- Он не человек, - поправил его Норс. – Но ты прав, он не передал бы Воронике плохого.
И на какое-то время Норс оставил нас, покинув зал.
Себастьян посмотрел на меня и лукаво прищурился:
- Ну и какими судьбами ты познакомилась с эльфами?
- Ну… - замялась я. – Мы с Алмарианом шли тебя спасать… Мы ж не знали, что ты умеешь оборачиваться в крутого чёрного дракона и пробивать каменные стены волшебного живого замка своим дыханием. Вот, эльфов повстречали на своём пути… Они вроде как были не рады Алмариану…
- Понимаю их, - кивнул Басик.
- Зато как про тебя услышали, сразу помогли нам. Вон, платье мне подарили, и Алмариана приодели.
Изгнанник поморщился, не жалуя эльфийские подарки и отказываясь признавать, что помощь была кстати.
- Больше не буду оставлять тебя одну, - пообещал Себастьян, обнимая меня и зарываясь пальцами в мои волосы. – А то вон, незнакомые эльфы тебя одаривают и ещё что-то через Таверну передают…
Уловила в его голосе любопытство с тонкими нотками наигранной ревности. Да мне и самой уже хотелось поскорее увидеть, что там этот эльф мне оставил.
Норс не заставил долго себя ждать. Он вернулся очень быстро, неся на вытянутых перед собой лапках аккуратно сложенную дядюшкину толстовку. Ту самую, про которую мне врал дядя Коля, что это ему Басик подарил, опередив меня с моей идеей. Эту толстовку мне пришлось оставить, когда мы переодевались у переправы, и теперь она снова была у меня!
- Вот, - бережно передал мне в руки эту вещь Норс. – Ты с такой любовью подарила тогда её Кольке, что… - он внезапно осёкся, замер и начал менять цвет, стараясь слиться с окружающей обстановкой. Мимикрировать Норс умел превосходно и непроизвольно, и это отлично выдавало его эмоции.
Дядя Коля отчего-то расхохотался. Они с Рух были бы отличной командой хохотунов!
- Можно больше не притворяться, Норс, - улыбнулся ему Себастьян. – Вороника знает, что бывала тут до прошлого Нового Года. И знает, что подарила Коле эту толстовку.
- Вы рассказали ей? – оживился тот, начав менять цвет на лазурный. – О, это так мило! – умилился он чему-то и обратился ко мне: - Правда, они молодцы, что помогли тебе забыть нашу Таверну, чтобы ты смогла заново пережить знакомство с ней? Такая замечательная идея! Я помню, помню твои глаза и в первое посещение, и во второе… - он мечтательно возвёл к потолку свои отростки с глазами и сложил лапки на груди, вздохнув: - О, как бы я тоже хотел уметь так делать! Смотреть понравившиеся фильмы как первый раз, не знать финал любимого детектива…
Мы с Себастьяном переглянулись, и тот виновато развёл руками. Да, вот такую глупую и странную версию они придумали тогда для Норса, чтобы он не подавал виду, что уже видел меня в своём заведении. Наверно, это правильно. Норм казался милым, безобидным и очень чувствительным, так что не нужно ему было знать всей правды.
Он продолжал перечислять полезность стирания определённых приятных моментов из памяти с целью пережить их заново, но Себастьян перебил его, едва закончив вглядываться в мои глаза.
- Не стоит так делать, дружище, - посоветовал он. - Мы с Колей поняли, что были не правы… Нельзя отнимать никакие воспоминания. Ненужные сами уйдут, но именно те, что остаются делают из нас тех, кто мы есть…
Норс склонил свою морду набок, задумавшись и переваривая услышанное.
А Себастьян, коротко поцеловав меня, встал из-за стола и, бросив нам:
- Я на минуту, - куда-то пошёл.
Норс так и стоял, словно слова Себастьяна так загрузили его, что он не мог пока ничего делать, кроме как обдумывать услышанное.
Эльф, пользуясь заминкой, начал рассказывать мне какую-то историю, которую я не очень слушала, наблюдая за сменой эмоций на умильной морде Норса.
Не знаю, сколько прошло времени, но из задумчивости меня вывел голос дядюшки:
- Сбежал!
- Кто? – не сразу сообразила я.
