Эдвин повесил принесённый котёл над очагом и, кашлянув, с серьёзным видом, развернул инструкцию. Свёрток оказался таким длинным, что, свесившись до земли, ещё минуты две раскатывался по траве, заполнив почти всё пространство вокруг костра.
– Вот это да! – Присвистнул Лиам, наклоняясь и поднимая второй конец свёртка. – Сколько же здесь всяких указаний!
– Конечно, – кивнул Эдвин, – варить такое важное зелье это вам не суп варить. Будь добр, – попросил он, – начни сворачивать с той стороны. Нам пока нужна только моя верхняя часть. – Он вздохнул и принялся читать первый пункт в списке: – В котёл, подвешенный над огнём, правой рукой влейте за три раза в любых количествах пять литров воды, и доведите до кипения, равномерно помешивая деревянной ложкой по часовой стрелке…
Неожиданно раздался пронзительный испуганный выкрик. Мирком вскочил со своего места и, закрыв глаза руками, как безумный тёр их со страшной силой.
– Что с тобой? – Эми не могла понять, что произошло.
– Мирком, тебе плохо? – Эдвин отбросил свёрток.
– Я…я ничего не вижу! – Закричал бедный Мирком, беспомощно водя по сторонам руками. – Я ослеп!
– Что?
– Что??
Все повскакивали на ноги и в волнении окружили юношу. Его прекрасные серо-голубые глаза действительно больше ничего не видели и только безутешно плакали от ужаса.
– От чего это? От чего? – Ещё громче Миркома вопила Эми. – Что тебе туда попало?
– Я не знаю…
– Ягоды! – Сразу догадался Лиам.
– От малины может случиться такая болезнь? – Эльвин помогла Миркому сесть обратно на бревно.
– Да не малина это! – Лиам подобрал несколько мелких ягод, высыпавшихся из ладони Миркома. – Это Карриосокеус, карликовая слепота…
– О, нет! – Бедняжка Мирком совсем отчаялся. – Теперь я пропал!
– Они ядовитые? – Эльвин с волнением встретила взгляд Лиама. – Сильно?
– Да, ядовитые. – Признал Лиам. – Но от них не умирают.
– Слава Богу! – Эмили высморкалась в свой огромный носовой платок и, примостившись рядом с Миркомом, прижалась к его плечу.
– Как ты умудрился набрать, да ещё и наесться этой заразы? – Негодовал Эдвин.
– Я не знал, – всхлипнул Мирком, – что это…
– Карриосокеус. – Помог Лиам.
– Да…Я просто собирал малину там, где мне Лиам показал, и увидел очень похожий куст с такими же ягодами, только помельче…
– И, конечно же, их набрал. – Покачал головой Эдвин. Мирком кивнул. – Теперь всё понятно.
– Да, – сказал Лиам, – это действительно очень и очень похоже на малину и по виду, и по вкусу, только с черными шипами на ветвях. Карликовой слепотой его называют, потому что земляные карлики питаются ими, так как до малины им просто не дотянутся, а эти кусты гораздо меньше. Поэтому-то карлики большей совей частью слепые. Они практически всю жизнь едят эти ягоды.
Все грустно посмотрели на Миркома. У Эльвин заболело сердце – совсем ещё мальчик, он сидел, не шевелясь, и горько-горько плакал.
– И что же… – выдавил он, наконец, утирая глаза рукавом, – я так навсегда и останусь…слепым?
Лиам помотал головой.
– Их действие проходит через час или два, в зависимости от того, сколько ты съел…
– Вот видишь, – совсем не в тему добавила Эми, так как Мирком по-прежнему был абсолютно незряч, – видишь, мой хороший, всё будет в порядке!
Она наклонилась и нежно поцеловала его в щёку. Кажется, Эми и сама не ожидала от себя такого. Они с Миркомом оба густо покраснели (он-то сразу догадался, кто это был, но сделать ничего не смог) и немного отодвинулись друг от друга в разные стороны.
– А, кстати! – Попыталась отвлечь всех Эльвин. – Почему ягоды не подействовали на Эми, ведь она тоже ела?
– Ей повезло. – Почему-то улыбнулся Эдвин. – В ладони Миркома были и ядовитые ягоды и обычная малина. Ей, видимо, попадалась только малина.
– Понятно. – Эльвин сложила руки на груди, но вдруг заметила, что карта куда-то делась. Наверное, она выронила ее, когда вскочила с бревна. Эльвин повернула голову.
– Кланки! – Только и смогла вскликнуть она, увидев ужасающую сцену: маленький сюданфлаф уловив момент во всеобщей суматохе, быстренько спрыгнул с плеча Лиама, схватил в зубы карту и теперь со всех ног бежал к горящему очагу.
– Держите его! – Эми зажала рот рукой.
Лиам уже было метнулся за своим зверьком, но не успел – Кланки с силой швырнул карту в пылающий огонь.
Все разом ахнули, кто-то от неожиданности, кто-то от ожидания. Карта ярко вспыхнула, немного повращалась в пламени и ни с того ни с сего стала дымить.
Дым. Дым. Дым поднимался от костра серыми клочьями, метался и извивался в воздухе. Всё больше, и больше, и больше, и больше…
Избранные с волнением ждали. И вот, переворачиваясь и сжимаясь, клубы стали принимать какие-то странные очертания, и, в конце концов, преобразовались в ясную четкую картинку.
Пять ярких теней двигались по какой-то поляне, быстро и плавно. Они подошли к небольшому потоку, бесшумно перебрались по камням и, представ перед огромным, восхитительно красивым водопадом, друг за другом прошли в него. Дым растворился в воздухе.
Команда ошеломлённо переглянулась. Никто не мог вымолвить и слова. Эльвин казалось, что тысячи маленьких-маленьких иголочек колют ей сердце. Она повернулась к Лиаму, он взял её холодную руку.
– Вы видели? – Первой заговорила Эмили. – Тени.…Ведь это были мы…
– Но нас шестеро. – Тяжело произнесла Эльвин. – А теней было пять.…Неужели…кто-то из нас умрёт?
Глава 23. СТРАХИ
Этот вопрос прозвучал даже не громом. Он был совершенно, абсолютно убийственным.
Бедный, слепой Мирком вдобавок к зрению на некоторое время лишился и дара речи. Все волнительно переглядывались. У Эми дрожали губы. Лиам посадил малыша Кланки себе на плечо. Сюданфлаф с нежностью прижался к его шее.
– Спасибо, дружок. – Лиам погладил зверька. – Ты единственный, кто догадался, как именно раскрыть тайну карты.
– Действительно. – Кивнул Эдвин, подходя к нему ближе. – И как мы сами не додумались искать разгадку в огне, который и предшествовал появлению карты вчера вечером?
– Неужели и правда кто-то из нас умрёт?! – Простонала Эмили, не слушая их слов. – Как страшно!
– Успокойся. – Очень мягко произнёс Эдвин, склоняя голову на бок. – Ещё ничего не известно. Возможно, есть другие причины, по которым нам показались всего пятеро из команды.
– А ведь я ещё так молода! – Уже всхлипывала Эми, опять пропустив сказанное мимо ушей. – Я ещё столько хочу испытать, столько пережить!
