Читаем без скачивания Возвращение в темноте - Эрик Ластбадер

— Мне очень жаль, но билетов на рейс 6:10 до Лос-Анджелеса не осталось. Невыкупленных забронированных мест тоже нет, и на сегодня это последний рейс...

Кроукер остановился и увидел, что она разговаривает с юношей, студентом на вид, в джинсах, джинсовой куртке и кроссовках. На плече у него висел большой рюкзак.

— Но мне обязательно нужно попасть домой, на свадьбу моей сестры, — настаивал юноша.

— Попробуйте полететь рейсом какой-нибудь другой авиакомпании.

Юноша сокрушенно покачал головой:

— У меня право на льготный билет только авиакомпании «Дельта», а на другой билет за полную стоимость у меня нет денег.

Служащая сочувственно улыбнулась:

— Мне очень жаль, но я ничего не могу для вас сделать.

Юноша, совсем сникнув, отошел от окошка.

Тут вместо него к окошку подошел Кроукер, и служащая авиакомпании «Дельта» встретила его привычной улыбкой:

— Слушаю вас, сэр.

Кроукер сказал, что хочет купить билет до Лос-Анджелеса и обратно, и служащая любезно ответила, что есть билеты на завтрашний утренний рейс.

— Нет, не пойдет, — сказал Кроукер. — Мне необходимо быть там сегодня вечером, — он на секунду задумался. — А что на других линиях?

— Сейчас посмотрю, — кивнула она.

Тем временем Кроукер незаметно поглядывал на юношу, в отчаянии разглядывавшего расписание рейсов авиакомпании «Дельта», словно надеясь на чудесное появление нового, дополнительного рейса на Лос-Анджелес. Ах, юность, юность...

— Сэр, последний рейс на Лос-Анджелес будет отправлен в 7:10, компания «Пан-Американ», осталось всего одно свободное место.

Кроукер попросил забронировать это место для него, назвав первое попавшееся имя и фамилию.

— Рейсы компании «Пан-Американ» отправляются из зала Д, сэр, — все так же любезно проговорила девушка. — А вы находитесь в зале Н, вам следует поторопиться.

Поблагодарив ее, Кроукер подошел к юноше.

— Как тебе это нравится? — дружески начал он. — Ну и ну! На рейс до Лос-Анджелеса проданы все билеты!

— Я знаю, — мрачно отозвался юноша. — Я уже пытался купить билет на этот рейс. У меня право на билет со скидкой.

— Да, не повезло, — сказал Кроукер. — Что ж, нам с приятелем придется ждать до утра. Тебе, наверное, тоже. Может, подвезти тебя?

— Нет, спасибо, — угрюмо ответил юноша. — Мне непременно нужно быть в Лос-Анджелесе сегодня вечером. Моя сестра выходит сегодня замуж.

— Послушай, на рейс компании «Пан-Американ» есть один билет, отправление через полтора часа.

Юноша покачал головой:

— У меня нет денег на билет за полную стоимость.

— А мы сейчас что-нибудь придумаем, — подмигнув, сказал Кроукер.

Юноша скептически взглянул на него:

— Это что же, шутка такая?

— Ты хочешь попасть домой сегодня вечером? — вместо ответа спросил Кроукер. — Хочешь? Тогда пошли.

Остановившись у окошка компании «Пан-Американ», Кроукер назвался вымышленным именем, на которое забронировала для него билет компания «Дельта», расплатился наличными, демонстративно держа банкноты в левой, биомеханической руке, чтобы служащая компании хорошенько запомнила столь неординарную деталь.

Вернувшись к стоявшему поодаль юноше, Кроукер протянул ему билет.

Тот подозрительно посмотрел на него и неожиданно спросил:

— И что я должен для вас сделать?

Кроукер молча показал ему свое удостоверение федерального агента.

— Я нахожусь при исполнении служебных обязанностей. Ты должен взять этот билет, зарегистрироваться под тем именем, которое на нем написано, и спокойно улететь домой. А потом навсегда забыть об этом.

— И все?

Кроукер кивнул:

— Тебе нужна моя помощь, а мне нужна твоя. Поэтому у нас с тобой простая взаимовыгодная сделка, и ничего больше.

Юноша улыбнулся и несмело пожал руку Кроукера.

— Ну тогда спасибо, вы меня здорово выручили.

— Поздравь сестру от моего имени.

Выйдя из здания аэропорта, Кроукер направился к остановке чартерного автобуса. Он был доволен тем, что сумел направить полицию по ложному следу. Теперь они будут искать его в Лос-Анджелесе, в то время как он преспокойненько будет делать свое дело здесь, в Майами.

Кроукер огляделся, и ему показалось, что мир вокруг него приобрел более резкие очертания и насыщенные краски. Так с ним бывало всякий раз, когда близилось завершение начатого рискованного дела, когда видна была конечная цель. Теперь каждый шаг имел крайне важное значение. Сейчас он, что называется, шел по лезвию бритвы.