- Басик сбежал! – дядюшка отчего-то рассмеялся, стукнув при этом кулаком по столу. - Вот хитрюга! Я как знал, что он решит без нас всё уладить!
- Без нас? Уладить? – растерянно пробормотала мама. – Ну, а если его опять в ореливий закуют?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Не закуют, - отмахнулся дядя Коля. – Им просто сказочно повезло тогда. Баська был слаб после обращения в дракона и побега из Северного Замка. Да ещё пришлось бороться с тьмой, потому что встретил на обратном пути Воронику вот с этим остроухим, - он тыкнул пальцем в эльфа, и тот не обиделся на подобное бескультурие. – А сейчас всё иначе! Басика теперь просто так не возьмёшь! К тому же я немного навёл справки: Абаль притащил каких-то воителей из другого мира. Так что магии у них нет. А что воины без магии против огромного колдуна-дракона?
- Я волнуюсь, - побелел Норс, начав мимикрировать и сливаться со светлой стеной. – То, что ты рассказал, не кажется безопасным. Он ушёл без вас, чтобы вы не попали в беду… Значит, там всё же опасно…
Мне тоже не нравилось, что Себастьян нас бросил и сбежал квитаться со своими врагами в гордом одиночестве. Ну, я, может, там и правда лишняя, ибо в боях не участвовала и могу лишь помешать, но дядюшку и Алмариана вполне можно было прихватить с собой, оставив меня с мамой.
- Что ж… - дядюшка решительно встал. – Поминки и эльфийское пойло не отменяются, но переносятся, - он тепло посмотрел на Норса и сказал: - Дружище, придержи для нас этот столик. Мы скоро. Когда-нибудь я приучу этого дракона, что мы команда и действуем всегда вместе!
Он оглядел нашу компанию, а потом, когда и мы все решительно поднялись со своих мест, широко улыбнулся и поманил за собой к двери.
63
- Сейчас-сейчас, - дядюшка стоял на опушке леса возле небольшого домика с покосившейся дверью, куда нас вывела Таверна. – Сейчас прилетит Рух! Вороничка, тебе точно понравится эта птица! – радостно говорил он, и я даже не решилась признаться, что уже не только видела такую птицу, но и каталась на ней.
Дядюшка со мной и Алмарианом стоял в отдалении от мамы и Ари. Эльф тоже смолчал про птицу и подмигнул мне молча.
Я краем уха слышала, как Ари общался с мамой. Они обсуждали, кажется, возможность посещения Лилей драконьего острова и замка Аманды. Мама не горела желанием попадать туда, считая Аманду худшим представителем их рода после Розы. «После Розы» - чисто по субъективной оценке, ведь Роза предала лично нас, а Аманда жила себе спокойно и творимые ею дела мало касались меня и мамы.
Ари, как и следовало ожидать, Аманду в этом споре не защищал, но зато защищал свой дом:
- Замок на драконьем острове – это как собака, - пытался втолковать он моей упрямой родительнице. - Она предана хозяину, и ей не важно, что это за человек. Собака будет служить одинаково верно и убийце, и безгрешному. Но ты же не ненавидишь за это животное? Так и тут. Замок – это как собака, прежний владелец которой умер, и теперь она досталась новому, и будет служить ему точно так же верно, как и предыдущему. Именно поэтому Воронике было жаль покидать остров – она чувствует, что замок привязался к ней и потерять её – самое страшное, что с ним сейчас может случиться…
Мне почти захотелось срочно мчаться на драконий остров, но я удержалась. Нет, надо сперва отправиться к Себастьяну и высказать ему всё, что мы все думаем по поводу сбегания от нас навстречу опасностям! А вот Ари как раз хорошо бы отправить домой, а то он так трогательно говорил о замке, что мне показалось, он сам ужасно по нему соскучился… Не везёт бедолаге с хозяйками острова! Аманда заперла на верхнем этаже, а я наоборот, таскаю его теперь по всему миру, да ещё и не по одному…
Но только я начала обдумывать эту идею всерьёз, послышался птичий приветственный крик где-то в вышине. Подняла голову и увидела Рух. Он летел не откуда-то издали, постепенно превращаясь из точки на горизонте в могучую птицу, а прямо сверху, словно до этого летал где-то за облаками или и вовсе в космосе. Надо поинтересоваться, как высоко он вообще может подниматься, не испытывая проблем с дыханием.
