– Не совсем так. Даже, скорее всего, совсем не так. Чем создавать столь сложную конструкцию, гораздо проще было бы снабдить машину электронными системами, воссоздающими деятельность мозга. В данном же случае машина и живое существо представляют собой единое целое, искусственный симбиоз. Цель создания подобного существа остается непонятной, поскольку, как я уже говорил, практически любые элементы и функции нервной системы можно воспроизводить, используя синтетические материалы. Единственное, что приходит в голову, – эксперимент, представляющий чисто умозрительный интерес, и к тому же в высшей степени аморальный.
– Это все? – спросил Баслов.
– У нас было не слишком много информации для анализа, – с упреком посмотрел на капитана Колышко.
– Что вы можете сказать о уязвимости механика? Где находятся его критические точки?
– На основании того, что нам известно, трудно судить об этом с достаточной степенью определенности. Сочленения конечностей механика прикрыты защитными кожухами, но скорее всего они представляют собой шарниры, подвижные в ограниченном числе плоскостей. Если достаточно сильный удар, – о силе которого мы судить не беремся, поскольку нам неизвестен материал, из которого выполнен узел, – будет нанесен в плоскости, в которой движение сустава невозможно, то, вероятно, таким образом его удастся вывести из строя. Также, наверное, был бы эффективен удар, нанесенный вдоль тела между сочленениями подвижных пластин на его лицевой области.
– Отличная работа, – удовлетворенно хлопнул ладонью по столу Баслов.
– Мы сделали все, что могли, – сдержанно ответил ученый.
Кийск заметил радостный, азартный огонек, мелькнувший в глазах Баслова, и решил несколько охладить его пыл.
– А что вы скажете о вооружении пришельцев? – спросил он у Колышко.
– Ничего сверх того, что сам узнал от солдат, – ответил тот.
– А о высыпавшихся из него пауках?
– Скорее всего, это какие-то программируемые автоматы, снабженные системой, позволяющей делать мгновенную инъекцию. Мы обнаружили точку укола на бедре пострадавшего солдата, но имеющимися у нас средствами анализа не смогли выявить присутствие в его организме вещества, вызвавшего кому.
– И вы серьезно считаете, что предложенными вами способами можно уничтожить или хотя бы временно вывести из строя механика?
Прежде чем ответить, Колышко на пару секунд задумался.
– Шансы невелики, – сказал он. – Но, если мне будет предоставлена такая возможность, я готов попробовать сам.
Заметив торжествующий взгляд Баслова, Кийск молча развел руками.
Глава 7
Новый порядок
Совет безопасности оказался едва ли не единственной государственной структурой, которая после вторжения какое-то время сохраняла хотя бы внешнюю видимость организованности и порядка. Военные и гражданские специалисты начали покидать здание только после того, как на улицах появились пришельцы, и по всем внутренним переговорным системам, вот уже почти неделю бездействовавшим, было объявлено, что здание подлежит сносу.
В секцию, в которой находился Борис Киванов, вошел военный в звании капитана, которого Борис не раз видел дежурившим у дверей. В руке он держал зажженную свечу, вставленную в стеклянную воронку.
– Держи, – сказал он и сунул в руки Борису увесистый пластиковый пакет.
– Что это? – удивленно спросил Киванов, принимая груз. – Зачем?
Уже почти неделю он тщетно пытался выяснить причину, по которой пропали свет и вода в кранах, прекратились ежедневные визиты к обследовавшим его специалистам, а еда, которую ему приносили, стала состоять главным образом из плохо разогретых пищевых концентратов.
– Консервы, галеты и пара бутылок воды, – ответил военный. – На первое время. Будешь теперь сам о себе заботиться.
– Да что происходит-то? – вконец растерялся Борис.
– Инопланетное вторжение, – сказал капитан и подтолкнул Киванова к выходу. – Выйдешь на улицу, сам все увидишь.
В полнейшей растерянности, абсолютно ничего не понимая, Борис покорно следовал туда, куда направлял его провожатый. Они долго поднимались по узкой и крутой лестнице, пока не достигли первого надземного этажа. Пройдя по застекленной галерее, залитой пронзительно-ярким солнечным светом, они вышли в просторное фойе перед центральным входом. Двери были распахнуты настежь. Из-за окружающей здание высокой изгороди, скрытой декоративными зелеными насаждениями, через равные промежутки времени доносился ровный, громкий голос, повторяющий одну и ту же фразу:
– Внимание! Прошу всех немедленно покинуть здание! Здание подлежит сносу!
– И давно это происходит? – спросил Борис у военного.
– С того дня, как погас свет. Здесь и по всей Земле.
– Нас завоевали меньше чем за неделю?
– Никакой войны не было. Они просто пришли, назвались хозяевами и принялись энергично наводить новый порядок.
– А как же армия? Силы безопасности?
– Мы остались без оружия.
Они вместе дошли до ворот. По другую сторону изгороди расстилалась ровная серая поверхность. Новый дом, стоявший напротив, такой же серый и плоский, как и дорожное покрытие, казалось, был не построен, а выдавлен снизу гигантской формой.
Неподалеку стоял пришелец. Заметив вышедших из ворот людей, он произнес, обращаясь к ним:
– Можете пройти в здание напротив и занять свободные жилые секции, в которых вы найдете все необходимое.
Киванов растерянно посмотрел на военного.
– Они пока еще никому не причинили вреда, – ответил тот на его немой вопрос. – Просто расселяют людей в новые дома, а старые сносят. Ну, будь здоров.
Махнув на прощание рукой, эсбэшник зашагал вдоль изгороди.
– Постой! – окликнул его Борис. – Ты куда?
– Искать свою семью, – ответил тот, не оборачиваясь.
– А мне-то что делать?
– Не знаю, – на ходу пожал плечами военный. – Теперь каждый сам по себе.
Борис растерянно посмотрел по сторонам. Взгляд его задержался на громоздкой фигуре пришельца.
– Можете пройти в здание напротив и занять свободную жилую секцию, в которой вы найдете все необходимое, – повторил пришелец, обращаясь теперь только к Киванову.
Тому не оставалось ничего другого, как только согласиться на это предложение.
– Ладно, посмотрим, – сказал сам себе Борис и направился к ближайшему подъезду.
Номера на дверях квартир были красные и зеленые. Зеленые, как догадался Киванов, соответствовали свободным секциям. Он открыл дверь с зеленым номером на восьмом этаже и вошел в нее.
Прихожей не было. Сразу за дверью находилась небольшая комната. Свет проникал сквозь огромное, почти во всю стену окно, закрытое зеркальным стеклом. Дверь налево вела в крошечную ванную со стоячим душем, совмещенную с туалетом. Стол, два стула и низкая кушетка, находившиеся в комнате, были сделаны из странного серого материала, теплого и шероховатого на ощупь, с виду похожего на картон, но значительно более прочного. Только стулья можно было свободно переставлять с места на место, остальная же мебель была намертво приделана к полу. Также в комнате имелись два стенных шкафа, один из которых оказался пустым, а в другом Киванов обнаружил сложенные стопкой три серых комбинезона, три бумажных полотенца и комплект постельного белья.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
