раз я тебе говорил, чтобы ты ко мне не прикасалась?
— А чего ты так боишься? — вскидывает бровь.
— Я ничего не боюсь, мне просто неприятны твои прикосновения.
В этот момент по коридору второго этажа слышится цокот шпилек Виолетты.
— Миша, ты где? — громко спрашивает.
Я порываюсь обойти Лизу и выйти навстречу своей девушке, как вдруг Бестия резко хватает меня за руку и разворачивает к себе.
— Что ты делаешь? — только и успеваю сказать.
И в момент, когда Виолетта заходит в комнату, Лиза резко притягивает меня к себе и впивается в мои губы поцелуем.
Глава 50. Как перегорают люди
POV Лиза
Все происходит очень быстро. Я и сама не успеваю осознать, что именно делаю. Просто он стоит передо мной такой холодный и безразличный. Просто в коридоре звучит ее бесячий голос с вопросом, где он, будто у нее есть право интересоваться его местоположением.
Впрочем, у нее действительно есть это право. В отличие от меня.
Мое тело действует быстрее, чем я успеваю подумать. Притягиваю Мишу к себе и целую в губы, когда заходит Виолетта. Он тут же отталкивает меня от себя, но поздно: она уже увидела.
Несколько секунд он в растерянности вертит головой между мною и ей.
— Вета, все было не так! — устремляется к ней, видимо, когда до него доходит, что произошло.
Девушка стоит, замерев, как будто увидела призрака.
— Все было именно так, — хмыкаю, подливая масла в огонь.
Виолетта в шоке открывает и закрывает рот, пытаясь что-то сказать. Миша берет ее за предплечье, но она резко выдергивает руку и делает шаг назад обратно в коридор.
— Вета, послушай… — начинает оправдываться, но девушка уже развернулась и побежала вниз.
Миша мчится за ней. Я стою некоторое время в его комнате, не зная, куда себя деть, а потом решаю побежать за ними. На первом этаже громко орет музыка, пьяные гости и родственники увлечены друг другом и не замечают, что происходит вокруг.
Пересекаю гостиную, оставшись никем неувиденной, быстро натягиваю сапоги и накидываю на плечи шубу. Выбегаю из дома и слышу громкие голоса Миши и Виолетты где-то за воротами. Аккуратно приближаюсь к калитке, тихо ее открываю и выхожу. Они в метрах двадцати стоят под светом фонаря.
— Вета, да все не так было! — Миша активно жестикулирует и пытается удержать вырывающуюся из его рук Виолетту. — Я не целовал ее!
— Я, по-твоему, похожа на дуру!? — кричит не своим голосом. — Я все видела своими глазами!
— Нет! Вета, я говорю тебе, что она это подстроила!
— Отпусти меня! — она все-таки вырывается из его захвата. — Видеть тебя не хочу! Как ты мог!?
— Ну почему ты мне не веришь!? — Миша преграждает ей путь. — Вета, я клянусь тебе, я не целовал ее! Я понятия не имею, зачем она это сделала!
— Как ты мог!? — снова восклицает, и, кажется, уже плачет. — Я думала, у нас все серьезно…
— У нас все серьезно! — перебивает ее. — Вета, я не изменяю тебе! Ни с кем! И почему Лиза это сделала, я не знаю. Может, она напилась.
Наблюдаемая картина больно режет по сердцу. Миша без куртки в одной тонкой рубашке стоит на пятнадцатиградусном морозе и пытается удержать Виолетту, приговаривая, что у них все серьезно.
— Ты же знаешь, как ты мне нужна, — продолжает, что заставляет мое сердце разбиваться на тысячи осколков. — Вета, девочка моя, ты так нужна мне, — снова пытается притянуть ее к себе, но она вырывается.
— Боже, как я могла тебе довериться!? — она отворачивается от него и накрывает лицо ладонями.
Миша подходит к ней сзади и обнимает, прижимая к груди.
— Вета, клянусь тебе, ничего не было. Лиза всегда была странной в нашей семье. Я понятия не имею, почему она это сделала. Слишком много выпила, наверное.
Горло уже тяжелеет от кома, который в нем образовался. Я приваливаюсь спиной к воротам и чувствую, как начинает щипать в глазах.
«Лиза всегда была странной в нашей семье», — звенит в ушах Мишин голос.
Виолетта сбрасывает с себя его руки и резко поворачивается.
— Миша, я не слепая и не дура. Я все видела. Вы целовались! — кричит в слезах. — Как это вообще возможно!? Она же твоя сестра!
— Она мне не сестра! — тут же протестует. — Но я с ней все равно не целовался! Вета, она это подстроила! Ну почему ты мне не веришь!?
— Потому что я достаточно себя уважаю, чтобы не быть с человеком, который позволяет себе такое поведение! Ты целовал ее!
Тут на девушку накатывает новая порция рыданий, и она снова отворачивается от Миши, уткнувшись в ладони.
— Вета, милая моя, пожалуйста, поверь мне, — он подходит к ней вплотную сзади, но в этот раз не трогает руками. — Клянусь, что я ее не целовал и не собирался это делать. Мне нужна ты, а не она. Переезжай ко мне жить!
Чем больше я вижу, как он перед ней оправдывается, тем сильнее мне хочется умереть. Я почему-то до последнего была уверена, что Виолетта — это какая-то очередная телка, которую он просто трахает. Даже факт того, что он познакомил ее с семьей, меня не разубедил.
Мало ли у него было таких Виолетт?
Но сейчас, когда я вижу, как он на морозе в одной рубашке, клянется Виолетте, что ему нужна только она, все, о чем я мечтала, рушится в одночасье. С чего я вообще взяла, что мы можем быть вместе? Почему я думала, что узнав о себе правду, он будет со мной?
«Но ведь он так меня целовал тогда», — шепчет внутренний голос, но я тут же его затыкаю, пристально глядя на суровую действительность.
А действительность такова, что он снова обнимает ее за плечи и прижимает к груди.
— Вета, переезжай ко мне жить, — говорит ей, и непрошенная слеза стекает по моей щеке.
Она снова сбрасывает с себя его
