противного и едкого похожего на скисшие лекарства, которые со временем впитались в широкие зазоры между плиткой на полу.
В комнате находилось лишь одно окно, которое было закрыто мутной плёнкой. Из мебели в помещении практически ничего не было, не считая двух жестяных столов разных размеров, лампы, тележки с хирургическими инструментами, шкафа и двух массивных металлических кресла, которые стояли в центре комнаты. На одном из них Алиса увидела молодую темноволосую девушку — ту самую, которую видела Кристина на берегу в компании сумасшедших деревенщин.
Она была одета в старую белую больничную пижаму с жёлтыми пятнами по всей длине, сквозь которую едва просматривалось её абсолютно голое тело. Ее руки и ноги были крепко пристегнуты ремнями к ножкам и ручкам стула. На лице было что-то вроде намордника, который охватывал подбородок и лоб и прижимал её голову к высокой спинке. Её рот был закрыт потертым кожаным ремнём, а в глазах читался дикий ужас. Потому, как дрожало и дергалось её тело, было ясно, что она до смерти напугана.
Женщина и подросток развязали Алисе руки — она тут же попыталась схватить одного из них за любую часть тела и обезвредить, но с сожалением обнаружила что ее туго перетянутые веревкой кисти затекли и онемели. Ее усадили на свободное кресло и пристегнули ремнями к тем же местам, к которым была пристегнута темноволосая девушка на соседнем кресле. Единственное, чего избежала Алиса, так это кожаного ремня у себя во рту.
Через минуту в комнату вошел щуплый парень с густыми каштановыми волосами, которые были изрядно растрепаны, словно он побывал на сильном ветру. На нём была медицинская повязка и белый халат. Он поставил небольшой оранжевый контейнер на стол, открыл его, достал шприц и ампулу, которую тут же надломил и сунул в её узкое горлышко тонкую иглу.
— Вы можете идти, ваша помощь больше не нужна, — прозвучал писклявый голос парня.
Женщина и подросток вышли и закрыли за собой дверь.
— Кто ты такой? — недовольно спросила Алиса.
Парень в халате обернулся, нажал на плунжер набранного шприца и выбил из него тонкую струю прозрачной жидкости. Потом опустил маску и вздохнул. Всё его лицо было покрыто бурой сыпью, а на лбу щеках и подбородке имелся тонкий слой облезлой кожи. Всё это напоминало последствия какого-то заболевания или аллергии.
— Эти невежды забыли закрыть вам рот. С кем мне приходиться работать, — он недовольно помотал головой и зацокал. — Успокойтесь… вам нечего бояться… я врач.
Он положил набранный шприц на тележку с инструментами, а рядом с ним смоченный спиртом кусочек ваты и медленно подкатил ее к темноволосой девушке, которая все это время смотрела на парня с широко раскрытыми глазами и отчаянно пыталась говорить, но вместо слов из-под ремня вылетал лишь тихий стон.
Обезображенный парень посмотрел на свою темноволосую пациентку и натянул маску обратно на нос, затем взял ватку и несколько раз провел ею в районе толстой набухшей вены на руке у девушки, потом положил вату в эмалированную емкость и взял в руку шприц, с которого медленно снял прозрачный пластиковый колпачок. Девушка стала дёргаться ещё сильнее. Её глаза смотрели вниз на тонкую иглу.
— Всё хорошо, вы не должны меня бояться, — спокойно сказал парень и вонзил иглу в вену и стал давить на плунжер, вводя в организм девушки прозрачное вещество.
Темноволосая девушка подняла глаза вверх и завыла. Она продолжала дёргаться, но плотные коричневые ремни сковывали каждое движение, не позволяя несчастной сдвинуть свое тело даже на сантиметр.
Через минуту так называемый врач вытянул иглу и приложил к месту укола кусок ватки, который лежал в овальной ёмкости. Затем он отодвинул тележку и отстегнул ремень, который закрывал девушке рот.
— Нет, прошу… пожалуйста, не надо… я умоляю, — девушка начала быстро говорить и плакать. — Пожалуйста, не делайте мне больно.
— Успокойтесь, — прошептал парень. — Вам нужна помощь, и я здесь именно для этого.
— Нет… нет, — девушка скривила от отчаянья лицо и всеми силами пыталась освободиться от ремней. Потом повернула глаза в сторону Алисы и забормотала. — Прошу вас, помогите мне…, остановите его… пожалуйста, п… по — мо — ги — те.
Алиса не отвечала на мольбы девушки, она молча наблюдала за всем происходящим и пока парень был занят елозила кистями из стороны в сторону пытаясь освободить из-под ремней хотя бы одну руку.
Парень недовольно вздохнул и набросил ремень обратно девушке на рот. Она выпучила глаза и начала водить ими по всему помещению. Они непросто шевелились, они бегали из стороны в сторону, будто пытались вырваться из глазниц. Её ноздри быстро набухали и снова сужались, а из-под ремня вырывалось тихое тяжёлое хрипение.
— Ну вот, — тихо сказал парень. — Теперь мы можем приступить.
Одной рукой он поднял с тележки небольшой молоточек, а другой взял длинный блестящий шип и медленно поднес его к лицу девушки. Её дыхание стало учащаться, отчего хрипение становилось сильнее и громче. Глаза округлились и достигли того предела, на который они могли раскрыться. Они были сведены в одну точку и смотрели прямо на острый инструмент.
— Правильно, раскройте глаза, это поможет мне быстрее провести операцию, — обезображенный парень поднес к левому глазу девушки острый край шипа и наклонил его вниз.
В ту же секунду на самом краю глаза девушки показалась слеза. Она перевалилась через нижнее веко и начала медленно спускаться, огибая каждую впадину на её молодом лице, пока не попала на ремешок, а после стекла по подбородку и слетела на грязную пижаму.
— Господи, я забыл самое главное, — парень убрал инструменты от лица девушки быстро подошёл к столу, на котором лежала большая открытая книга поводил пальцем по странице и шлепнул себя ладонью по лбу. — Ну конечно!
Он вернулся к девушке, приставил острый край шипа к краю глаза, откуда минуту назад вытекла слеза снова наклонил его вниз и поднес к его тупому концу молоток — девушка посмотрела в глаза обезображенного парня и глубоко вдохнула носом, после чего прозвучал тихий металлический стук. Острый инструмент словно раскаленный нож проник девушке в глазницу будто
