Читаем без скачивания Три кита здоровья - Юрий Андреев

Вот здесь-то я и хотел поставить большое НО. Дело в том, дорогие читатели, что иногда, время от времени, эту схему необходимо нарушать! То есть, быть может, раз в неделю. Может быть, реже, но следует употреблять такое же убийственное питание, каким пользуется подавляющее большинство всех нормальных членов профсоюза. Вплоть до того, что следует себе позволить иногда впасть в маразм и даже употребить макароны с мясом. Для чего это нужно? Для того, чтобы сохранить общий иммунитет организма, его способность вырабатывать антитела в ответ на те яды, токсины, которые мы получаем от смешанного питания.

Питаясь раздельно, мы получаем огромный резерв энергии, неожиданный и большой подарок, ибо организм уже не тратит судорожных усилий на выработку дополнительных ферментов, которые требуются для того, чтобы все-таки переварить заброшенные в него несовместимые продукты после того, как первые дозы кислоты и щелочи были взаимно нейтрализованы. Но при этом он отвыкает от борьбы с той гнилостью, которая все-таки возникает при прохождении через кишечник некондиционной непереработанной пищевой массы. Он детренируется и в известном смысле становится беззащитным перед теми ядами, которые возникнут в его тракте, когда придется ему силой обстоятельств принять угощение в общепите, в гостях или на банкете. Нарушая время от времени правило раздельного питания, вы избежите той опасности, которая погубила марсиан в прекрасном романе Герберта Уэллса «Борьба миров». Вспомните: инопланетяне без труда, посредством своей великолепной техники и технологии покорили Землю и в результате все погибли от тех микробов, которых они не знали в своей марсианской атмосфере. Подобной стерильности следует избегать, а потому раздельное питание должно быть принципом питания, но не абсолютным.

Однажды после того, как мы повеселились и попировали на юбилейном банкете у нашего друга-поэта, моя жена назавтра услыхала возмущенный голос по телефону: «Что же это получается? В своих статьях и лекциях вы исповедуете одно, а живете совсем по-другому! Я сама видела, как Юрий Андреевич ел мясо с картофелем и пил красное вино!..»

Жена терпеливо спросила обличительницу: внимательно ли она слушала выступления Юрия Андреевича? Обратила ли внимание на то, что он рекомендует и просит время от времени стерильность принципа нарушать? Что особенно благоприятными моментами для подобных нарушений являются дружественные пиры и праздники, где царят воодушевление и подъем, где в прекрасной эмоциональной обстановке сгорает дотла вся непригодная в обшем-то продукция?…

Каждый человек может и должен питаться так, как это подобает ему. Он может быть вегетарианцем, может быть сыроедом, может быть всеядным, может быть время от времени то тем, то другим, то третьим. Следует сказать, что истинные вегетарианцы могли бы и не особенно кичиться этим своим качеством, так как (я уже говорил об этом) их организм производит значительное количество органических белков, по природе своей абсолютно адекватных тому мясу, которое они отвергают. Все дело лишь в том, чтобы мы стремились ощущать вкус прежде всего именно солнечной пищи, но так, чтобы, образно выражаясь, в организме нашем не возникали затмения из-за противостояния несовместимых продуктов. Впрочем, и затмения время от времени оказываются полезными.

Однако затмения-праздники, слава богу, редки так же, как редки и прививки, которые получают наши дети в качестве ослабленной инфекции, чтобы выработать их способность к сопротивлению, и в основе своей нам следует придерживаться все-таки генеральной схемы совместимости или несовместимости продуктов, о которых выше уже сказано. По возможности всегда, даже на пирах, следует, однако, избегать столь распространенного обычая, как приятие сладкого, вкусного питья сразу же после еды. Дело в том, что сладкие жидкости, — это самостоятельная еда, которую следует принимать не раньше чем через час после основной еды, после того, как все остальные силы желудка и слюнных желез уже были брошены на прорыв и исполнили все, что от них требовалось.

Почему? Да потому, во-первых, что желудочных соков разного типа на переваривание пищи, которая попала в наш желудок, выделилось именно столько и именно в такой консистенции, которая и потребна для ее расщепления, растворения, переваривания. И вот здравствуйте: этот желудочный сок почему-то неожиданно разводится, концентрация его резко падает, ибо вам, видите ли, угодно получить сразу после обеда еще что-либо вкусненькое (ох, это «вкусненькое»!). Но дальше — хуже. Ведь вы не просто разбавили концентрацию пищеварительных соков, ведь вы ввели в желудок и сахар, для того, очевидно, чтобы вызвать там еще и брожение?.. Поверьте или проверьте: жидкость, употребленная после трапезы с интервалом в час, сохранит и прибавит вам здоровья столько, сколько не сможет этого сделать и весь ваш месячный отпуск с оздоровительной поездкой на курорт.