Чартерный автобус доставил его к отелю «Фонтенбло», откуда он на такси добрался до Палм-Бич. Что и говорить, поездка оказалась весьма дорогой, но каждый затраченный на нее цент был оправдан на сто процентов.

Было уже почти восемь часов вечера, когда Кроукер добрался до бирюзового «мустанга», незаметно для посторонних глаз поменял его номерные знаки на те, что принадлежали соседнему «бьюику». Потом он неторопливо уселся за руль «мустанга» и включил зажигание. В наступающих сумерках здание больницы «Ройал Поинсиана» казалось огромным ледяным кубом. Двигатель послушно завелся с пол-оборота. Нажав на педаль газа, Кроукер тронул машину с места, и она стала быстро набирать скорость. Прежде чем встретиться с Майером, Кроукер должен был успеть сделать еще одно дело.

Вестибюль отеля «Рейли» напоминал салон старого океанского лайнера тридцатых годов. Несколько лет назад он был любовно отреставрирован. Паркет был натерт и блестел как зеркало. Расходившиеся в обе стороны от входа лестницы вели в ресторан, откуда открывался великолепный вид на сад и бассейн.

Бар ресторана вполне оправданно пользовался хорошей славой. Он был небольшим и очень уютным, с деревянной стойкой и множеством разнокалиберных бутылок на полках. Заведение пользовалось популярностью у солидных людей всех слоев общества.

Майер уже сидел там с бокалом мартини в руках. У его левой ноги стоял алюминиевый чемоданчик, в каких фотографы обычно носят свою хрупкую аппаратуру.

— Мартини моему другу, — бросил Майер бармену, когда Кроукер сел рядом с ним. — Мартини, сухой, как Калахари.

На Майере был неброский, но очень дорогой костюм, слегка помятый, что ничуть не портило его, светлая шелковая сорочка в едва заметную полоску, на ногах — дорогие кожаные туфли. У него были остекленевшие глаза, словно он уже давно пил. Выражение лица было неожиданно мрачным.

— Вы выбрали отличное местечко, сэр, — сказал он, когда бармен поставил перед Кроукером бокал мартини. — Напитки тут первоклассные!

— Для нашего дела это не так уж важно, — возразил Кроукер.

— Ну уж нет, только не для меня! — Майер поднес к губам свой бокал.

— У нас слишком мало времени, — нетерпеливо проговорил Кроукер. — Давайте перейдем к делу.

Майер удержал поднявшегося было с места Кроукера.

— К чему торопиться? Выпейте немного мартини.

Кроукер сел. Ему было не по себе в этом довольно людном баре от сознания того, что полиция уже сбилась с ног в его поисках. Впрочем, Майера, похоже, что-то серьезно тревожило.

Майер сделал большой глоток мартини и спросил:

— Вам известно что-нибудь о Калахари, сеньор?

Зная, что это будет приятно Майеру, Кроукер тоже сделал глоток из своего бокала и ответил:

— Только то, что это пустыня в Африке.

— Если быть точным, она занимает почти сто тысяч квадратных миль южной Ботсваны, восточной Намибии и западной части ЮАР. Однажды мне довелось лететь над Калахари. Представьте, сверху видны многочисленные следы высохших озер, но ведь когда-то в них была вода и вокруг бурлила жизнь! Вы понимаете, жизнь!

Однажды Кроукеру довелось допрашивать террориста, который настолько странно и беспокойно вел себя, что остальные полицейские решили, что он отъявленный наркоман. И только Кроукер понимал, что парень просто хотел похвастаться собственной ловкостью и хитростью, и от этого говорил очень много, но бестолково. В жизни каждого преступника наступает момент, когда ему становится необходимо облегчить свою душу, это может быть безудержное хвастовство или полное признание всех преступлений, или что-то среднее между первым и вторым... И это было столь же неизбежно, как и восход солнца каждое утро. Просто нужно было вовремя сообразить, что для преступника настал именно такой момент, и внимательно выслушать его.

— Я знаю, что вы знакомы с моей племянницей, — сказал Кроукер. — Мне также известно, что вы присутствовали при ее встрече со Стански и наблюдали за их сексуальными «играми».

Майер подал бармену знак принести еще бокал мартини. Ничто не дрогнуло в его лице.

— Я не желал зла Рейчел, — сказал он.

Услышав это лаконичное заявление, Кроукер все понял. Помолчав некоторое время, он спросил:

— Мне не дает покоя один вопрос. Зачем такому человеку, как вы, брать автомобиль напрокат? Ведь у вас куча денег, и в вашей собственности наверняка не один автомобиль. Так зачем же вам этот взятый напрокат «линкольн»? Впрочем, теперь я понимаю, зачем вам понадобился этот трюк. Вы были уверены в том, что я стану проверять регистрацию вашего автомобиля по его номерным знакам и выясню, что он взят напрокат в той фирме в Маргейте. Вы с самого начала хотели, чтобы я отправился туда.