Читаем без скачивания Напролом - Евгений Сухов

Под ворохом газет, в двойном дне «дипломата» лежала разобранная снайперская винтовка, изготовленная по спецзаказу на тульском оружейном заводе лет пятнадцать тому назад. Сержант объездил с ней полмира и, хотя в последние годы предпочитал пересекать государственные границы с другим оружием — пластиковым «ремингтоном», который не фиксировался на таможенных мониторах, на особо сложные дела в России он по- прежнему брал привычную старушку «тулячку» — безотказную и надежную.

Когда он дошел до ели, было уже совсем темно. Затянутое с вечера низкими сизыми тучами небо висело мрачным куполом над сосняком и поляной, посреди которой располагался особняк Норвежца. Снайпер разложил на земле «дипломат», открыл тайник, достал несколько металлических трубок и деревянный треугольник и споро сложил из них винтовку. Эта операция проделывалась им уже бессчетное число раз, и он мог с завязанными глазами за двадцать — двадцать пять секунд собрать винтовку и подготовить ее к бою.

Прикрепив оптический прицел ночного видения, он навел прибор на особняк. Инфракрасную точку он пока не включал, чтобы не привлекать к себе внимания охраны. По многолетнему опыту Сержант знал, что, не имея точного графика перемещений клиента, он обречен, дожидаясь приезда Норвежца, проторчать тут несколько часов, а может быть, и до самого утра. На этот случай у него была припасена бутылка «Абсолюта» и несколько хрустящих соленых огурцов, купленных днем в Оленегорске.

От ели, на ветках которой Сержант устроил свой наблюдательный пункт, до особняка было по прямой метров сто пятьдесят. Место оказалось удачным: отсюда просматривалось высокое крыльцо и входная дверь, а также окна, расположенные по фасадной стене. На окнах не было занавесок, и, несколько раз наводя на них оптический прицел, он ухитрился разглядеть интерьер помещений и даже отдельные предметы мебели.

Норвежца он решил валить не на улице, а именно через оконное стекло. Конечно, выстрел в тот момент, когда клиент шел бы от машины к крыльцу, давал стопроцентную гарантию попадания, но и у охраны Норвежца было бы в этом случае куда больше шансов установить траекторию полета пули и броситься на поиски ночного снайпера. Застрелив же Норвежца в комнате особняка, Сержант выигрывал минимум минут пять: по опыту он знал, что когда объект находится в замкну том помещении, то даже находящиеся рядом с ним люди не сразу могут сообразить, откуда был произведен выстрел, и поначалу беспомощно мечутся по дому в поисках убийцы. За те несколько минут, что охрана Норвежца будет прочесывать этажи особняка, Сержант успеет разобрать винтовку, спрятать ее в «дипломат» и добежать до шоссе к поджидающему его такси. На это уйдет минуты две-три. Он заранее определил маршрут отхода — не через Рыбачий, а, наоборот, кружным, длинным путем: мимо охотхозяйства «Баренцево море», откуда до Мурманска предстояло пилить еще километров сорок.

Вдруг его внимание привлекла странная суета в доме. В окнах второго этажа вспыхнул свет. Он прильнул правым глазом к оптическому прицелу и, наведя его на окно «банкетного зала», как он мысленно окрестил просторное помещение о трех окнах, увидел Норвежца. Тот был в сильном возбуждении и злобно отдавал приказания суетившимся вокруг него ребятам. Сержант мрачно выругался: он не думал, что его объект все это время преспокойно сидел в своем логове. Так тут можно было прождать, коченея от ночного мороза, до самого рассвета…

Раздалось глухое урчание автомобильного движка, и через несколько секунд к крыльцу подкатил «мерседес» в сопровождении черного джипа, точно такого же, как тот, в котором ехал головорез с топором. «Одна бригада!» — отметил про себя Сержант, только сейчас догадавшись, что слежку за ним организовали по приказу Норвежца. Ну что ж, что ни делается, все к лучшему…

Он приготовился сделать прицельный выстрел и, закрыв глаза, мысленно произвел все необходимые действия после выстрела: сложил винтовку, убрал ее в «дипломат», рванул напролом через сосняк к такси, сел в машину… На все про все уйдет пять или шесть минут. Нормально. Должны успеть.

Он приник к окуляру прицела и опять выматерился: Норвежца в «банкетном зале» уже не было. Опоздал! Он стал искать клиента в других окнах. Тщетно. Навел прицел на крыльцо. Вот он! Норвежец выбежал из дома в сопровождении здоровенного парня в кожаной куртке. Норвежец давал последние указания остававшимся в доме охранникам. Степан положил указательный палец на холодный спусковой крючок и затаил дыхание. Сейчас надо произвести выстрел. Вот сейчас… Еще секунда… Но в этот момент в окуляре возникло черное пятно: Норвежца загородил парень с бритым затылком. Черт! «Отойди, милый, — молил Сержант, — прими чуть в сторонку…» Но бритый как в землю врос.

