В 1716 г. после смерти опекуна Монтескье занял должность президента парламента Бордо, должность, связанную, в частности, и с выполнением судебных функций. И хотя из-за беспокойного характера он так и не смог стать настоящим чиновником, работа в парламенте давала ему немало юридических примеров для теоретических обобщений. Тем более, что особо трудные дела парламент поручал разбирать именно Монтескье.
Но если, по собственным признаниям Монтескье, бесконечные и бесцельные формальности парламентской службы его удручали, то участие в работе Бордоской академии, членом которой он являлся, доставляло большое удовольствие. Для академии он написал множество рефератов (практически по всем естественными наукам), которые не только поражали обилием гипотез, но и блистали остроумием и смелыми парадоксами.
Первое крупное художественное произведение Монтескье «Персидские письма» относится к 1721 г. И хотя оно было напечатано анонимно и с неверным обозначением места издания (Голландия), подлинное имя автора вскоре стало известно. Книга произвела настоящую сенсацию и вызвала самые противоречивые толки. Она сразу же разошлась в небывалом для того времени количестве экземпляров и, несмотря на последовавший вскоре цензурный запрет, выдержала за год восемь переизданий. Такой небывалый интерес объяснялся тем, что в «Персидских письмах» от Монтескье досталось всем – и королю, и министрам, да и французскому обществу в целом. В остроумных и ироничных замечаниях главных героев книги – мудрых и проницательных персов Узбека и Рики, которые покинули родину, чтобы поближе узнать французскую действительность, – вся Франция как бы предстала перед судом автора в своем подлинном, неприкрашенном виде.
В 1725 г. Монтескье, с большим трудом уговорив членов Бордоского парламента принять его отставку, переехал в Париж. Там благодаря поддержке многих влиятельных лиц он стал членом Парижской академии. Правда, заседаний академии он почти не посещал, поскольку там господствовали серость и скука. Напомнив читателям о себе двумя новыми книгами «Книдский храм» и «Путешествие в Пафос», героями которых являлись древнегреческие боги, сильно смахивавшие на кавалеров и дам французского двора, Монтескье отправился путешествовать. К тому времени он начал собирать материал для трактата «О духе законов» и хотел лично познакомиться с правовыми системами других стран. Путешествие длилось три года. Монтескье объездил всю Европу, посетил, в частности, Австрию, Венгрию, более полутора лет прожил в Англии. Как члена Парижской академии и известного писателя, его охотно принимали при дворах европейских государств. А в Англии он часто бывал на заседаниях парламента, с интересом наблюдая за бесконечными спорами правительства с оппозицией.
В апреле 1731 г. Монтескье вернулся во Францию. Попеременно живя то в Париже, то в своем родовом замке, он полностью отдался литературному труду. Через три года была издана его крупная работа «Рассуждения о причинах величия и падения римлян». В ней отмечалось: «Миром управляет не фортуна. Доказательством этому служат римляне, дела которых все время кончались благополучно, пока они управлялись по известному плану, но которые стали непрерывно терпеть поражения, когда начали поступать другим образом. Существуют общие причины как морального, так и физического порядка, которые действуют в каждой монархии, возвышают ее, поддерживают или низвергают; все случайности подчинены этим причинам».
Свой главный труд «О духе законов» Монтескье писал более пятнадцати лет. Впервые он был издан в 1748 г. небольшим тиражом в Женеве, без указания фамилия автора. Почти сразу после выхода книга появилась в Париже и долгое время была предметом яростных обсуждений в светских салонах. Едва появившись во Франции, трактат сразу же попал в «Индекс запрещенных книг».
Трактат «О духе законов» представляет собой капитальное исследование об основных условиях и гарантиях политической свободы. Лучшей гарантией политической свободы Монтескье считал разделение и уравновешение властей: законодательной, исполнительной и судебной. Он доказывал, что подобное разделение явится не только гарантией полного осуществления политической свободы, но и решающим условием успешного устранения всевозможных государственных злоупотреблений.
Кроме того, Монтескье подверг глубокой критике деспотизм, суть которого, по мнению автора, заключалась в деструктивном характере и разгуле страстей. В легкой и остроумной форме он дал такое сравнение этому «чудовищному строю»: «Когда дикари Луизианы хотят сорвать плод с дерева, они срубают дерево под корень и срывают плод. Таково деспотическое правление».
После 1750 г. Монтескье уединился в замке Ла-Бред, полностью посвящая свободное время любимым литературным занятиям. Он дополнял некоторые фрагменты в трактате «О духе законов», готовил для печати многочисленные заметки о путешествии по Европе, планировал написать историю Теодориха Остготского. Кроме того, барон много времени отдавал хозяйству, занимаясь благоустройством замка, огромного парка и цветниками. Не чурался и работы на виноградниках, которые были основным источником его доходов.
По свидетельствам современников, Монтескье имел нрав «типичного гасконца; любознательный, независимый, самолюбивый, но неизменно умеющий владеть собой. Холодный – из боязни показаться тщеславным, но при желании галантный. Иногда немного смешной – своей скупостью или небрежностью в одежде». Как истинный француз, Монтескье был чрезвычайно приятным и остроумным собеседником. Чего стоит хотя бы его знаменитая фраза: «Буря в стакане». Так он охарактеризовал политическую сумятицу в крохотной республике Сан-Марино.
И при этом Монтескье довольно часто оказывал самые различные услуги многим людям, будь то просьбы о пенсиях или ходатайства о смягчении наказания. Последним, кому он оказывал подобные услуги, был профессор Ла-Бомель, который публично одобрил «О духе законов» и встал на защиту трактата. В 1754 г. Ла-Бомель был арестован в Пруссии и выдан Франции, где его заключили в Бастилию, обвинив в политической неблагонадежности. Узнав об этом, Монтескье специально приехал в Париж и благодаря своим связям добился его освобождения.
10 февраля 1755 г. Шарль-Луи де Монтескье, находясь в Париже, скончался от воспаления легких. Он был похоронен у церкви Св. Женевьевы. Ныне точное место захоронения философа уже неизвестно. Зато сохранились мысли и чувства одного из самых образованных и умных собеседников XVIII в., чьи мысли изложены в его лучших трудах. Монтескье всегда почитали и в России, особенно в среде русских писателей, ценивших французского мыслителя за остроумие, подлинно французский юмор и афористичность высказываний, которые всегда были близки чувствительной русской душе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
