Очевидны были успехи и в экономическом развитии страны. Данные статистики с несомненностью говорят как об огромных возможностях русской промышленности и торговли, так и о их интенсивном развитии. В описываемое время возможности феодального способа производства еще не были исчерпаны и инерция движения, заданная Петром, не только не затухала, но благодаря протекционистской политике его дочери все более усиливалась.
Благоприятно сказался рассматриваемый период и на развитии русской национальной культуры. Ломоносов — явление этой культуры — творил наиболее плодотворно именно в 40–60-е годы XVIII в. В эти годы русская литература, живопись, театр, архитектура, музыка, творчески осваивая те культурные ценности, которые были привнесены в ходе петровской культурной реформы, создали много шедевров, ставших в один ряд с ценностями других периодов. В целом путь русской национальной культуры последующего времени пролегал и через 40–60-е годы, и теперь можно с уверенностью сказать, что эти годы не были для нее потерянным временем.
Елизаветинское правительство пришло к власти под лозунгом восстановления петровских «начал» во внешней и внутренней политике. Если в торгово-промышленной сфере, а также в сфере культуры и внешней политики это было в значительной степени осуществлено, то в других сферах политики правительство Елизаветы постигла неудача. Она была обусловлена не только тем, что бездумное следование не совсем ясно представляемым идеалам политики прошлого и не могло принести успех, но и тем, что генеральная петровская концепция служения «общему благу» всех подданных до царя включительно (означавшая для дворянства суровую пожизненную службу государству) уже не могла быть осуществлена на практике — резкое усиление социальноэкономических позиции дворянства в результате его консолидации в предшествующую эпоху дало свои плоды. Дворянство выступало сплоченной корпорацией, четко осознававшей свое господствующее положение и стремившейся использовать его с максимальной для себя пользой. Следствием этого стало усиление претензий господствующего класса-сословия к самодержавию в виде требований гарантировать ему благоприятные условия существования за счет других классов и сословий и даже претензий на политическую власть, хотя значение последней тенденции не следует преувеличивать, ибо режим абсолютной монархии в целом отвечал интересам дворянства.
В итоге могущество огромной империи, год от года набиравшей силу, покоилось на фундаменте крепостничества, и расцвет империи был расцветом власти дворянского сословия, составлявшего ничтожную часть населения, но сосредоточившего в своих руках основные богатства страны. В елизаветинское время помещичья эксплуатация приобрела те суровые формы, которые, с одной стороны, давали помещику возможность обогащаться за счет не контролируемого никем увеличения ренты, а с другой — естественно и неизбежно вели к истощению ресурсов крестьянского хозяйства. В значительной степени именно в елизаветинское время оформилась та широко известная по русской художественной литературе система — крепостное право, когда преступления помещиков, крепостные оркестры, гаремы «пастушек», купля-продажа людей в розницу и оптом стали нормой, заурядным явлением. Все это сочеталось с унижением человеческого достоинства, надругательством над личностью, почти полным параличом политической, общественной жизни большей части подданных абсолютного монарха. Господствующая политическая система самодержавия закрывала путь к власти не только иным — кроме дворянства — общественным силам, но и нередко способным представителям господствующего класса. Фаворитизм, коррупция, невежество, боязнь принять решение и взять ответственность за его исполнение, мертвящий бюрократизм — все эти и другие пороки управления системы абсолютной монархии дорого обходились стране, как и непомерная роскошь двора ее взбалмошной правительницы, не унаследовавшей ни талантов, ни энергии своего отца и не способной решать проблемы великого государства.
Нельзя сказать, что в елизаветинское царствование народ безмолвствовал. Как и в прежние времена, суровые, отталкивающие формы крепостничества, жестокая эксплуатация вели к бегству и активному сопротивлению крестьян власти помещиков и государства. Наследие борьбы Разина и Булавина жило в сознании народа. В елизаветинское время уже родились те, кто позже встал под знамена Пугачева.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
ВВЕДЕНИЕ (с. 3–5)
1 Вейдемейер А. Обзор главнейших происшествий в России с кончины Петра Великого до вступления на престол Елизаветы Петровны. СПб., 1832; Полевой Н. А. Столетие России с 1745 по 1845 г. СПб., 1845; Шишкин И. События в Петербурге в 1740 и 1741 гг. СПб., 1858; Ешевский С. В. Очерк царствования Елизаветы Петровны. — Ешевский С. В. Соч., т. 2. М., 1870; Щебальский П. К. Чтения по русской истории. М., 1874.
