выпил?
– Да, потом, когда в Катманду вернулись, меня там один из чиновников все про это расспрашивал, а потом сказал, что этот напиток (Михаил задумался) «сома» называется, по ихнему. Брови Дениса поднялись до отказа.
– Слушай, Миша! Как ты вообще по земле-то ходишь?! Ведь это же волшебный напиток, рецепт которого был потерян этак тысяч пять лет тому назад. По преданию, человек после него равным богам становится, летать может, силу громадную приобретает и власть над животными. Ее по чуть-чуть, с пальца жреца слизывать давали, а ты целую миску выжрал! Вот и получилось, что все зверье любые команды твои беспрекословно слушало! Жалко, что ты сам об этом не знал, а то бы таких там дел натворил!
– А я-то все удивлялся, – простодушно ответил Михаил, – почему куда я покажу, туда и все козлы шли, а этот кошак-леопард, он вроде ручного со мной был, – теперь понятно. Значит, я и по камням взаправду прыгал и дерево какое-то из земли на самом деле выдрал! Только одно тебе скажу – во мне словно бы два человека были – один черт знает что творил, а второй просто со стороны смотрел. А с Кабанычем-то что?
– Сейчас точно сказать не могу, но по легендам снежный человек, в шкуру которого его нарядили, тоже животным был, хотя и обладал необычными способностями, людям мог внушать, что хотел; например, приходит в толпу и внушает, что его нет. И никто его не видит! Или захочет, и кто-то в пропасть прыгнет просто так. Может, и сейчас они там бродят и насмехаются над теми, кто ищет, если у них к людям интерес еще не пропал. А ты, поскольку сому выпил, невосприимчивым стал их для их внушений. Так что гордись, ты сейчас один такой на всей земле!
– Да на фиг мне это, – ответил Михаил, – я лучше чувствую себя как все, а то неудобно перед братками получается, вроде я выпендриваюсь.
– Не бери в голову, – успокоил Денис, – среди нас снежных людей нет, так что твои способности тут не проявятся.
В это время Кабаныч зашевелился, сел, открыл глаза и обнаружил, что он сидит на диване в майке и трусах, а рядом о чем-то беседуют Денис и Ортопед.
Они оба молча уставились на Андрея.
– Так что, вы мне дадите примерить этот маскарадный костюм? – спросил он, тупо глядя на шкуру.
– Так ты же ее уже одевал и в зал выходил, – удивленно ответил Михаил.
– Что-то не помню, – Кабаныч попробовал встать, но раздумал, – устал я братцы, да и не тянет меня к переодеваниям.
– Вот и хорошо, – Денис подошел к Андрею, взял его за руку, пульс у того был какой-то редкий и непонятный. – Похоже, что ты перебрал самую малость, – ласково добавил он, – ты еще немного полежи, а я посижу рядом; это все скоро пройдет.
– Миша! – обратился Денис к Ортопеду, – иди в зал, все в порядке, скажи братанам, что нам тут немножко поговорить надо. Успокой всех.
Михаил кивнул и вышел, а Андрей снова прилег, но глаза у него были вполне осмысленные, и он их не закрывал. Денис задумчиво прохаживался по комнате. В свое время, желая поступить на восточный факультет Университета, он много читал древней мистической и религиозной литературы, считая все это красивыми легендами, но жизнь, как всегда, оказалась чуднее самых чудных сказок.
Он тут же вызвал Антона по мобильнику в комнату отдыха, дабы не создавать каких-либо проблем у веселящихся в зале братков. Антон, присутствие которого очень дисциплинировало публику, обычно на таких сборах пил весьма умеренно и, поняв по тону Дениса, что происходит нечто не совсем обычное, мгновенно оказался рядом и с удивлением уставился на Андрея. Всегда бодрый, кипящий энергией и полный радикально-бредовых идей, браток умиротворенно дышал, полулежа безвольным кулем, взгляд его был направлен куда-то вдаль; создавалось впечатление, что там он видит что-то реальное, а Антон с Денисом представляются ему вроде фантомов: дунь и пропадут.
– Слушай, Антон, – сказал Денис, – я пока сам ничего не понимаю. Есть догадки, но надо все проверить, узнаю, тебе скажу. А сейчас срочно доставь его домой и лучше, чтобы по дороге его наш Айболит посмотрел и послушал. Антон кивнул, вызвал шофера Павла и одного из дежурных «торпед», созвонился с врачом и велел доставить Кабаныча «на медосмотр», а потом домой или (если врач прикажет) куда требуется.
Антон с Денисом вернулись в зал, где сказали, что усиленные умственные подвиги Кабаныча привели его к переутомлению, и он захотел домой. Братва не возражала. Через некоторое время позвонил Павел и сообщил, что врач никаких симптомов, вредных для здоровья Андрея, не нашел, а то, что произошло – результат какой-то стрессовой ситуации. Сделал пару уколов, дал порошки, велел проследить, чтобы он их перед сном выпил. Павел проследил, сейчас Кабаныч спит.
– Ну, слава Богу, – заметил Антон, и все продолжилось своим чередом.
Глубоко за полночь честная компания начала разъезжаться (точнее, развозиться) по домам. На этот раз чинно, благородно, без битья стекол и требований сменить интерьер. За эти дни столько впечатлений было, что хотелось просто отдохнуть своей компанией.
Дениса Рыбакова и Стаса Иванова на его машине повез молодой парниша, недавно принятый в бригаду. Во избежание ненужных дискуссий с гиббонами (сотрудниками ГИБДД), машину он вел аккуратно, выполняя все правила дорожного движения. Да и куда теперь было торопиться?
Стоматолог, наконец-то, более-менее связно рассказывал историю о том как, пользуясь советами братков, попробовал создать партию национальной справедливости и что из этого получилось.
– Я все-таки думал, ты слегка ошибаешься, говоря, что любая партия фуфло и только бабки реальные отсасывает. Дык, так и получилось. На словах вроде все за тебя, а за идею хрен кто прогнется, только за наличку! Сбросил я на этом деле пару штук бакинских и результатом имею что я того самого китаёзу узнал – мужик что надо оказался. Недаром в Союзе учебу прошел, ни разу меня не подвел. Сейчас все оформляю, думаю, что пользы от него в наших восточных делах будет немало. Правильно ты говорил, что неважно: негр, китаец или еще кто, главное – чтобы с понятием правильным был!
– Слушай, Стас, – неожиданно прервал его Денис, – а откуда у тебя кликуха Стоматолог» появилась? Понятно было бы, если ее Михелю присвоили. Все-таки он хоть клещи ихние разок в руках держал. А ты-то тут при чем?
– Вообще-то не по делу, – мечтательно произнес Стоматолог, – давно это было, тогда я еще в медучилище учился, вместо старших классов. Туда меня батя пристроил, он крутой был, посильнее
