дома не дали. Сел МИКРОАВТОБУС и Сергей пригласил скататься до ПЛАНТАЦИИ II вместе с родителями. Они познакомились с СЕМЬЁЙ, а она с сестрой больше работали над проектом. Неделя прошла очень продуктивно. На второе Рождество обратно домой, семейная традиция, и Сергей запустил газацию того, что Жанна насобирала с предыдущей газации. После праздников опять в Лондон.
Через неделю она знала о членах СЕМЬИ всё, что ей было надо. Параллельно сняла серию репортажей о газовых заводах компании. Потом семейный Новый Год на ПЛАНТАЦИИ II. Была вся СЕМЬЯ и особо к ней приближенные, в том числе и её редактор. Обсуждали планы её репортажей и её выпускную работу. Там ещё конь не валялся. Но её беспокоило другое – как проникнуть в СЕМЬЮ. Жить около, даже очень близко, не хотелось. Познакомилась с Папой, прибежала на женскую истерику. Лара рыдала на груди мужчины 60-и лет.
Лара, действительно, с того вечера, как узнала, кто унёс, и кого ей поручили, стала часто выпивать. Теперь её прорвало. Она уснула на ЕГО плече. ОН поднял её и отнёс в спальный отдел. Наташа открывала двери. Вскоре ОН вернулся и сел пить чай.
– Познакомишь? – шепнула она Бесс.
– Пошли. Пап, знакомься. Юля.
Она стояла, смущаясь, то краснея, то бледнея. ОН жестом пригласил за стол, налил чай. Поговорили о перспективах её работы и нуждах компании. Она знала, что ОН предпочитает деловой разговор, так что записала в свой блокнот несколько тем репортажей. Но ОН был не вариант, как и Сергей. Были ещё ЕГО дети, и если бы не ЕГО правило: сначала жена, а потом она подберёт любовницу. Отбивать не хотелось. Хотя был один изъян. Им она и воспользовалась.
Лара проснулась посреди ночи. Очень хотелось в туалет. Она бегом кинулась туда, организм уже не хотел ждать. В туалете вспомнила всё, что случилось вечером. ОН прилетел поздно, возил зерно в Колумбию. Она выпила, хорошо выпила, и ОН попался ей. Сначала била ЕМУ в грудь кулачками, потом разревелась и воткнулась ЕМУ в плечо. Потом не помнит. Проснулась в спальне, рядом с НИМ, в халате, не мытая. Из туалета в душ, вышла в полотенце. ОН спал. Постарел, особенно за последние 10 лет. Три за год, а в последнее время пять за год. Много мотается по космосу, омоложение не действует. Девочки работают над этим. Но сегодня ОН её, надо этим воспользоваться. Она села на НЕГО, поскребла пальцами по груди. ОН обхватил её за талию, проснулся.
– Ребёнка хочу. – сказала она и жадно впилась в ЕГО губы, пока ОН не ответил.
ОН обнял её, прижал к себе. Почувствовав ЕГО боеготовность, она поправила, и медленно стала осаживаться. ОН перекинул руки на её бёдра, и сильно и жёстко осадил. Она застонала, выгнувшись дугой. ОН прижал её бёдра к себе.
– У тебя уже есть трое, и скоро будет четвёртый.
– Ещё одного хочу. От тебя. Надоело около семьи жить. Отпусти, я сама.
Вольные Земли изменились. Снова все земли распаханы, крестьяне бегут из окрестных земель к ним, рынки шумны и обильны. На юге идёт война. Местные правители умело сочетают войну и переговоры, но ПОГОНЩИКУ это уже надоедает. Пока ОН занят развитием торговли на Юге, заодно и ведением разведки. На Юг её и отправили. Короткий инструктаж в Храме Дракона, и в Индун. Она приняла дела и начала работать. Вся её работа состояла в проведении указов ПОГОНЩИКА и ЕГО дочери Фаи. Знание Южных языков и традиций сильно ей в этом помогали. Но интенсивность переговоров резко упала. Для правителей Юга нельзя найти большего оскорбления, чем посадить за стол переговоров женщину, существо низкое и недостойное. Им почётнее вести переговоры с лошадью, собакой, или коровой. Этим воспользовалось командование Южной армии Вольных Земель. Нет переговоров – нет перемирия, один из законов Юга, значит, война продолжается. Земли потекли рекой. Деревни, города, степи, пустыни, оазисы, моря, леса. Простым людям всё равно под кем жить, тем более все налоги отменялись на 2 года, проводилось перераспределение земли, воды, копалась новая оросительная система, выделялись ресурсы на поддержку крестьян, ремесленников, торговцев, рыбаков, моряков. Да и после этого налоги небольшие и понятные. Религиозные деятели немного шумели, но это понятно. Их лишили большей части их привилегий. Теперь они такие же люди, как и все, ремесленники духовных дел. Одной из основных её задач были приюты, и она четко, и с большим воодушевлением исполняла её, благо, в зданиях недостатка не было.
За порядком на новоприобретённых землях следили Конные Стрелки, преимущественно из Степняков. Много молодых девушек. У них женщина пользуется равными правами с мужчиной, до брака, потом права разделяются. Она понимала, насколько позорно для воина Юга умереть от руки женщины, и поэтому проблем с поддержанием правопорядка и продвижением реформ не было. Сопротивлялись только священники, и то не сами, подбивая крестьян и горожан к неповиновению и бунту. Но арест наиболее активных из них резко охладил их пыл, а привезённые священники Единого Бога перенаправили их усилия на удержание паствы.
Её сын принял таверну своего отца. Сразу после свадьбы. Его девушка понесла, и они не стали откладывать. Девушка – сирота, и её родственниками выступили Фая с мужем, поэтому все сплетни быстро утихли. А она уже не могла жить там. Ей хотелось поближе к ПОГОНЩИКУ, да и родственники уже откровенно давили на неё и на племянника. Он приехал через месяц, продал им таверну. Но продал хитро, настолько, что это сделает честь любому торговцу Юга, и дорого. В Индуне купил участок с домиком недалеко от станции, отстроил таверну. Она когда-то обучила его языкам Юга, и он легко вошел в круг трактирщиков Индуна. Он впитал в себя качество неприемлемое, просто убийственное для торговца Юга – честность. Но это дало ему возможность постоянно заполнять комнаты в таверне постояльцами – купцами, как из глубины Вольных Земель, так и приезжих с Юга. Он был их переводчиком в торговом квартале, к большому недовольству местных купцов. Их жалобы к Совету или ПОГОНЩИКУ быстро разбивались даже поверхностным расследованием. Зато приезжие купцы платили щедро за постой и помощь в заключении сделок.
Юля сидела с Оксаной у неё в кабинете. Вопрос стоял серьёзный – её выпускная работа. За год она сняла массу репортажей, в редакции не знали, что делать с материалом. Дядю Мишу сменял дядя Корней, и наоборот, а она всё не уставала. Её командировка была необременительна для редакции. Она успевала и в космос, и