Прошу заметить: я не случайно чуть выше ввел тему радостных задушевных гулеваний, во время которых под воздействием сильных положительных эмоций перегорает даже вся нечеловеческая пища. Это имеет прямое отношение к приему пищи вообще! Если он не сопровождается духовным подъемом, радостью, добрым общением, то еда в значительной степени утрачивает свой смысл. Она и усваивается хуже, и приносит энергии, а главное, полезной информации гораздо меньше, чем это было заложено в саму возможность трапезы. И какой убийственный обычай: спорить за едой, выяснять отношения, обмениваться колкостями, вспоминать о каких-то гадостях — короче говоря, вносить в пищу отрицательные эмоции! Это — признак удручающего бескультурья, хотя бы и была у вас степень доктора наук, и заведовали бы вы кафедрой, и даже носили бы титул лауреата Государственной премии…

И еще о спокойствии и отсутствии отрицательных импульсов за едой. Абсолютно достоверно установлено, что неторопливое, многократное пережевывание пищи, тщательная ее переработка и образование в это время обильной слюны вдвое улучшают усвоение того продукта, который находится у нас во рту. Я прошу задержаться взглядом на слове: «вдвое»! Это означает, что при таком подходе к пище ее можно потреблять вдвое меньше, чем мы ее сейчас потребляем в повседневности. Истина, что малое количество продуктов может принести сытость неизмеримо большую, чем значительное нагромождение их на тарелке, поглощаемое со сверхзвуковой скоростью. Бедные дети! Сколько раз им приходилось услышать на протяжении своего детства окрик: «Ешь быстрее!» Мы готовим их то ли к гастриту, то ли к язве желудка.

Установка на то, что есть надо в благожелательном состоянии и не бегом, дает нам не только экономию продуктов (и, следовательно, укрепляет наш семейный бюджет), но приносит и нечто более весомое: ощущение, чувство наслаждения прекрасным вкусом того естественного продукта, которого вы до этого не замечали. То есть перед вами открывается еще одна новая, эмоционально насыщенная сторона действительности — извлечение радости из встречи со старым знакомцем, которого вы, оказывается, не знали. И более того, вернемся мысленно к тому месту книги, где было показано, как наше восхищение человеком ли, предметом ли увеличивает его энергетику, которую, в свою очередь, этот человек или предмет отсылает нам. Так вот, время нашего питания — самое лучшее время для подобного «пинг-понга», благодаря которому энергия наша может возрастать непропорционально выше той, что будет получена от механических калорий пищи.

И опять слышу я: «Да где же его взять, это время? С утра надо ребенка умыть-собрать, мужу завтрак приготовить, собой некогда заняться, бежишь на работу нечесаная!..» Вопрос этот, думаю, надо ставить иначе: доколь же мы будем рабами своих обстоятельств и своего безволия? Когда поймем, что не от доброго дяди со стороны, а от самого себя прежде всего зависит переустройство своей жизни на разумных началах?

И вот о разумных началах применительно к вопросу: «как есть?» выскажу мысль, которая сначала покажется крамольной, но затем заставит призадуматься. Итак: лучший режим питания тот, когда вы истинно хотите есть, а не тогда, когда вы есть должны. Животные от природы гораздо здоровее нас, потому что их регламентирует не официальный режим, установленный вне какой-либо зависимости от биоритмов, но единственно естественная потребность. Когда она появляется, то в изобилии начинают выбрасываться и все необходимые ферменты, и соки, и слюна, и пища усваивается самым лучшим образом. Попробуйте пожить в таком режиме — и вы убедитесь на практике в его физиологичности. Разумеется, я все понимаю: и единый обеденный перерыв на всей фабрике, и традиция семейных сборов, и общая инерция — их-то куда? Тут возможен путь компромиссов — в общий перерыв можно перехватить чего-либо живого, принесенного из дома, и сэкономить бездну времени и нервов на нестоянии в очереди и поспешном потом хлебании не самого здорового супа; от ритуала семейных обедов отказываться, конечно, не надо, но они могут приобрести облик не насильственной обжираловки (со взглядом, уткнутым при этом в телевизор), но доброго круга общения и т. д.