Читаем без скачивания Эмма - Джейн Остен

Вскоре выяснилось, что Лондон для миссис Черчилль не подходит. Она не выносит столичного шума. Нервы ее постоянно напряжены, и она страдает; на десятый день их пребывания в столице ее племянник в письме в Рэндаллс сообщил об очередном изменении в планах. Они немедленно собираются переехать в Ричмонд. Миссис Черчилль рекомендовали там воспользоваться опытом одного известнейшего врача, а кроме того, ей нравится сам город. Был снят дом со всей обстановкой в ее излюбленном месте, словом, на Ричмонд возлагались большие надежды.

Эмма узнала, что Фрэнк писал письмо в наилучшем настроении и, кажется, радуется больше всех счастливому случаю, определившему его на два месяца жить в непосредственной близости от многих милых друзей – ибо дом был снят на май и июнь. Ей сообщили, что теперь он совершенно уверен в своих частых приездах – он сможет бывать у них почти так часто, как пожелает.

Эмма понимала, как истолковывает мистер Уэстон сии радужные планы. С ней одной связывал он все радостные надежды сына. Она полагала, что дело обстоит совсем не так. За два месяца все выяснится окончательно.

Радость самого мистера Уэстона не подлежала сомнению. Он был просто счастлив. Частые приезды сына были именно тем, чего он желал. Теперь Фрэнк взаправду будет жить совсем рядом. Что значат девять миль для молодого человека? Час езды верхом. Он будет приезжать постоянно. Разница в этом отношении между Ричмондом и Лондоном была очевидной, как между возможностями видеть его постоянно или не видеть никогда. Шестнадцать миль – нет, постойте, восемнадцать, от Манчестер-стрит, должно быть, верных восемнадцать миль – это серьезное препятствие. Даже если бы его и отпускали, он весь день проводил бы в дороге. Нет, пребывание его в Лондоне утешения не приносило. С таким же успехом он мог бы оставаться в Энскуме; но расстояние от Ричмонда как раз позволяет постоянно общаться. Он будет не просто ближе – он будет буквально под боком!

Одна хорошая новость немедленно определилась с его переездом в Ричмонд: бал в «Короне». О нем не забывали и прежде, но всем казалось, что незачем заранее устанавливать день его проведения. Однако теперь, по крайней мере, можно было быть уверенными в том, что бал состоится! Приготовления возобновились и шли полным ходом, и очень скоро после того, как Черчилли перебрались в Ричмонд, пришло коротенькое письмо от Фрэнка – несколько строк, – в котором он уведомлял, что переезд очень благотворно подействовал на его тетку и у него нет сомнений в том, что он сумеет приезжать к ним на сутки в любое время, когда пожелает. Он просил их как можно скорее назначить день бала.

Бал мистера Уэстона наконец становился явью. Очень мало дней отделяло молодежь Хайбери от счастья.

Мистер Вудхаус сдался. Время года смягчало для него эту неприятность. Май куда лучше подходил для бала, чем февраль. Миссис Бейтс проведет этот вечер в Хартфилде и составит ему компанию. Джеймс получил заблаговременное уведомление о бале, кроме того, мистер Вудхаус выражал надежду, что с милым маленьким Генри и с милым маленьким Джоном не случится ничего опасного, пока дорогой Эммы не будет.

Глава 38

К счастью, балу ничто не помешало. Назначенный день приближался, назначенный день настал! Утром все немного понервничали, однако еще до обеда в Рэндаллс прибыл Фрэнк Черчилль собственной персоной – все устраивалось наилучшим образом.

Эмма не видела Фрэнка со дня его краткого приезда. Зал в «Короне» должен был стать местом их встречи, но им пришлось встретиться раньше, чем всем прочим, – в толпе. Мистер Уэстон очень настойчиво и серьезно уговаривал Эмму приехать пораньше, почти сразу же после них и прежде, чем прибудут остальные приглашенные, дабы высказать свое мнение о приличии и удобстве нанятых комнат. Разумеется, она не могла отказать хозяину бала; таким образом, ей с молодым человеком предстояло провести вместе некоторое время, свободное от суеты и многолюдья. Она заехала за Харриет, и они успели к «Короне» как раз вовремя, сразу после того, как высадились из кареты обитатели Рэндаллса.

Фрэнк Черчилль тут же подскочил к девушкам, и, хотя говорил он немного, по сияющим глазам его заметно было, что он предвкушает приятный вечер. Они все вместе прошлись по комнатам и убедились, что все в порядке. Через несколько минут к трактиру подъехала еще одна карета; вначале Эмма не могла не выразить удивления, заслышав голоса. Она уже готова была воскликнуть: «Как! Ведь еще слишком рано!» – однако вскоре выяснилось, что прибыло семейство старинных друзей, которых, как и ее, мистер Уэстон призвал на помощь. Им тоже предстояло решить, все ли сделано как надо, и за ними почти сразу же подъехала еще одна карета – семейство кузенов, которых так же убедительно просили приехать пораньше с тою же целью; так что вскоре в «Короне» собралась уже добрая половина приглашенных с целью предварительного осмотра.

