Глава 36
Ох… Внутри что-то оборвалось. Такая сильная резкая боль пронзила всё моё существо, что я даже задохнулась. Сердце и душа разорвались в клочья. Воздух вокруг просто исчез, пропал, я могла лишь судорожно открывать рот в попытке сделать вдох.
Я смотрела на него выпученными от ужаса глазами.
— Аня! Стой, всё не так! — его лицо исказилось от осознания, что я всё поняла. Он шагнул вперёд, протягивая ко мне руку.
Я ахнула, прижав вмиг заледеневшие пальцы к губам, после чего бросилась прочь.
Так, со своей болью разберусь потом. Сейчас важнее Полина! Я побежала на поиски подруги. Как и ожидала, нашла её в уборной. Она всхлипывала у раковины, вытирая бумажным полотенцем размазанную помаду с лица. Я тут же обняла её.
— Боже мой, Поля, мне так жаль! — проговорила я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Не сметь сейчас плакать!
— Да уж. Вот урод! — она зло швырнула скомканное полотенце в корзину.
Я была с ней полностью согласна.
— Всё, Ань, я хочу домой, пусти, — она отодвинула от себя мои руки, и я тотчас выпустила её.
Подруга схватила свою сумочку и вышла из уборной. Я не пошла за ней. Она явно была очень расстроена и хотела побыть одна. Бедняжка… Я закрыла лицо ладонями.
Как же было больно! В грудь словно острый нож вонзили. Дышалось с трудом. Как же я его сейчас ненавижу! Настоящий подлец и подонок! Внутри всё так и клокотало от ярости и гнева.
Ладно, сидеть в уборной допоздна смысла нет. Нужно идти домой. Я подышала немного перед зеркалом. После чего вышла, прошла в зал, взяла свой плащ и направилась к выходу.
Едва я спустилась по широким гранитным ступеням офисного здания и направилась по проспекту, как увидела, что дверь припаркованного неподалёку автомобиля отворилась, из неё вышел начальник и быстрым шагом направился в мою сторону. Я ускорила шаг.
— Подожди! — он попытался схватить меня за запястье, но я резко сбросила его руку, отшатнувшись.
— Не смейте меня трогать! — яростно зарычала я, метнув на него такой взгляд, которым можно было бы убить, приложи я чуть больше усилий.
— Нет, ты меня выслушаешь! — он схватил меня в охапку и потащил к чёрному автомобилю.
Ах он!.. Я лягалась и брыкалась. Из машины тут же выскочил человек, видимо, водитель, и услужливо открыл заднюю дверь, чтобы шефу было удобнее запихивать меня внутрь. Вот это сервис!
— Если Вы сейчас же меня не отпустите и будете преследовать, то я завтра же уволюсь! — выкрикнула я, пытаясь вывернуться из его железной хватки.
Босс остановился и неохотно разжал руки. Я вырвалась и тут же, чуть ли не бегом, направилась в сторону метро, чувствуя, как он смотрит мне вслед.
Ярость и злость плескались внутри. Обида. Разочарование. Вот он какой оказался! Ну, хорошо, хоть показал своё истинное лицо! Теперь я больше не буду питать по его поводу никаких иллюзий. Розовые очки спали, обнажая уродливую реальность.
Когда я приехала домой, ярость сменилась апатией. Сидела за столом, надолго уставившись в одну точку. Так и не смогла заставить себя поесть. Боль накатывала волнами, сжимая в тугой узел всё моё нутро. Не совсем понятно, почему мне было настолько больно, мы ведь общались-то всего ничего. Когда я успела так подсесть на него?
Всё виделось в чёрном цвете. Нужно будет искать другую работу, в любом случае. Вряд ли я смогу работать рядом с этим кобелём, пристающим у себя кабинете к своим сотрудницам. Ещё хуже Глеба Михайловича. Тот хоть лишь ко мне приставал. От других я про его домогательства не слышала. А этот — ко всем подряд. Ещё неизвестно, из-за чего Грымза тогда так вылетела из его кабинета. Теперь я уже ничему не удивлюсь.
Было мерзко и противно. Написала Полине. Спросила её, как она. Ответа не получила. Возможно, она уже легла спать. Я очень переживала за неё. Вдруг ей теперь придётся уволиться, и она останется без работы из-за домогательств начальника? Ох… Бедная девочка…
Принимая душ, я разрыдалась. Спала плохо, навязчивые образы не давали расслабиться.
Утром я выглядела откровенно плохо. Веки покраснели и опухли. Обильно умывшись холодной водой, попыталась спрятать неприглядный вид под макияжем.
Рабочий день начался как обычно. Полина опоздала. Она сегодня не улыбалась, а молча проскользнула на своё место.
С трудом дождавшись обеда, подошла к ней.
— Ты как? — я заглянула ей в глаза.
— Да нормально я, отстань, — буркнула она, отвернувшись.
Ох… я вижу, как «нормально». Мы спустились в столовую и она, подхватив свой поднос, уселась за другой столик.
Не хочет со мной делиться. Я её понимала. Я тоже все свои проблемы, неприятности и переживания предпочитала держать внутри, и никому не рассказывать.
Грустно вздохнула. Ладно, не буду навязываться. Надеюсь, вскоре она оправится от вчерашнего потрясения. Главное, чтобы гонения никакие не начались в её сторону.
Я его тогда точно убью! Гада такого!
Через некоторое время после обеда я увидела Артёма Владимировича в холле. Вид у него бы угрюмым. Твёрдой походкой он вошёл к нам в зал. Все испуганно замерли и с тревогой уставились на него. Лица побледнели.
