Владыка этого мира. «Зеница богов» приняла его полностью. Кто будет править этим миром? Моей силы недостаточно! Вдруг кто-то решит, что может попытать удачу также, как Шедар? Да, народ сейчас настроен благоприятно, все знают в той или иной мере о случившемся. Для всех Шедар поступил подло, и наследник успешно поставил его на место. Но что, если мой поступок посчитают слабостью? То, что я отправил наследника в другой мир на время, – усталым голосом ответил ей Владыка, а меня его ответ заставил побледнеть. Я слишком доверился им, учитывая, что Астерия всегда с благоговением относилась к Владыке. Сама её преданность говорила о многом. Но сейчас отец поступал нечестно по отношению не только ко мне, но и к ней.
– Но мы насильно удерживаем нашего сына вдали от его истинной! – недовольно произнесла мама и я был рад, что хоть она на моей стороне.
– Переот ищет возможность перенести свою дочь сюда, ты же знаешь! – ответил Владыка, а я перевёл взгляд на вышеупомянутого мирианца, который стоял рядом с грустным и поникшим взглядом. Теперь становились понятны все его отказы от моей помощи.
– Но я также знаю, что это невозможно! И если у него что-то получится, то пройдёт более 100 лет, прежде чем наш ребёнок воссоединится с Астерией! Это жестоко! Мы не являемся истинными и в Мириане нет такого понятия, скорее Витор и Астерия исключение из правил. Мы не можем в полной мере осознать, что это за связь, но, несмотря на это, мы знаем о ней достаточно, чтобы оценивать, как невозможность долго существовать раздельно друг от друга! – я словно увидел, как мать всплеснула руками, несогласная с решением своего мужа.
– Он в первую очередь должен думать о жителях этого мира, – не согласился с ней отец.
– Ты забываешься, Нигар! – повысила голос мама. – Он должен думать о себе и своей истинной! Это превыше долга, как бы тебе это ни хотелось признавать! Это связь дана богами! И мы не вправе её разрушать!
– Я не могу забрать у него силу! А других наследников нет, чтобы можно было что-то придумать. Если бы он был ещё ребёнком, то… – да в голосе отца тоже слышались сомнения, но он обманывал меня долгое время, придерживаясь своего плана. И неизвестно сколько бы ещё водил меня за нос, обещая то, что не мог дать.
– Но он не ребёнок! – перебила отца мама. – Он сам должен решить, как поступать! Мы не можем больше скрывать от него это!
– И ты знаешь, что он решит! Только сумасшедший откажется от истинной! – голос отца был уставший. Словно не один день он боролся сам с собой решая, как усидеть на двух стульях. И, кажется, это был не первый и не последний разговор между родителями.
– Значит, так тому и быть! – отрезала мать, кажется, резко вставая со своего места, так как помимо её голоса раздался скрежет от отодвигаемого кресла. Было понятно, что она недовольна решением мужа и раздражена тем, что они оба утаивают от меня происходящее.
– Но Мириан… – отец словно сдался, приводя уже неубедительные доводы.
– Послушай. Ты ещё в состоянии править! – вдруг мягким тоном произнесла мама. – В любом случае твоя сила превосходит силу остальных. А если что-то произойдёт, то наш сын всегда в состоянии прийти на помощь! А потом, возможно, появятся внуки. Чем дольше мы тянем и обманываем нашего сына, тем хуже делаем. Нужно поговорить с Витором. Он уже большой мальчик! И пусть Переот, наконец, начнёт заниматься поиском возможностей разделения осколка от нашего мальчика, – убеждала мама отца. И, кажется, в этот раз у неё это получилось.
– Возможно, ты права, – согласился Владыка с ней, а я больше не стал ждать, решительно распахивая дверь в кабинет и проходя внутрь.
Да, родители выглядели растерянными, поняв, что я, кажется, слышал весь их разговор. А отец вообще прикрыл глаза рукой, осознавая, что никакие оправдания от него не помогут. Но я не собирался строить обиженного ребёнка. Я лишь сделал определённые выводы, понимая, что впредь буду внимательнее относиться ко всем действиям своих родителей. Сейчас для меня важнее было, чтобы Переот изменил направление своих поисков и, наконец, освободил меня от осколка «Зеницы богов».
Да и к отцу я пришёл за другим. И метка как нельзя вовремя напомнила о себе, снова засветившись и отнимая в очередной раз кусок моей магии.
– Сынок, – мама подошла ко мне, виновато смотря, и пытаясь найти слова для оправдания. Но мне они были не нужны.
– Я скажу лишь одну вещь. Я хочу, чтобы впредь Переот занимался поисками необходимого мне ритуала. Я всё равно вернусь в Энергиум, хотите вы этого или нет. И да, я не откажусь от Астерии. Не хочу показаться безответственным в плане Мириана, но готов обсудить все возможности совмещения своих прямых обязанностей, как наследника и как истинного Астерии. Вы должны были обсудить всё это со мной, так как я в полной мере не владею полной информацией о статусе Владыки и об этом мире. И, надеюсь, теперь вы это исправите. Но позже. Сейчас же есть кое-что поважнее.
Я показал своё запястье, обращая внимание всех присутствующих на метку. И если Переот, как и прежде, выглядел лишь взволнованным, не более, то Владыка резко встал со своего места, стоило ему увидеть метку. Он однозначно понял, что происходит и быстрым шагом подошёл ко мне, хватая за руку и притягивая к себе ближе, чтобы внимательнее рассмотреть символ.
– Ты теряешь магию? – поспешно спросил он.
– Именно. Что происходит? – подтвердил я.
– Переот! Быстро ищи ритуал! Немедленно! Ему нужно вернуться в Энергиум! Сейчас же! – скомандовал Владыка, находясь в растерянности.
– Я его нашёл, но потребуется как минимум пара месяцев, чтобы подготовить к нему. Иначе ничего не получится, – поспешно ответил мирианец, честно говоря, и радуя, и расстраивая своим ответом. Придётся опять ждать.
– Герьён меня побери! Сколько прошло на Энергиуме с момента перемещения Витора? – задал интересный вопрос отец, вот только, не спеша ничего мне объяснять. Поэтому и получил от меня недовольный взгляд.
– Если исходить из возраста наследника и рассказов Астерии о том, что она искала его 8 мирианских лет, – задумался Переот, подчитывая цифры в уме, – то месяцев 8-9.
– Объясните мне, что это значит? Немедленно! – холодным