Эмма поняла, что не единственно на ее вкус полагался мистер Уэстон, ей подумалось, что невелика честь зваться любимицей и лучшим другом человека, у которого столько других любимцев и лучших друзей. Ей нравились его общительность и открытость, однако некоторая сдержанность ему бы не помешала… Настоящий мужчина, думала она, должен чувствовать дружеское расположение ко всем, однако не может быть всеобщим закадычным другом… Такого мужчину она смогла бы полюбить.

Все собравшиеся прошлись по комнатам, подвергли осмотру приготовления и снова похвалили, затем, так как делать больше было нечего, расположились своего рода полукругом у камина, тут все наперебой принялись обсуждать погоду, каждый успел заметить: несмотря на то, что на дворе май месяц, по вечерам все так же приятно посидеть у камина.

Эмма узнала, что, будь на то воля мистера Уэстона, количество членов тайного совета могло быть и больше. Уэстоны заехали за мисс Бейтс и ее племянницей и предложили довезти их в своей карете, но оказалось, что их привезут Элтоны.

Фрэнк не отходил от Эммы, однако был неспокоен: чувствовалось в нем какое-то волнение; ему явно было не по себе. Он озирался по сторонам, то и дело подходил к двери, прислушивался к стуку колес подъезжающих карет – то ли не мог дождаться начала бала, то ли боялся постоянно находиться с нею рядом.

Заговорили о миссис Элтон.

– По-моему, она должна подъехать с минуты на минуту, – сказал он. – Мне ужасно любопытно взглянуть на миссис Элтон, ведь я столько слышал о ней. Думаю, она не заставит себя ждать.

Загрохотали колеса кареты. Он тут же подбежал к окну, но, воротясь назад, сказал:

– Я все забываю, что незнаком с нею. Никогда не видел ни мистера, ни миссис Элтон. Мне не пристало первым подходить к ним.

Появились мистер и миссис Элтон, последовали улыбки и обмен любезностями.

– А где же мисс Бейтс и мисс Ферфакс? – спросил мистер Уэстон, оглядываясь. – Мы думали, что вы привезете их.

Он не слишком ошибался. Оказалось, что за ними уже послали карету. Эмме не терпелось узнать, каковы первые впечатления Фрэнка от миссис Элтон: как ему понравились ее вызывающе роскошное платье и снисходительно-милостивые улыбки? Он немедленно принялся формировать свое мнение о ней, так как после знакомства стал уделять ей самое пристальное внимание.

Через несколько минут карета вернулась. Кто-то сказал, что на улице дождь.

– Я позабочусь о зонтиках, сэр, – сказал Фрэнк Черчилль отцу. – Нельзя допустить, чтобы мисс Бейтс простудилась. – С этими словами он выбежал из комнаты.

Мистер Уэстон порывался было пойти вслед за сыном, но его задержала миссис Элтон – ей не терпелось сообщить ему свое мнение о его сыне; она приступила к делу немедленно, не дожидаясь, пока молодой человек уйдет. Едва ли Фрэнк Черчилль не слышал того, что она говорила:

– Очень, очень славный молодой человек, мистер Уэстон. Помните, я откровенно сказала вам, что у меня сложится собственное мнение? Рада заявить, что мне он необычайно понравился… Мне вы можете верить. Я никому не льщу. Мне он кажется очень красивым молодым человеком, а манеры у него как раз такие, которые мне нравятся и которые я одобряю, – он истинный джентльмен, без намека на заносчивость и фатовство. Вам должно быть известно, что я не выношу фатов – просто терпеть не могу. В «Кленовой роще» их не переносили. Ни мистер Саклинг, ни я – фаты нам отвратительны! Подчас приходилось их просто обрывать! Вот у Селины характер куда более мягкий: она склонна терпеть такого рода личностей.

Пока она говорила о его сыне, внимание мистера Уэстона было приковано к ней, но стоило ей съехать на «Кленовую рощу», он тут же вспомнил, что пора оказать внимание новоприбывшим гостьям, и с радостными улыбками поспешил прочь.

Миссис Элтон обратилась к миссис Уэстон:

– Не сомневаюсь, это вернулась наша карета с мисс Бейтс и Джейн. Наш кучер очень проворен, а лошади – необычайно резвы. Полагаю, мы ездим быстрее всех… Какое удовольствие – иметь возможность послать свою карету за другом! Я ценю вашу доброту, однако впредь прошу вас не предлагать им свою карету. Можете быть спокойны: уж о них-то я позабочусь.