Быстро поймут.
По-хорошему Грешнику следовало начинать улепётывать прямо сейчас, пока дикари не кинулись массово карать дерзкую троицу.
Но нет, нельзя. Обсуждая план действий, пришли к выводу, что на этом этапе ему именно на себя придётся привлекать максимум внимания. Чем меньше врагов погонятся за Порнозайцем и Ледибоем, тем выше шанс, что всё закончится хорошо.
И он не побежал. Он стрелял и стрелял, стараясь поражать самых опасных на вид. В первую очередь редких владельцев мушкетов, во вторую — лучников. Если замечал дикарей со стальным оружием, тоже стрелы не жалел.
Поляна не такая уж большая, и умения Грешника позволяли разить врагов точно в голову на противоположной её стороне. Прекрасный тир, целиться почти не надо, знай себе налегай на скорость.
Засверкали первые выстрелы, по листве прошуршали несколько стрел. Грешник даже не моргнул на это, так и продолжал опустошать колчан.
А чего ему моргать? На нём теперь шесть щитов одновременно висят, а стрелки у культистов неважнецкие, вмиг столько не снимут даже дружными залпами.
Но неважные не значит, что они совсем уж безнадёжные. В Грешника начали попадать. Да и бойцы ближнего боя уже неподалёку, набегают, размахивая смертоубийственными предметами.
Он и сейчас не помчался прочь. Стрелял и стрелял, торопливо перезаряжая Отражение и уже не стараясь поразить избранные цели. В кого попало лупил.
Лишь бы крови больше пролить, лишь бы разозлить посильнее.
А вот теперь пора, потому что через секунду станет поздно.
Дёрнувшись от очередного попадания и понимая, как сильно рискует, Грешник всё же выпустил последнюю стрелу в разрыв, что на миг открылся в набегающей толпе. Там, за спинами дикарей, вновь показалась омерзительная куча и тот, кто на ней вес набирает.
Не удержался. Кем бы ни был этот бедолага, такое существование он не заслужил.
Грешник целился в голову, но в результате не уверен, потому что, спустив тетиву, сразу же развернулся и помчался прочь, шумно прошибая себе дорогу в густом подлеске.
Он сделал всё что мог. Теперь каждый сам за себя, пока снова не встретятся.
Если выживут.
* * *
Зрение у Грешника улучшенное, но назвать его ночным нельзя. Особенно плохо различал землю, из-за чего то и дело запинался и падал.
Хорошо, что у дикарей с этим не лучше. Лишь в самом начале несколько из них проявили удивительную прыть, почти настигли. Грешник определял приближение врагов по шуму, каждый раз вовремя разворачивался и выпускал стрелу. Иногда приходилось тратить две, потому как о снайперской точности в густом тропическом лесу даже днём говорить не приходится.
Кого-то убивал сразу, кто-то начинал голосить от боли и страха. И в том и другом случае преследователи не рвались продолжать погоню, и вскоре такие шустрые закончились.
Наверное, у них в усилениях ночное зрение, или что-то наподобие. Надо будет потом в телефоне проверить, в сообщениях о победах.
Остальные уже не нагоняли, но, то и дело останавливаясь, Грешник слышал позади шум. Погоня продолжалась, несмотря на кромешный мрак и чувствительные потери.
Упорные.
Будь сейчас чуть посветлее, и окажись быстроногих дикарей не так много, он бы, возможно, попробовал с ними поиграть. Менять направления, заходить с разных сторон, подстреливать одного-двух, отрываться, снова возвращаться. С шестью щитами он способен косить их, покуда стрелы не закончатся.
Однако ночью так рисковать нельзя.
И видно плохо, и надо не забывать, что в лесу могут не только люди обитать, а и те, кто вмиг превратят охотника в дичь. Очень уж тут мрачно, сыро, обстановка откровенно-зловещая. Не может быть, чтобы кукловоды не поселили сюда каких-нибудь неприятных обитателей.
Опыт Грешника подсказывал, что если какая-то локация разительно и в худшую сторону отличается от соседних, жди встречи с чем-то особенно-нехорошим.
Так что чем быстрее он оторвётся, тем меньше шансов привлечь внимание здешнего зверья.
Местность вроде как не понижалась, но под ногами начало хлюпать. Почти везде вода, и чем дальше бежал Грешник, тем больше её становилось.
Опасаясь, что выбранный курс заведёт в болото, начал уклоняться влево, и уже через минуту вода почти до пояса достала. Пришлось разворачиваться и выбираться назад, теряя время и направляясь навстречу преследователям.
Слушая при этом, как шум погони усиливается.
Вправо пойти, или влево? И там и там неизвестно, что дальше будет, а терять время нельзя, разозлённые дикари уже по пяткам топчутся.
Продолжил бежать, как бежал. Воды пока что немного, и непохоже, чтобы глубина увеличивалась.
С ветвей на голову свалилась змея. Попыталась впиться в лицо, разрядила один щит. Уже не первый раз, рептилий тут хватает. Обычно Грешник отбрасывал их, не убивая. Толку от истребления нет, потому что пустые, даром энергию на Отражение переводят. Если так и дальше пойдёт, до утра её не хватит.
Но этой гадине не повезло. Шмякнувшись об дерево, отлетела назад, под ноги. И Грешник, дабы не подставиться под второй укус, припечатал подошвой змеиную голову к удачно подвернувшейся коряге.
И рядом с извивающимся телом рептилии возник контейнер. Самый мелкий по размерности, такие падали в той болотистой низине, где довелось поохотиться с командой Крысолова.
То, что призы начали начислять из обычно пустых тварей, навело на скверные мысли. И там болото, и здесь болото. Там змеи с контейнерами, и здесь. Там обитал исполинский варан, а здесь на кого нарваться можно?
Лучше это не знать…
Вскоре вода достигла колен, а дно стало таким топким, что бег пришлось сменить на шаг. К тому же лягушки решили устроить ночной концерт, и орали они так, что нечего и думать расслышать шум погони.
Внезапно земля ушла из-под ног, и Грешник чуть с головой не ушёл в воду. Глубина развёрзлась неожиданно, дальше только плыть.
Нет, плавать решительно не хотелось. Тропические водоёмы даже днём не привлекают, а уж в полуночный час следует держаться от них как можно дальше. В посёлке довелось краем уха наслушаться о стадах вечно голодных крокодилов, о злющих трёхметровых рыбинах, об агрессивных гиппопотамах, размеры которых
