННОМ… — Она замолчала, словно поперхнувшись.
— Мы уходим, — произнес Анфен, когда разбойники поднялись на ноги. — Надеюсь, мы еще встретимся, когда ты успокоишься немного. Благодарю тебя за укрытие и еду. Мне очень жаль, что так получилось.
Шаги Фауль загрохотали по ступенькам крыльца.
— Я НЕ УСПОКОЮСЬ. УХОДИТЕ СЕЙЧАС ЖЕ, ИЛИ Я ПЕРЕЛОМАЮ ВАШИ ГОЛОВЫ, КАК ЯИЧНЫЕ СКОРЛУПКИ!
— Идем, — произнес Анфен, обращаясь к банде. — Если наша хозяйка будет так добра, чтобы вынести нам наши пожитки, то мы покинем ее куда скорее.
Из дома вышел Лют, на лице которого было написано крайнее сожаление. Он покидал их рюкзаки во двор.
Эрик повернулся как раз вовремя, чтобы это увидеть. Кейс бочком пробирался вдоль группы, пока остальные разбирали свои пожитки, нервно поглядывая на Фауль. Одним быстрым движением он подбежал к трупу Инвии и пригнулся.
— Кейс! — позвал Эрик.
Старик оглянулся на него, помедлил, а затем схватил ожерелье с земли и надел его себе на шею. И тут же исчез. Комья грязи полетели прочь из-под его башмаков — Кейс бежал к деревьям.
— Ребята, подождите! — крикнул Эрик, помчавшись следом за другом и боясь потерять его следы.
Но Анфен и остальные не услышали его. В этот миг Фауль испустила рычание, смахивавшее на собачье, и не хуже бешеного быка рванулась вперед. Все разбежались в разные стороны, одновременно. У Эрика еще было мгновение подумать, с кем он пойдет дальше.
В этот момент он вновь ощутил запах волос Сиель, когда она прижималась к нему всем телом под одеялом, ощущая надежду и желание, расцветающее в глубине души и тела, вспомнил, как перед тем, как угодить в настоящий ад, голос в его сознании крикнул: «Она моя!» Он слышал и ее голос, говоривший, что она заглянула в его сердце и разум, но ничего не увидела… Он не понял сразу — а потом помешала эта суета с чешуйками и видениями, — что ничьи слова еще не причиняли ему столько боли. Он понял, какой выбор ему предстоит сделать — лежать рядом с ней сегодня или же гнаться за стариком по лесной глуши, возможно с каждым шагом приближаясь к бессмысленной смерти.
Возможно, они встретятся вновь, ему представится шанс объяснить, что именно он пытался показать ей своим выбором — если она не поймет.
— Ты глупый, глупый старый ублюдок! — пробормотал он и помчался в том направлении, где исчезли следы Кейса.
Глава 34
Было слишком темно, чтобы что-либо рассмотреть, но Эрик ощутил невероятное облегчение, услышав впереди хруст шагов Кейса по гравию. Старик теперь не бежал, а медленно шел. Эрик какое-то время брел вслепую, выкрикивая имя Кейса, но не получая ответа. Наконец, утренний свет открыл перед ним равнину гравия и камней без единого признака жизни. Оглянувшись, он не увидел даже дома Фауль. Сплошные просторы каменистой земли постепенно превращались в низину, идти по этой местности было весьма неудобно. У самой кромки горизонта показался высокий мост — дорога, бегущая прочь справа от равнины. Что ж, хоть какое-то направление. Он надеялся, что Кейс принял такое же решение, но проверить эту гипотезу не получилось, поскольку старик упрямо отказывался говорить и не желал снимать амулет.
— Кейс, ты меня слышишь? Я очень надеюсь, что слышишь, потому что теперь мы равны! Ты считаешь, что я втянул тебя во все это? Так теперь я с чистой совестью могу тебе сказать, что мы квиты!
Никакого ответа.
— Эй… Помнишь? Дерни ручку, открой дверь… Придурок. Кто все начал-то, а? Да, пусть прыгать через дверь было глупо, и я совершил ошибку. Может, ошибкой было остановиться под мостом, чтобы потрепаться с тобой?! Но послушай… Подумай-ка об этом. Тебе точно это кажется хорошим планом? — Эрик обвел рукой пустую серую равнину. — Думаешь, в следующий раз мы сумеем с легкостью достать себе еды? Я что-то не вижу никаких одиноких журналистов, которые могли бы нас подцепить и заплатить за выпивку!
«Хрусь-хрусь», — ответили ему шаги Кейса.
— Может, еще не слишком поздно вернуться и отыскать остальных. А может, и поздно, поскольку они помчались врассыпную, спасая свои жизни, причем в противоположном направлении. Но может, и нет. Было бы неплохо обзавестись спутниками, с которыми можно хотя бы поговорить, прежде чем мы сдохнем от голода или в лапах шахтовых дьяволов или кольценосных духов, да мало ли…
Эрик сообразил, что больше не слышит хруста шагов. Позади него Кейс, опустив голову на руки, сидел на валуне.
— Почему ты пошел за мной? — спросил он.
— Ты же сам все слышал! Чтобы счет сравнялся. — «И чтобы доказать одной даме, которую я, судя по всему, больше никогда не увижу, что я способен придерживаться принципов, даже если это бессмысленно».
— Почему? Почему это глупость, Эрик? Я сделал это для себя. Тебе не нужно было идти за мной. Ты был счастлив в компании остальных. Я — нет. Они мне не нравились, и я им не доверял.
Эрик невесело рассмеялся:
— «Счастлив» — это слишком сильное слово. Но у нас была еда и защита. — Он сел рядом со стариком. — Как бы то ни было… Зачем ты это сделал? Хочешь вернуться домой?
Кейс фыркнул:
— Мы не вернемся.
— Почему ты так думаешь?
— Она сама мне сказала. Открыть дверь — это очень, очень мощная магия, люди на такую не способны, даже эти маги. Она не знает, кто сумел провернуть такое. Но мы не сможем ее снова открыть. Никто не сделает этого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
