Тем временем космолет всё ниже и ниже спускался к поверхности Марса. С каждой секундой всё различимей становились небольшие возвышенности на спокойной, в большинстве своем равнинной поверхности красной планеты.
— Уму непостижимо! — воскликнул Сергей Алексеевич. — Ребята, запомните эти мгновения. Мы первые, кто видит Марс своими глазами так близко. Мы первые из землян, кто ступит на его поверхность. Наши ученые лишь только подступаются к давней мечте, а мы уже здесь. Помните программу
«500 дней»?
— Да, это когда несколько человек держали в замкнутом пространстве, имитировав полет, — отозвался Андрей Чернеев. — Но они ведь выдержали.
— Выдержали, но чего это им стоило. Вышли все бледные, зеленые, хмурые. К тому же они не испытывали невесомость и космическое излучение. После эксперимента программа что-то забуксовала.
— Всё равно рано или поздно полетим, и не только на Марс, — прозвучал голос Евгения Макарова. — Человечество в развитии не остановить.
До поверхности планеты оставалось не более ста метров. Космолет уже довольно долго двигался на одной и той же высоте, выбирая место для посадки, заложенное в электронную память корабля. Впереди расстилалась бескрайняя марсианская равнина бурого цвета, на которой уже несколько минут взглядам путешественников просто не за что было зацепиться. Наконец, впереди показалась цепочка скал более темного, почти черного цвета, освещенных неяркими лучами далекого солнца. Горизонтальная скорость космолета упала почти до нуля, и он медленно начал снижение. За иллюминаторами заклубилась красноватая марсианская пыль, и корабль с землянами погрузился в ее неприветливое облако.
Солнечная система
Планета Марс
Тринадцатый день контакта
Легкий толчок. Космолет-планетолет замер. Почти сразу исчез привычный шум от работающих реактивных двигателей.
— Мы должны подождать, пока рассеется пыль, — произнес Роб. — Только после этого откроем шлюз и выйдем из корабля.
Земляне замерли в ожидании. Каждый смотрел в свой иллюминатор, хоть там и невозможно было ничего увидеть.
— Ребята, мне что-то не по себе, — заговорил Женя Макаров. — Слишком много приключений сразу.
Его тут же поддержал Андрей Чернеев:
— Ничего, я тоже почти в коматозном состоянии уже давно. Видимо, в нашей ситуации — это нормально. Потом будем вспоминать с удовольствием, а сейчас нужно потерпеть, сконцентрироваться и воспринимать происходящее как должное.
— Согласен с вами, — поддержал разговор Сергей Алексеевич. — Только будьте предельно внимательны и осторожны, никуда не лезьте самостоятельно. Будем передвигаться исключительно группой. Все слышали?
— Да, все, все, — друг за другом отозвались остальные четверо путешественников.
Через двадцать минут пыль за иллюминаторами рассеялась, и землянам предстала воистину фантастическая картина, подобие которой каждый из них видел на рисунках и картинах в своем детстве и юности, читая и перечитывая романы представителей одного из самых популярных жанров в литературе.
Марс был одновременно зловещ и прекрасен. Всё было не так, как на Земле. Вроде такой же горизонт, но цвет совершенно неземной, с красно-бурой, по всей видимости совсем тонкой атмосферой, с разводами небольших, сюрреалистической формы облаков. Вроде такие же, как на родной планете горы, но в неестественном, как бы искусственном освещении.
И цвет непривычных размеров солнца скорее не умиротворял своим обыденным освещением, а, наоборот, раздражал глаза.
— Вы готовы? — прозвучал голос робота. — Мы открываем шлюз.
Земляне, уже давно отстегнувшие ремни безопасности, встали с кресел и в тревожном ожидании стояли у знакомого перехода в шлюзовой отсек космолета. Эллипсовидный внушительных размеров люк, как всегда, бесшумно отъехал вбок, и перед группой открылся путь, где их вновь ожидало неведомое.
Первым, как и положено было руководителю, ступил на поверхность Марса Сергей Алексеевич Савельев.
— Помните, «…Это маленький шажок для меня и огромный шаг для всего человечества!» — прозвучали в шлемах путешественников слова Савельева.
— Армстронг мудро сказал. Я подозреваю, ему эту фразу придумали заранее, еще до полета, — отозвался Евгений Макаров.
— Как бы то ни было, а фраза действительно великая. Американцы молодцы, хотя частенько абсолютно непорядочно поступают по отношению к своим конкурентам.
Все семеро спустились по металлической лестнице с перилами, выдвинувшейся из тела космолета. Следом за землянами сошли и Роб с Тимом. Под ногами землян располагалась твердая почва чужой планеты.
— Нам предстоит пройти около пятисот метров, — произнес Роб, — прежде чем попадем в помещение одной из баз. Ближе подлететь было невозможно в целях безопасности. Идите друг за другом. Передвигайтесь осторожно, можно запнуться: здесь много камней и неровностей.
Лестница, по которой спустились земляне, вдвинулась обратно в корпус корабля, и шлюзовой люк закрылся, оставив тем самым путешественников наедине с неизведанной планетой.
Первым движение в сторону близлежащих гор начал Роб. Он двигался совсем медленно, размеренно переставляя свои длинные ноги, сделанные из какого-то матового металлического сплава. Следом за ним, один за другим, ступая почти след в след, двинулись путешественники. Замыкал шеренгу второй робот. Так они и шли. Земляне постоянно озирались налево и направо, пытаясь увидеть и зафиксировать в памяти как можно больше из окружающего их пространства.
Гора приближалась. В довольно тусклом свете стали более четко различимы ее очертания, ее острые скалистые зубцы, состоящие, видимо, из достаточно твердой породы. Неожиданно зажегся яркий прожектор, вмонтированный в манипулятор Роба, внешним видом напоминающий человеческую руку. Стало светлей и значительно легче идти.
— Роб, вы часто бываете здесь? — спросил Валентин Рудников.
— Нечасто, но бываем. По необходимости. Производство автоматизированное, управляется со звездолета через главный компьютер. Командор Лэймос Крэст создал практически совершенную систему. Так что прилетаем сюда только для того, чтобы забрать готовые конструкции и элементы. Вы сейчас всё увидите своими глазами.
— Здорово!
Группа вплотную подошла к возвышенности рельефа.
Робот остановился.
— Ну, вот и пришли. У всех всё нормально? Жалобы и пожелания есть?
— Всё хорошо, — отозвался Савельев. — Я контролирую.
Никто не отстал, все здесь.
— Отлично. Теперь приготовьтесь и не пугайтесь. Неожиданно раздался довольно сильный, гудящий, слышимый даже сквозь скафандры звук, и ближняя к группе часть горы начала сдвигаться в сторону. Зрелище было поистине грандиозное, напоминающее сцену разрушительного
