И на этом все — затихла, раскинув лапы в стороны. Лишь ступни неритмично подрагивали, но конвульсивные движения быстро затихали.
Из-под разгромленного прилавка выглянул кот, перепугано покосился на Карата, снова спрятался. А тот, не опуская винтовку, краем глаза контролировал тушу у дверей, но основное внимание направил на пролом в стене.
Слишком близко к Пеклу, к Аду, к Преисподней, к Инферно. Как хочешь, так и называй запад, суть не изменится — там нет ничего хорошо, зато плохого завались. Не самые слабые твари слишком часто рыскают поодиночке и стаями, в этом Карат уже успел неоднократно убедиться. Значит, в любой момент сюда могут ворваться новые монстры. Придется их встретить оставшимися патронами и способностью, дарованной Ульем.
И молится, чтобы этого хватило — запасы и того и другого не бесконечны.
Шло время, но никто больше не забредал в магазин. Даже кот начал вести себя куда спокойнее. Выбрался из укрытия, отошел подальше от окончательно затихшей туши, начал тщательно вылизываться. То, что он так безмятежен, ничуть не радует. Этот бездельник уже проворонил приближение одной элиты и потому вышел из доверия.
Тоже мне еще… хваленое звериное чутье.
А элитник то не из простых. Покрупнее Юпитера, и вид у него посерьезнее — страшнее клыки, длиннее и толще когти, роговых шипов больше, из-за несимметричных костяных наростов голова похожа на раздутую танковую башню со снятым орудием. Тело куда массивнее, перевито толстенными канатами сухожилий, кожа желтовато-серая, будто грязный картон, покрыта сетью мельчайших морщинок местами слагающих затейливые узоры.
Такой здоровенный, что в магазине стало тесно.
И, тем не менее, свалился замертво от одной пули. Ну тут Карат не вслепую работал, уже имелся опыт, пусть и не столь впечатляющий. У тварей уязвим мозг и верхняя часть позвоночника с примыкающими к нему изменившимися органами. Череп со временем при богатой пище становится броневым, его защищают платины из материала похожего на кость, но куда прочнее. Такие же пластины прикрывают грудь спереди и сзади. А вот по бокам сохраняются щели оставляющие зараженным чуток свободы в движениях. Неширокие, попасть в них непросто, тем более что монстру незачем вокруг тебя танцевать с поворотами, он прямой наводкой к добыче мчится.
Вот только с Каратом этот номер не прошел. Тот, благодаря своему дару Улья, легко уклонился и вбил пулю крупного калибра куда надо — между боковыми пластинами с расчетом, чтобы ушла в позвоночник по пути покалечив прочие немаловажные для твари органы. Она большая, она много бед должна наделать.
Расчет оправдался.
Гм… Должно быть не слишком часто крупнокалиберные снайперские винтовки используют не просто для стрельбы в упор, а вжимая стволы в тела противников. Но оригинальная тактика себя оправдала, надо взять ее на вооружение.
Хорошо бы уметь замедляться надолго. Очень надолго. Чтобы не выходя из этого режима перещелкать любую стаю пробираясь от одного к другому и тыкая им стволом в бока. Ну или хотя бы после уничтожения цели успевать отойти на безопасную дистанцию, взвести винтовку в нормальном режиме, не рискуя вырвать затвор от избытка скоростной дури, и повторять это до победы.
Это не так уж и фантастично. Надо лишь развивать свой дар, ничего сложного тут нет. Знай себе заливайся горохом и, по возможности, жемчугом. А все это добывается…
Осторожно приблизившись к голове твари, Карат вбил лезвие ножа в тонкую щель спорового мешка. И, странное дело, не сумел загнать даже на сантиметр. А ведь это вообще-то самая уязвимая часть тела, можно не мудрить со щелями меж пластин и стрелять прямо сюда.
Хотя нет. Рискованно. Пуля крупного калибра может повредить ценную начинку или разбросать так, что потом ничего не найдешь.
Не такой уж крепкий у твари споровый мешок, даже холодному оружию сопротивляться не может — нож его все же берет, пусть и с трудом. Правда, уязвим он только снизу, потому как поверху накрыт выпирающим наростом из того же похожего на кость материала. Такой гребень не любой ствол возьмет, а уж холодным оружием вообще делать нечего.
Хотя, для человека, способного столь серьезно ускоряться, нет неприступных вершин. Просто надо работать над собой.
* * *
Нож пришлось вбивать используя вместо молотка кусок доски влетевший в магазин вслед за элитником. К тому же Карат старался при этом не шуметь, что значительно усложняло задачу.
Смешно сохранять тишину после такого концерта, но это только несведущий может так думать. Ведь что, в сущности, случилось? Да, случился одиночный выстрел из оружия крупного калибра, но дело происходило не в чистом поле, а в частично замкнутом помещении. Грохот, без сомнения, разнесся далеко, это ведь не глубокая шахта. Но все равно всего лишь одиночный звук, от такого твари если и заволнуются, то ненадолго. Точное направление на источник тоже не определят. Разве что находились рядом, в сотне-другой метров, но в таком случае уже должны были примчаться.
К тому же матерые элитники, а этот, возможно, именно к ним и относится, пусть и не самый крутой в их племени, зачастую страдают склонностью к индивидуализму осложненному каннибализмом. То есть, говоря простым языком — с энтузиазмом пожирают всех, кто на пути подвернется, в том числе своих сородичей. Поедание слабых мертвяков принято даже у начинающих тварей, однако к тем, кто близок к вершине, обычно отношение куда бережнее. Но не в подобных случаях.
Монстры не очень любят держаться рядом с теми, кого они интересуют с гастрономической точки зрения. Так что есть шанс, что в округе больше нет никого опасного, то есть Карат может отдохнуть после перенесенного стресса.
Вот только ему сейчас не до отдыха, работы непочатый край.
Такого тугого спорового мешка Карат еще ни разу не видел. Его впору мотопилой разрезать, с трудом поддается ножу с коротким крепким клинком. Даже у скреббера куда проще был. Хотя там дело в другом, он ведь располагался внутри, под пластинами крепчайшей брони, попробуй для начала до него доберись. У элиты все куда более открыто.
Все, вроде готово, разошелся на дольки позволив добраться до ценного содержимого. И что тут у нас…
Внутри все заполнено податливой массой знакомого оранжевого цвета. Но совсем не такая, не монолитная как у скреббера. Спутавшиеся нити с частыми округлыми узелками, ценятся вроде тоже недешево, хотя с тем, который добыли вчера, не сравнить.
Карат вчерашний мешок не прихватил. Да и не видел его после начала стрельбы, может унесло взрывной волной, может присыпало землей. Не до трофеев тогда было, схватил самое главное — белый жемчуг, без него возвращаться никак нельзя. Даже если каким-то чудом добудет сотни споранов и попытается выплатить ими долг, зажав то, что взяли со скреббера, хозяева Полиса отнесутся к этому негативно. Как это так, выжил всего один, ничего не принес, но имеет средства на то, чтобы решить проблему с неподъемной кабалой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
