которая спасала ему несколько раз жизнь. Слишком тяжкая потеря на сегодня, которая рождает пожарище обиды и досады, вспыхнувших ярче звезды. Люций – вот виновник всего того, что происходит в Ордене, он главный зачинщик этого раздора, готовый ввергнуть Орден в пучину войны во имя собственных амбиций.
Но Азариэль не подозревает, что это ещё не конец испытаний, которые для него приготовил Люций. Практически у самой выходной лестницы, в каких-то паре метрах, ему перегораживает путь девушка. Чёрная бархатная длинная одежда в пол, худую талию ужимает широкий пояс с геральдическим солнцем, а факелы отгоняют мрак с бледно-мертвенного лица. Взгляд глубоких глаз встретился с опечаленными нефритовыми очами Азариэля, и юноша остановился; на плечи же ложатся восхитительные шелковистые волосы цвета вороньего крыла.
– Нет, Лира, я не останусь, – твёрдо, но тяжело сказал юноша. – Можешь даже не пытаться. Я ухожу отсюда.
– Я знаю, Азариэль. Я здесь не чтобы убедить тебя остаться, но чтобы помочь, – сказав, девушка стала быстро сближаться с Азариэлем, пока не подошла к нему вплотную, дрожащей речью продолжив. – Аз-зари-иэль, ты до-должен знать.
– И снова эти духи, – сил не было улыбнуться и слова юноши прозвучали хладно. – Что ты хочешь, Лира? По-моему, мы всё оговорили, когда я был тут в прошлый раз.
– Я понимаю. Н-но я н-не за этим тут.
– Лира, – Азариэля взял девушку за плечи, даря тепло, которое только возможно в подобной ситуации. – Соберись и скажи, что хочешь.
– Люций… о-он хотел, чтобы я плакалась перед тобой и ползала в ногах, как нежить перед некромантом. Но я не Аквила, которая продалась его идеям.
– Лира.
– Прости, я понимаю, как тебе важна её дружба. Просто хочу сказать, что Люций затеял всё, чтобы свергнуть Регента и занять его место. Все, кто за ним идут – безвольные марионетки в руках его.
– Прости, Лира, но это и так было видно. Что-нибудь ещё?
– Азариэль, – девушка коснулась грубой кожи ладоней парня, а меж пальцев появилась скомканная бумажка. – Я просто хочу, чтобы ты был осторожнее. И возьми вот это.
– Почему же ты не бросишь его? – спрашивая, убрал бумагу в карман юноша. – Почему не примкнёшь к идеям Ордена, а не его противников?
В ответ только сумрачное молчание, окутанное покровом таинственности и за которым кроются истинные намерения девушки, запутанные, как клубок нитей судеб в руках неведомых сил и дымные, подобно комнате, где курят. Лира знает, что если Люций победит, то у неё появится призрачный шанс, эфемерная возможность исполнить задуманное. Ей руководит желание показать себя перед Азариэлем с хорошей стороны, дать ему понять, что она готова предать ради него «Великого Освободителя».
– Почему ты мне помогаешь, Лира? Что во мне такого ценного, что ты решила, – Азариэль осмотрелся, чтобы рядом не было вольных «братьев и сестёр», – предать план Люция?
Ответом стало действо, которого Азариэль никак не ожидал. Она неосторожно и торопливо отодвинула локон серебристых волос и потянулась мягкими накрашенными насыщенным алым цветом губами к его устам. Тревожное смятение охватило Азариэля, когда он ощутил на шее и у ушей тёплые ладони Лиры, сердце же истошно забилось от взволнованности нечто приятного, пронёсшегося буйным вихрем по груди. Теперь Азариэль понял, зачем девушка преградила ему путь и зачем затеяла разговор.
– Прости, Лира, – вырвался юноша из её приятных, но холодно-коварных объятий.
– Азариэль-Азариэль! – сбросив покров невидимости, вышел один из неофитов Ордена, в котором он узнал Нерелота. – Как же мог неофит истинных «догм» Ордена отступиться от них?
– Лира! – вскрикнул юноша, оттолкнув даму. – Как ты могла!? Ты обманула меня! Я не хочу тебя видеть!
– Прости, – взмолилась Лира и бросилась к юноше, но нашла лишь пустоту и мгновенно её уста наполнили слова оправдания. – Я очень хочу, чтобы ты был в Ордене, но в изменённом, новом!
– Врёшь!
– Я люблю тебя! – навзрыд крикнула девушка и бросилась ему в объятия, но была оттолкнута.
– Азариэль, ты же понимаешь, что это залёт, – давит Нерелот. – Если ты не примкнёшь к Люцию, то все узнают, что ты тут вытворял с Лирой, и плакало твоё рыцарство. А с нами у тебя есть шансы им стать. Это наш повелитель придумал, – слащавая лыба расплылась на губах данмера.
Азариэль колебался меньше секунды. В один удар он вложил весь гнев от ситуации и его кулак сокрушил челюсть Нерелота, выбив россыпь полудюжину белых зубов. Данмер пошатнулся и рухнул от такой стремительной атаки, потеряв равновесие.
– Делайте, что хотите. Мне всё равно, – плюнул на пол юноша, добавив. – Нет в шакале Люции благородства. – Договорив, Азариэль направился прочь, и только Лира продолжала смотреть ему в спину.
Как только парень очутился вне пределов Ложи, он в лёгкие как можно больше втянул свежего воздуха, стараясь успокоить себя и прогнать гнетущее головокружение. Угомонив отчасти душевные терзания, спрятав их куда подальше, он пошёл туда, откуда сможет начать сбор тех, кто ещё не продал души на мимолётное удовольствие, как можно быстрее удаляясь от входа в проклятые пещеры.
– Мальчик мой, как ты? Ты, наверное, голоден? Я сейчас что ни будь, принесу, – прозвучали слова, наполненные мягкостью и заботой в тот момент, когда Азариэль переступил порог кухни Ордена. – Может тебе замесить шоколада с апельсином.
– Здравствуй, Люсия. – Безрадостно тяжело молвит юноша, ступая в довольно обширное помещение, заполненное столами.
Азариэль видит перед собой добродушную и покорную прислугу Ордена, чьей одеждой стало грубое чёрно-серое платье, заляпанное пятнами жира. Он не чурается общения с прислугой и был рад помочь женщине перед собой, когда Ремиил назначил ему наряд по кухне и с тех пор эльф сдружился с нордкой-служанкой. А потом… Люсия делала ему любимое лакомство из детства – смешанные шоколад и апельсин, создавая конфеты, которыми кормил его отец.
Её светло-голубые глаза полны добродушия и внутреннего света, а чёрный мягкий волос, на котором медленно начинает проступать седина, только прибавляет шарму к образу.
– Как ты, Азариэль, а то выглядишь совсем угрюмый. И забыла сказать – спасибо тебе за помощь со швабрами позавчера. Вы тогда с Аквилой хорошо подсобили с чистотой.
– Пожалуйста. Кажется, у нас проблемы.
– Ты о…
–Да, Регент мне рассказал о том, что произошло в Ордене, когда меня не было. И я теперь не знаю, как мне поступить, – поникнув, заключил юноша, кратко добавив. – Я потерян.
– А Аквила? Вы с ней хорошие друзья и она явно совет хороший тебе бы дала.
– Не упоминай о ней, – вырвались сдавленные слова и Азариэль ухватился за грудь, когда сбилось дыхание, и возникла холодная тревога у сердца.
– Настойку из лаванды и голубого горноцвета? Валерианы? – обеспокоилась Люсия, коснувшись
