недалеко от города и горло у него было перерезано, но народная молва утверждает, что утопился.
— А дама с поэтом поженились. — Пробормотал я.
— Или вот еще, один прощелыга и плут, всю ночь сидел за карточным столом и раздевал всех, кто садился с ним играть, а таких было много, интересно ведь. Он легко вычислял шулеров, обыгрывал честных игроков и утром унес несколько миллионов талеров.
— И в чем был его секрет? — Заинтересовался я.
— Он был поставщиком игральных карт, несколько лет он готовился к этой ночи, наводняя своей продукцией город. В итоге, он знал все метки и отличия на картах своего производства. Ему стоило взглянуть на колоду, чтобы понять, тут у тузов на рубашке линия на долю миллиметра толще, а тут пятнышко краски чуть сползло. Мы были буквально поражены, когда узнали, хотели даже в его честь улицу назвать, но…
— Позвольте догадаться. Он утопился. Его тело вынесло море, а горло было перерезано. — Усмехнулся я.
— Все так. — Горестно кивнул Джером. — Он пожадничал, после большой игры, он вышел героем, а вот когда начал потрошить игорные дома, то превратился в простого шулера.
— И Вы думаете, что я там, с моими навыками, сумею выиграть корабль? Или деньги на него?
— Ха. — Старик расхохотался мне в лицо. — С твоими навыками шулера, ты даже у престарелой вдовы ночь любви не выиграешь. Мое дело, показать тебе, где есть деньги, твое дело найти способ их забрать. Ты искал место, где капитан судна может проиграть его и где тебя не станут бить, поймав с лишним тузом за лацканом пиджака? Вот оно. Вот шанс. Ну а дальше, крутись сам.
— Мне нужна будет экскурсия по городу. — Задумчиво почесал я подбородок. — Как насчет завтра с утра провести мне ее?
— За твои деньги. — Расплылся в одобрительной улыбке старик. — Покажу любую достопримечательность. А теперь, будь любезен оставить нас с госпожой Ру наедине, она желала поговорить со мной о некоем посредничестве.
Я вышел из кабинета и направился на улицу, где скучала на козлах красавица извозчица, которая привезла нас сюда. Я мимоходом сообщил ей, что Ру задерживается и направился на рыночную площадь, мне нужна была почта, а заодно, можно было бы заглянуть и в местное отделение банка, положить на счет скопившуюся наличность. Опыт Элирна уже научил меня тому, что я нигде не могу чувствовать себя в безопасности, а потому, таскать серьезные суммы денег — это недопустимо.
— Господин не желает чаю? — Раздалось откуда-то снизу, и опустив глаза, я уставился прямиком в декольте Мони, она была одета в легкое летнее платьице с таким вырезом, что даже были видны ареолы ее сосков. Грудь ее покоилась на подносе с кувшином и множеством стаканчиков, наполненных зеленоватой жидкостью. — Леяной чай из лучших трав предгорий. Уникальный рецепт Биелва. Местная достопримечательность. — Она подмигнула мне, а когда я взял стаканчик, потрясла грудью, требуя, чтобы я опустил ей в декольте монетку.
Получив оплату, она подошла к следующему покупателю, и я увидел, что, пока он засматривается на прелести маленькой гоблинши, та, прикрывая руки подносом, закрепленным у нее на шее, срезает у мужчины кошель и кинжал в расшитых ножнах. Мужчина же завороженно принимает у девушки стакан с чаем и отправляет монетку по назначению.
Вот же хитрая бестия, я даже на секунду залюбовался ее работой. Моня действовала как хорошо отлаженный механизм и кошельки с поясов ее жертв слетали один за другим. У девчонки явно был талант, не зря она Кацану понравилась.
Почтовый ящик не радовал, гневные сообщения от Карины, переполняли его. Я секунду думал, чтобы ей такого написать, да и нужно ли, но в итоге чиркнул короткое, «Я в Биелве, таверна „Красавица и дурак“. Хочешь испытать такое, чего никогда в твоей жизни еще не было, жду в десять вечера.»
Письмо ушло и я, просто отправив всю остальную почту от Карины в мусор, принялся разбирать оставшуюся корреспонденцию. Письма с прикрепленным имуществом я забрал и скидал все в инвентарь. В банковской ячейке, это добро будет в большей сохранности. Отчет от Леноры, об обстановке в городе не порадовал, меня все еще искали. Так же, она сообщала, что отношения с Гилбертом после того, как она вступила в права собственности над бывшей лавкой Майо, стали еще крепче, он даже защитил ее от представителей гильдии алхимиков, что хотели забрать товары покойного мастера. Кроме того, Гилберт очень хвалил меня за то, что я приструнил целых троих бандитов, а Ленора просила, чтобы я себя больше берег, ведь воевать должны смерды, а не ее любимый дядюшка. Напоследок девушка сообщала мне, что уже скучает, чем и завершала свое письмо.
Я с теплотой отправил письмо в архив, после чего направился в банк, где и счет пополнил и спрятал ценные вещи под надежный замок платного хранилища.
По сути, заняться мне сейчас было нечем, если бы не дрязги с «Альтом», не дурацкие квесты гильдий, выполнение которых Гайе нужно было наладить, я бы сейчас рванул уже в деревушку, название которой забыл, как только ее покинул и начал бы там свою диверсионную деятельность, но маленькие дела маленьких людишек держали меня.
Я нашел милое уютное заведение с террасой и устроился с чашкой чая под цветастым зонтиком, глядя на бурлящую толпу рыночных торговцев, моряков и игроков, что сновали туда-сюда по своим безусловно важным делам.
Травяной чай расслаблял, а рыночный гул, даже немного убаюкивал. Рай для пенсионера, вот каким был для меня сейчас Биелв, местечком с потрясающе красивыми пейзажами, с парусниками и карикатурными злодеями, которые при ограблении обязательно тебе расскажут последнюю шутку или обсудят новость. Эдакий пряничный городок с налетом анекдота. Кто и зачем его создал таким? Что было вложено в этот маленький и никому не нужный городок на берегу моря, который неизбежно так или иначе влюблял в себя почти каждого, но сам не любил никого.
— Расслабляешься? — Рядом со мной на стул плюхнулась Лара, она была какая-то вся растрепанная, запыхавшаяся.
— Ага. — Я снова отпил чай. — А ты чего такая? Дралась?
— Как узнал? — Девушка схватила со стола чайник и принялась пить прямо из носика. — Короче так, с травяными сборами все отлично, раскупили на раз, а вот с зельями вышел казус. Не пускают тут на рынок чужие эликсиры. Торговцы, не сговариваясь цену
