— Эпси, что с тобой?
— Я все знаю! Ты прилетел сюда, чтобы разрушить мое счастье!
— О чем ты говоришь? Какое счастье я собираюсь разрушить? До вчерашнего вечера я даже не знал, что встречу тебя здесь!
— Я говорю о том, что ты и твои друзья задумали убить моего повелителя!
Гдаш чувствовал, как в его душе растет раздражение.
— Ты имеешь в виду этого тирана Креата? Того, кто ежегодно проливает моря крови во имя возвращения какого-то никчемного бога?
Эпси вспыхнула, из ее горла вырвалось звериное рычание.
— Как ты смеешь?!
Гдаш оторопел, увидев, как ее глаз разрезал красный вертикальный зрачок, а на лбу проступил огненный знак.
Он вдруг ясно понял, что видит то, о чем докладывал Озби, вернувшись с Рокклифа на Совете старших офицеров. Но чтобы это происходило с Эпси? Он не придумал ничего лучшего, чем повторить свой вопрос:
— Девочка, что с тобой?
В ответ он услышал сдавленный хрип, а глаз в восьмиконечной звезде проявился еще ярче. Жрица пригнулась перед прыжком, волосы у нее на голове взметнулись и затрепетали пламенем. Гдаш непроизвольно схватился за пояс, где обычно находился его энергетический клинок. Сейчас там было пусто.
Он вдруг осознал, что произойдет через секунду, и в нем тут же сработал рефлекс опытного воина. Гдаш развернулся боком и сосредоточился. Эпси прыгнула — и его спасла лишь мгновенная реакция. Он упал на бок, перекатился через плечо и спрятался за торчащим из песка камнем. Девушка не ожидала, что такой высокий и крепко сложенный мужчина может так быстро двигаться, поэтому промахнулась.
Эпси встала с песка и медленно повернула к нему лицо. Гдаш с отвращением смотрел на девушку, которая на его глазах превращалась в омерзительного монстра. С каждым мгновением в ней оставалось все меньше и меньше человеческого. Следующий ее удар он не успел, да и не смог бы отразить. Жрица открыла рот, обнажив острые белые зубы, и резко выдохнула. Камень, который служил Гдашу укрытием, с треском раскололся. От него поднялся пар. Волосы на правом виске мужчины скрутились, обгорая, словно к ним поднесли спичку.
Следующий удар невидимого пламени, без сомнения, сжег бы его. Камень уже не мог служить защитой, а до другого было слишком далеко. Гдаш поднялся с песка и встал в полный рост. Он решил, что если ему суждено сейчас умереть, то он не будет прятаться, а встретит смерть лицом к лицу. Эпси, увидев это, довольно засмеялась и медленно пошла навстречу.
Десантник не пошевелился и не отступил, хотя видел, что она уже накопила силы для нового удара. Эпси улыбнулась, а потом приоткрыла рот, чтобы снова выпустить невидимый огненный напалм. В этот момент за спиной Гдаша послышался знакомый звук снимаемого с предохранителя оружия. Луч бластера раскрасил тело девушки кровавыми полосами. Она, еще не осознавая того, что случилось, опустила взгляд и, увидев кровь, попыталась остановить ее рукой. Следующий выстрел в голову опрокинул ее на спину. Гдаш повернулся, понимая, что в этот раз чудом избежал смерти.
На невысоком песчаном холме, с которого он спустился несколько минут назад, стоял Озби. Молодой человек опустил дуло бластера и, переводя дыхание, произнес:
— Уходим, командир! Я вижу, к нам торопятся незваные гости.
Глава 58
Гдаш поднялся на гряду, где его ждал Озби, и посмотрел в ту же сторону. Он увидел большой отряд гомогиенов. Стражники стояли, укрывшись за обломком скалы. Несколько зверолюдей, услышав выстрелы и еще не понимая, откуда они доносятся, крутили головами. Вагкхи сообразили, что стоят в полный рост на песчаном холме, как на сцене, но когда Озби и Гдаш это осознали, было уже поздно. Гомогиены побежали в их сторону, легко перепрыгивая через камни и обмениваясь между собой звуками, больше похожими на рычание животных.