2 Семевский М. И. Елизавета Петровна до восшествия своего на престол. 1709–1742 гг. — Русское слово, 1859, кн. 2, с. 209–278; его же. Первый год царствования Елизаветы Петровны. 1741–1742 гг. — Русское слово, 1859, кн. 6, с. 221–326; его же. Царствование Елизаветы Петровны. 1743 г. — Русское слово, 1860, кн. 1, с. 27–28; Исторические бумаги, собранные К. И. Арсеньевым. СПб., 1872.
3 Соловьев С. М. История России с древнейших времен, кн. XI, т. 21–22. М., 1963.
4 Ключевский В. О. Курс лекций по русской истории. — Ключевский В. О. Соч., т. 4. М., 1958; Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. СПб., 1909; ФирсовH.Н. Вступление на престол императрицы Елизаветы Петровны. Казань, 1888; Богословский М. М. Императрица Елизавета Петровна. — Три века. М., 1913, вып. 4, с. 157–169.
5 Мякотин В. А. Лекции по русской истории. СПб., 1892, с. 275–335.
6 Струмилин С. Г. История черной металлургии в СССР, т. 1. М., 1954; Павленко Н. И. История металлургии в России XVIII в. М., 1962; Мавродин В. В. Классовая борьба и общественно-политическая мысль в России XVIII в. Л., 1964; Алефиренко П. К. Крестьянское движение и крестьянский вопрос в России в 30–50-х годах XVIII в. М., 1958; Кафенгауз Б. Б. Очерки внутреннего рынка России первой половины XVIII в. М., 1958; Волков М. Я. Отмена внутренних таможен в России. — ИСССР, 1957, № 2.
7 Очерки истории СССР. Россия во второй четверти XVIII в. М., 1957; Очерки истории СССР. Россия во второй половине XVIII в. М., 1956; История СССР с древнейших времен до наших дней, т. 3. М., 1967.
8 Троицкий С. М. Историография «дворцовых переворотов» в России XVIII в. — ВИ, 1966, № 2, с. 53.
Глава 1
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА НАЧАЛА 40-х ГОДОВ XVIII в. ПЕРЕВОРОТ 25 НОЯБРЯ 1741 г. (с. 6–42)
1 Дело о курляндском герцоге Э. И. Бироне. — ЧОИДР, 1862, кн. 2, Смесь, с. 47–49; Записки Бирена. — Время, 1861, т. 6, с. 528–530; Миних Б. К. Записки фельдмаршала. СПб., 1874, с. 57–62.
2 Соловьев С. М. История России, кн. XI, т. 21, с. 8.
3 Там же, с. 14–16.
4 Манштейн К. Г. Записки о России. 1727–1744. СПб., 1875, с. 199–200, 203.
5 Сб. РИО, т. 85. СПб., 1893, с. 441.
6 Дело о курляндском герцоге Э. И. Бироне, с. 99–115.
7 Сб. РИО, т. 85, с. 484; т. 91. СПб., 1894, с. 4–5.
8 Соловьев С. М. История России, кн. XI, т. 21, с. 16; Брикнер А. Падение Бирона. — Новое слово, 1896, № 8, с. 68; Сб. РИО, т. 85, с. 513–514; т. 91, с. 4–5, 10–11.
9 Сб. РИО, т. 85, с. 126–127.
10 Исторические документы 1742 г. — РА, 1864, кн. 1, стлб. 538; Сб. РИО, т. 92. СПб., 1894, с. 424–425.
11 Письма и бумаги Петра Великого, т. X. М., 1956, с. 120, 193; т. IX, вып. 2. М., 1977, с. 192; Бычков А. О свадьбе Петра Великого с Екатериной Алексеевной. — Древняя и новая Россия, 1877, т. 1, с. 324; Петров П. Н. Цесаревна Анна Петровна. — ПНРИ, т. 1, отд. 1, с. 54.
12 Петров П. Н. Указ. соч., с. 54.
13 АЛОИИ, ф. 270, д. 84, л. 435.
14 Петров П. Н. Указ. соч., с. 56, 72.
15 АЛОИИ, ф. 270, д. 84, л. 435; Сб. РИО, т. 49. СПб., 1885, с. XXVI.
16 Сб. РИО, т. 49, с. 122, 184; т. 81. СПб., 1892, с. 152; т. 68. СПб., 1889, с. 32, 67, 225–226; т. 52. СПб., 1886, с. 22; Лириа де. Письма о России. — OB, ч. 3. М., 1869, с. 38, 84, 163.
17 Лириа де. Указ. соч., с. 34, 118–119.