Норвежец стал спускаться к «мерседесу». Бритый не отставал от него ни на шаг, точно зная, что в полутораста метрах в леске затаился снайпер, грозящий хозяину смертельным выстрелом.

Все, шанс был упущен… Норвежец сел в машину, дверца захлопнулась. Сержант знал, что стрелять в бронированный пятисотый «мерседес» было совершенно бессмысленно.

Степан, чертыхаясь, слез с ели и быстро, сложив винтовку и убрав ее в чемоданчик, бросился к шоссе. Только бы не упустить их… Только бы не упустить… Куда это он сорвался на ночь глядя? Ясно, что не на дискотеку…

— Давай, Трофимыч, газуй! — взволнованно прошептал Сержант Барыкину, запрыгивая на заднее сиденье. — Таганцев из особняка выехал на «мерсе» и с джипом сопровождения. Куда он едет, как ты думаешь?

— Да в город, куда же еще, — спокойно рассудил таксист, лихо развернувшись и включив фары. — Сейчас мы его нагоним!

— Ты только держись от него подальше, а то…

Май Трофимович обиженно крякнул и буркнул под нос что-то нечленораздельное.

— Вон они! — заявил он через несколько минут. — Говорил же: в Мурманск едут.

* * *

В последние три дня как-то все сразу навалилось: ликвидация Андрея Петракова на трассе под Петрозаводском, загадочный расстрел Жоры и двух его бойцов в лесу на полпути от Мурманска к Оленегорску, а теперь еще и это совершенно идиотское убийство глупой шлюхи… Конечно, убийцы Жоры найдутся, конечно, таджикского наемника Петракова и мурманскую шлюху никто в федеральный розыск объявлять не станет, так что ему, Мишане Таганцеву, не хрен об этом беспокоиться, но вот бегство второй шлюхи — свидетельницы убийства — от придурка Лифта не давало Норвежцу покоя уже сутки. Он даже бессонницу заработал, чего не было со времен той дикой ломки в восемьдесят шестом году, когда он пытался соскочить с морфия, да не получалось, а он крепился-крепился, да не выдержал. Стал рыскать по всем городским больницам в поисках наркотика, пока его не надоумил полковник Шеин, такой же закоренелый морфинист, пощупать в горвоенкомате, подкатиться к главврачу Семенову. Сержант Таганцев так и сделал, да попал не на Семенова, а на упрямую девку- медсестру, которая и довела его до ручки, так что он с тормозов слетел…

Он бы и не вспомнил о тех событиях далекого прошлого, если бы не телефонный звонок, раздавшийся полчаса назад.

Этот короткий разговор сразу же все прояснил, все расставил по своим местам. Стало понятно, что те две шлюхи появились у него в доме не случайно, что они подсадные, что их специально послали к нему… Ну, да ладно, не возьмете вы Мишаню Таганцева голыми руками! Не возьмете! Не из таких передряг выходил Мишаня целехоньким…

Ему позвонила девка, та самая шлюха Марина, которую он плеткой отстегал в спальне и на глазах у которой потом он вторую шлюху зарезал… Разговор был короткий и очень понятный. Непонятно было только, откуда она. эта Марина, обо всем узнала… Но задумываться ему сейчас было недосуг. Сейчас его занимала лишь одна мысль — встретиться с падлой и, усыпив ее бдительность уговорами да посулами, подойти вплотную и вспороть ей глотку…

— Здравствуйте, Михаил Юрьевич, это Марина. Я у вас в доме вчера была с Татьяной. Вы меня плеткой угостили… — Девка, накануне устроившая ему форменную истерику, теперь говорила сдержанно и четко, точно читала текст по бумажке. — У меня есть для вас кое- что интересное. Я располагаю записной книжкой следователя Шкурко Семена Порфирьевича, который вел дело об убийстве медсестры Ларисы Щербак. В этой записной книжке есть несколько записей, которые могут вас заинтересовать. Не исключаю, что они также заинтересуют и прокурора города Погосяна…

Норвежец занервничал. Да что там занервничал — с ним чуть нервный припадок не случился. Он с трудом сдержался, чтобы не обматерить курву и не швырнуть трубку, но усилием воли взял себя в руки и, насколько мог, спокойно предложил встретиться в ресторане «Баренцево море».