— Четверо в масках, — мрачно подметил Криспин.
— Ты не знаешь их? — спросил Майлз Йена, и тот покачал головой в ответ.
— А Туллия может знать? Ведь встреча была назначена у нее в доме. — Предположение Себастьяна вселило в них надежду.
— Возможно, она и знает, но мне не скажет, — ответил Йен. — Похоже, что из-за недостаточной заботы о Бьянке я нажил себе еще кучу врагов.
— Ладно, — заключил Криспин. — Давайте надеяться, что хотя бы половина из них не обуреваема маниакальной жаждой убийства.
— Одному из нас следует пойти к Туллии, — предложил Себастьян. — И если ее обеспокоенность судьбой Бьянки, которую все мы видели сегодня, не показная, а искренняя, то она сделает все, чтобы спасти ее.
— Есть более быстрый, хотя и не более легкий путь, — откашлявшись, вымолвил Джорджо, который все это время молча стоял у стены. — Бьянка всегда использовала племянника Марины в качестве посыльного. Может быть…
— Да! — воскликнул Йен, отчетливо вспомнив вечер четверга. — Ты абсолютно прав, Джорджо, именно ему она поручила доставить письма. Я уверен, что он вспомнит адреса. Позови его немедленно.
— Я рад, что поле поисков сузилось, но мы по-прежнему не знаем, кто убийца и каковы его мотивы, — сказал Себастьян.
— Я знаю мотив, — хрипло отозвался Йен. — Бьянка предполагала это уже давно, но я не верил ей тогда. Она считала, что Изабелла тайно выведала какую-то важную информацию и хотела использовать ее для шантажа, чтобы вынудить кого-то жениться на ней. Я сказал ей тогда, что она делает выводы из случайного стечения обстоятельств. — Йен горько усмехнулся. — Но теперь я считаю, что она была права.
— А что за информация была в распоряжении Изабеллы, по мнению Бьянки? — спросил Майлз.
— Она точно не знала. Только догадывалась, что Изабелла подслушала разговор на одном из тайных собраний, которые, по свидетельству Энцо, часто проходили в ее доме.
— И все же это обстоятельство не проливает свет на то, что именно она могла услышать, — заметил Майлз.
— Нет, но, возможно, если у нас будут имена… — Себастьяна прервал шум драки за дверью. Арборетти дружно поднялись, чтобы выяснить, в чем дело, и в любой другой момент зрелище, которое они увидели, рассмешило бы их.
Джорджо обхватил Нило обеими руками и изо всех сил старался оторвать его от пола. Когда дверь комнаты распахнулась, Нило откровенно высказывался по поводу того, почему ни за что не двинется с места:
— Я не стану говорить с ним. Он предатель. Я ненавижу его, и мне наплевать, если он об этом узнает. — Он в ярости взглянул на Арборетти, которые стали невольными свидетелями его последних слов.
— Ты действительно подкупил судей? — потребовал ответа Криспин.
— Нет! — вскричал Йен. — Вы можете считать меня равнодушным человеком, который покинул зал суда посреди слушания, но я их не подкупал.
— А сенаторов? — угрожающе подступил к нему Себастьян.
— Нет, черт побери! Я пытался убедить их освободить ее, а не осуждать.
— Несмотря на то что ты сам считал ее виновной? — недоверчиво прищурился Майлз.
— Я так не думал. Я… я не мог. Но все это ерунда, потому что виновна она или нет, но ее ждет смерть, если мы не предпримем никаких действий.
Джорджо тем временем выпустил Нило, который смотрел нa господ расширенными от ужаса глазами. Когда перебранка между ними закончилась, он поднялся и подошел к Йену.
— Что я могу сделать? — спросил юноша с достоинство словно приносил военную присягу.
Арборетти с облегчением вздохнули и вернулись в комнату, Джорджо и Нило последовали за ними.
— Нам нужно знать имена тех, кому ты доставил письма в четверг вечером. Мне известны два — Криспин и Вальдо Вальдоне.
Нило помолчал и потом без запинки выпалил все Четыре адреса и инициалы получателей, обозначенные на кремовых конвертах, которые вручила ему Бьянка.
Оставшись одни, Арборетти и Джорджо внимательно изучили список.
— Мы можем обойти всех вместе и допросить каждого. Так у нас меньше шансов быть застреленными, — предложил Тристан.
— И меньше шансов получить признание, — сказал Йен и отодвинул список на середину стола. — У нас недостаточно фактов, чтобы пригрозить разоблачением.
— Это не совсем так, — возразил Тристан. — У нас больше фактов, чем было у Бьянки, когда она осмелилась угрожать им, и этого было достаточно, чтобы убийца выстрелил в нее. Мы упускаем из виду что-то очень существенное.
— Я уже голову сломал, но так и не могу ничего придумать, — вмешался Криспин. — Мы знаем мотив, знаем того, кто приказал выкрасть кинжал, мы…
— А сколько людей из тех, кого пригласила Бьянка на встречу, присутствовали на балу в понедельник? — воскликнул вдруг Майлз, стукнув кулаком по столу.
— Все. А почему тебя это интересует? — спросил Йен.
Майлз откинул волосы со лба и с досадой покачал головой:
— Если все, то мое предположение бессмысленно. Я надеялся вычеркнуть из списка хотя бы одного на том основании, что он мог подменить кинжалы во время бала. Но в таком случае это ни к чему не ведет.
— Кроме того, что у нас нет доказательств, что цветок принесли в дом уже с кинжалом, — заметил Криспин.
— Это растение было тогда в комнате Изабеллы, — тихо вымолвил Йен. — Я не помню его зрительно, но оно должно было быть там. Я отчетливо помню, что Бьянка все время чихала, пока я говорил с ней.
— Если растение было там, то скорее всего настоящее орудие убийства спрятали в горшке, подменив его осыпанным драгоценностями кинжалом, сразу после убийства. Это свидетельствует о том, что настоящий убийца знал не только о том, где кинжал, но и о том, где находится теперь Цветок. Значит, тот, кто прислал к нам в дом это растение, и есть убийца, — радостно заключил Майлз, но Криспин тут же разочаровал его.
— Я не знаю, кто его прислал, — печально сказал он. — Его доставили накануне бала в обычной оберточной бумаге, без карточки. Я подумал тогда, что цветок привезли на одном из наших кораблей с Востока, навел справки, но никто его никогда в глаза не видел.
— Может быть, ты не там наводил справки? Ведь с Востока, например, из Константинополя, ежедневно приходят суда, — заметил Майлз.
— На одном из них прибыл Салим, — осторожно добавил Себастьян. — Корабль пришел за порохом.
— Двенадцать сотен тонн пороха, — словно нехотя вставил Тристан. — И двенадцать сотен дукатов взятки. Чистое совпадение.
— Какова вероятность того, что часть тайного разговора, который подслушала Изабелла, касалась продажи пороха? — вмешался Криспин. — И что это растение было преподнесено турками в знак доверия по окончании переговоров?