Они напомнили Озби стаю, вышедшую на охоту. И добычей этой стаи, судя по всему, были они с Гдашем. Он дернул замкома за руку, и вагкхи побежали. Никогда еще измученным жарой людям дорога не казалась такой тяжелой. Песок осыпался под их ногами. Они с трудом вытаскивали из него свои сапоги, чтобы сделать следующий шаг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Зверолюди двигались быстрее. Их ноги, похожие на лапы с длинными когтями, меньше увязали в песчаном основании каньона. Озби поворачивался и стрелял на бегу. Не все его выстрелы достигали цели, но несколько гомогиенов, сраженных лучом бластера, все-таки упали на вязкий песок. Расстояние до противника было слишком велико, к тому же стражники двигались короткими перебежками от одной кучи камней к другой. И Озби, и Гдаш понимали, что убежать им не удастся. Выстрелы не останавливали, а лишь задерживали гомогиенов. Озби видел, что индикатор заряда аккумулятора бластера уже показывает остаток энергии. Вокруг черной уродливой раной простирался каньон, а модуля, чтобы улететь, у них не было. Гдаш прохрипел:
— Я вижу впереди небольшую каменистую площадку. Она твердая, почти сплошной камень. Нужно только подняться чуть выше.
Озби кинул и взял немного правее, одновременно поднимаясь вверх. Вагкхи почти одновременно поднялись на вершину пологого холма. Площадка, о которой говорил замком, была небольшой. С одной стороны ее ограничивала вертикальная, почти гладкая стена, а с трех других — огромные черные камни. Мужчины остановились. Дальше бежать было некуда. Озби сделал последний выстрел и отбросил в сторону полностью разряженный бластер. Отцепив с пояса рукоятки энергетических клинков, он отдал один Гдашу. Замком, увидев свое оружие, заметно повеселел. Все еще переводя дух после долгого и тяжелого бега, он произнес:
— Давай… покажем им, на что мы способны! Просто так, без боя, они нас не получат!
Озби кивнул и, увидев, что враги приближаются, активировал оружие. Оранжевое пламя с гулом вырвалось из рукояти. Рядом вспыхнул ярко-зеленый клинок Гдаша. Вагкхи встали спиной к отвесной стене. И тот, и другой глубоко вдохнули и медленно выдохнули, чтобы выровнять сердцебиение. У них оставалось только несколько мгновений перед сражением.
* * *
Хоуп первым поднялся на каменистую площадку, где стояли вагкхи. Он легко, словно разминаясь, несколько раз перебросил тяжелое копье из одной руки в другую и пошел на Гдаша, с первого взгляда распознав в нем достойного противника. Креат приказал в случае неудачной попытки молоденькой жрицы любой ценой довести дело до конца. Приказ из уст повелителя был для Хоупа законом. Гомогиен сделал еще пару шагов и вдруг остановился. Он увидел Озби. Удивление, появившееся на его лице, тут же сменилось высокомерной ухмылкой. Хоуп заговорил, специально растягивая слова, чтобы они звучали более презрительно:
— Кого я вижу?! Оказывается, ты не погиб в шахте. Тебе даже удалось каким-то образом выбраться. Ничего, сейчас я исправлю это недоразумение.
Гдаш непонимающе смотрел на Озби, но тот молчал. Гомогиен, перестав издеваться, поднял копье и вдруг без всякого предупреждения прямо с места прыгнул вперед. Его огромного скачка оказалось достаточно, чтобы вплотную приблизиться к вагкху. Озби уклонился в сторону и отразил удар. Копье разлетелось на две части, соприкоснувшись с его энергетическим клинком. Хоуп замешкался только на минуту. Затем сдвинул в сторону свое странное одеяние, похожее на юбку и широкие брюки одновременно, и достал из его складок… рукоять энергетического клинка.
— Думаешь, только вы, вагкхи, умеете владеть таким оружием? Ошибаешься. Посмотрим, кто из нас окажется сильнее!
Появление в руках Хоупа энергетического клинка удивило Озби, хотя он и не показал этого. Не потому, что считал, что никто, кроме его народа, не способен сражаться подобным оружием. Совсем нет. Просто клинки были традиционным и, быть может, несколько устаревшим оружием. Зачем нужно упражняться в фехтовании долгие годы, стараясь достичь совершенства, если проще использовать бластер? Так считали многие. Озби сам так думал когда-то. С тех пор многое изменилось. Сейчас, держа в руке свой сияющий оранжевым цветом клинок, он чувствовал такую уверенность в себе и своих силах, какой ему не могло дать ни одно стрелковое оружие. Впрочем, для ближнего боя клинок был незаменим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
