так, когда она уходит, и мы расстаёмся. Богиня спускается с небес, общается с недостойным мной и уходит по своим божественным делам. Но сейчас хуже.
— Слушай, Ви, — о нет, ещё нет, она не прощается! — давай завтра встретимся? Посидим где-нибудь в кафе или в кино сходим? Как ты на это смотришь?
Надо отказаться! Обязательно отказаться! Найти повод и не идти! Зачем мне это?
— Давай, — тем временем говорит мой голос. — Когда тебе удобно?
По странному стечению обстоятельств нам обоим лучше всего подходит время репетиций, с 16:00 до 18:00. Хотя ничего странного, время давно зарезервировано, все привыкли… это что, мы целых два часа будем вместе?!
Настроение подскакивает так, что пробивает стратосферу. Холь! Да пусть она трижды сталкер, целых два часа мы будем вместе!!! Лицо непроизвольно растягивается в широкой улыбке.
Заходит отец. Сразу по окончании разговора с Лалисой.
— Как дела, сынок? О, вижу, ты улыбаешься. Думаю, не ошибусь, если скажу, что из-за девушки ты в хорошем настроении. Из-за неё же мрачный ходил…
Отец присаживается на кровать.
— Ты прав, аппа, — отпираться бессмысленно и не перед отцом же.
— Что за девушка, если не секрет? Из хорошей семьи? Как зовут?
— Лалиса. Она наш продюсер. Семья не из простых… — сам не замечаю, как всё выкладываю. Спохватываюсь.
— Только маме не рассказывай!
— Хорошо, сын, — отец подмигивает. Он у меня классный. Маме нельзя рассказывать, она тут же начнёт расспрашивать, строить планы, звать её в гости. Чувствую, что нельзя. Лалиса абсолютно не предсказуема. Хорошо, что отец это понимает.
— Сын, — отец становится серьёзным, — а ты не слишком большое поле взялся вспахивать? Она выше тебя во многом.
Знаю. Но сделать с собой ничего не могу.
— Лучше бы ухаживать за девушкой своего круга. Или чуть ниже, — отец не советует, а размышляет.
— Но кому-то же они достаются. Такие девушки, как Лалиса.
— Кому-то кто выше их? — продолжает рассуждать отец и вдруг пугается. — Сын, что с тобой?!
Сам чувствую, что чернею лицом. Щибаль! ДжиХун выше Лалисы! Настроение с головокружительной скоростью пробивает дно.
— Да, — кое-как отвечаю на обеспокоенные расспросы отца, — ДжиХун выше по статусу. Он — чеболь…
Не вижу смысла скрывать от отца.
— Он сказал, что она — сталкер и охотиться за ним. Как и многие другие. Очень хитрая, аппа. Так он сказал. Нарочно сталкивается с ним в разных местах, иногда к ним в гости ходит. Лалиса дружит с младшей сестрой ДжиХуна.
— Это ещё ничего не значит, — отец делает радующий меня вывод после обстоятельных вопросов. — ДжиХун может ошибаться. Поговори с Лалисой.
— Аппа, я пообещал ему никому не рассказывать, — признаюсь, сам точно не помню, когда, но точно обещал.
— Это не честно по отношению к Лалисе, — увещевает отец. — Если её в чём-то обвинили, надо и её послушать, что она об этом думает. У тебя фотография есть? Я хоть посмотрю, кто украл твоё сердце.
Киваю на монитор, затем активирую, он в спящий режим перешёл, пока мы разговаривали. Очень точно отец сказал: украла моё сердце.
— Красивая, — оценивает отец. — Не кореянка? Тайка на четверть? Знаешь, сын, за такую стоит побороться.
— А как? — и тут же надежда тает. Отец пожимает плечами.
— Не знаю, сын. Не уступай, продолжай общаться. Как я понял, ДжиХун плохо к ней относится? Так, выходит, он тебе не конкурент, даже если прав. Проясни этот вопрос с Лалисой. Больше ничего не могу посоветовать.
А ведь точно! Если ДжиХун считает Лалису коварным сталкером, то у неё никаких шансов нет! Зато есть у меня! Пусть маленькие, но есть!
Ложусь спать успокоенным.
Место действия: квартира семьи Лалисы.
Время действия: 27 декабря, 15:20.
Бросаю взгляд на часы. Пора. Я из тех фифочек, что стараются не опаздывать на свидания. На минуту-другую можно, порядка ради, но не больше.
День прошёл плодотворно. Несколько часов трещала клавиатурой, второй том подходит к концу. Ещё пару таких свободных дней, снабдить иллюстрациями и английский вариант готов. Добить перевод и можно выкладывать на сайте, где уже раздаются громкие и требовательные голоса ожидающих продолжения. Сразу выкладывать не буду, надо проанализировать трафик и выработать график. От этого тоже зависит наплыв читателей. Ворвусь в топ, ещё привлеку.
Интересно, получится ли у СонМи заинтересовать издателей? Папочка намекал на какие-то свои связи, так что будем глядеть. Выпуск книги в живом виде очень привлекает. С законным правом после этого могу считать себя писательницей. Реально, я — соавтор. Почему-то в этом мире Джоан Роулинг не появилась или не сподобилась написать. И много чего своей рукой подправила. Некоторые, хотя злые языки скажут — многие, так вот, многие места притянуты за уши. И роялями Роулинг пуляет залпами. Детки не замечают, любая сказка полна странностей, на то она и сказка.
Зима даже в Корее, даже в Южной, холодное время года. Поэтому плотные колготки под надёжные джинсы без модных прорех, футболку под водолазку и сверху куртку. На голову кепи. Вместо шарфа и капюшона — грива густых волос. Идею их срезать похоронила окончательно. Наоборот, отращиваю. Уже до груди достают, вернее, до того места, где они должны быть.
По поводу моего малоразмерного бюста СонМи пробовала меня доставать. Пока не стала её ответно дразнить, называя её вполне увесистую грудь сисяндрами. Иногда тыкаю пальчиком, искренне потешаясь их колыханием и давая издевательские, но, кстати, вполне действенные, советы по поводу соблазнения мальчиков.
— Ты просто завидуешь! — говорила СонМи, краснея от моих скабрезностей.
— Ты просто дура, онни, — настолько часто называю её дурой, что она устала возмущаться. — Я спортсменка и танцовщица, мне большая грудь ни к чему. Ты знаешь, что балеринам в период полового созревания специально грудь плотно бинтуют, чтобы не росла? Динамика движений нарушается. Выросла грудь — вон из балета или танцев.
— Есть девушки айдолы… — начинает сестра. Перебиваю.
— И танцы у них соответствующие, сиськами трясут. Я как представлю, что с твоим размером стометровку бегу, мне от одной этой мысли дурно становится.
— Красота важнее твоего дурацкого бега! — с апломбом заявляет сестрица.
— Онни, даже спорить не буду. Только кто твою красоту видит? Вас таких целые стада по улицам ходят. А на меня с трибун сотни мальчиков и мужчин будут смотреть. Слушай, онни! — меня накрывает ещё одной идеей. — А давай тоже на соревнования приходи! Вне зачёта! Придёшь последней, зато так сисяндрами потрясёшь, что все трибуны встанут.
После этого покрасневшая и возмущённая СонМи выгнала меня из своей комнаты.
За этими думками поездка на такси кажется короткой. Я почти на месте.
Место действия: одно из кафе
