Читаем без скачивания Магический кристалл. Серебряные стрелы. Проклятие рубина - Сальваторе Роберт Энтони

Те, кому посчастливилось уцелеть, и не думали нападать на могучего человека.

Гленсатер из Истхейвена, размахивая мечом, тоже ворвался в центр группы гоблинов, надеясь, как это только что сделал Вульфгар, увлечь за собой своих воинов. Но Гленсатер не выглядел так устрашающе, и у него в руках не было такого могучего оружия, как Клык Защитника. Его меч свалил одного гоблина, затем другого. Он дрался отважно, но ему не удалось посеять смятение в рядах противника. Гоблины не бросились бежать, как это случилось минуту назад с орками, когда в их толпу, размахивая молотом, ворвался Вульфгар. Вместо того чтобы броситься врассыпную, они сомкнули свои ряды вокруг Гленсатера.

Он уже почти пробился к королю варваров, как вдруг ему в спину вонзилось копье и, пробив грудь, вышло наружу.

Увидев это, Вульфгар взмахнул молотом, и Клык Защитника, просвистев над Гленсатером, вбил в плечи голову гоблина, пытавшегося высвободить копье. Гленсатер улыбнулся в знак благодарности и рухнул на траву.

Дворфы дрались, следуя своей испытанной тактике. Сойдясь плечом к плечу, они двигались сплошным строем. Защитники Десяти Городов, зная, что сейчас решается судьба их жен и детей, дрались и умирали, не ведая страха.

Менее чем за час все решившиеся принять участие в битве племена гоблинов оказались рассеяны по равнине, а еще через полчаса были повержены последние дикари.

Дзирт легко скользил по склону горы. Каждый раз, когда поблизости проносились торчащие из-под снега обломки скал, он начинал неистово барахтаться, пытаясь ухватиться за камни. Но когда до основания снежной шапки оставалось уже совсем немного, лавина внезапно вышвырнула его из своего потока и он закувыркался по каменистому склону. Казалось, гора отбросила его в сторону как непрошеного гостя.

На самом деле эльфа спасло его проворство и, конечно же, удача. Когда он наконец смог уцепиться за один из камней и слегка отдышался, он понял, что его многочисленные раны пустячны, – кровоточащий нос и легкий ушиб запястья были, пожалуй, наиболее серьезными. Чуть поразмыслив, Дзирт решил, что лавина, которую он ненароком вызвал, лишь помогла ему – он почти мгновенно спустился по склону. В противном случае, кто знает, может быть, ему суждено было замерзнуть где-нибудь неподалеку от вершины…

К этому моменту на юге вновь разгорелась битва. Заслышав шум боя, Дзирт присмотрелся и увидел, как тысячи гоблинов бросились бежать в сторону Прохода Ледяных Ветров. Эльф понятия не имел, что происходит, но, прекрасно зная трусливый нрав дикарей, догадался, что они держат путь к дому.

Впрочем, сейчас ему было не до сражения. Эльф прикинул, как ему побыстрее добраться до обломков Кришал-Тири, и, спустившись со склона Пирамиды Кельвина, двинулся через Проход Бремена, в направлении развалин башни.

Прежде всего надо было выяснить, удалось ли спастись Реджису и что случилось с Гвенвивар.

Со стороны могло показаться, что Кассиус, Кемп и Енсин Брент нисколько не рады победе над врагом. Они были единственные, кто уцелел из всего Совета; остальные семеро погибли. Такого побоища Долина Ледяного Ветра еще не видела.

Мы победили, – с горечью сказал Кассиус.

Погибли более половины защитников Десяти Городов, и еще очень многим было суждено умереть в самое ближайшее время. Четыре города оказались сожжены дотла, и еще один был безжалостно разорен захватчиками.

За эту победу им пришлось заплатить очень высокую цену.

Варвары тоже понесли жестокие потери. Будучи в большинстве своем молодыми и неопытными воинами, они дрались с присущей их народу отвагой и принимали смерть как славное завершение жизни.

И лишь дворфы, закаленные во множестве сражений, опытные и искусные воины, вышли из битвы за Долину Ледяного Ветра почти без потерь. Погибли всего несколько бородатых воинов, некоторые были ранены. Но большинство из них были готовы хоть сейчас снова броситься в бой! Единственной серьезной потерей дворфов было исчезновение их предводителя, Бренора.

– Идите к своим людям, – сказал Кассиус выборным. – А вечером соберемся на Совет. Кемп будет говорить от имени четырех городов Мир Дуальдона, а Енсин Брент от имени жителей двух других озер.

– Нам надо многое решить, и у нас слишком мало времени, – сказал Енсин Брент. – Зима не за горами.

– Мы найдем способ снова встать на ноги, – заявил Кемп со свойственной ему самоуверенностью, но, увидев мрачные взгляды товарищей, быстро вернулся с небес на землю. – Хотя, конечно, для этого придется потрудиться.

– Как и моему народу, – услышали они незнакомый голос и, резко обернувшись, увидели идущего к ним Вульфгара. Варвар был забрызган кровью врагов и покрыт пылью. – Я прошу разрешения участвовать в вашем Совете, Кассиус. В столь тяжелые времена наши народы могут во многом помочь друг другу.

– Если нам понадобится рабочий скот, мы купим быков, – проворчал Кемп.

Кассиус бросил на Кемпа уничтожающий взгляд и обратился к неожиданному союзнику:

– Ты по праву можешь принять участие в заседании Совета, Вульфгар, сын Беорнегара. Мы многим обязаны тебе и твоему народу. Но я хотел бы еще раз спросить тебя, почему вы пришли нам на помощь?

Уже во второй раз за этот день Вульфгар пропустил мимо ушей оскорбления Кемпа.

– Чтобы вернуть долг, – ответил он Кассиусу. – И возможно, в чем-то улучшить жизнь наших народов.

– Убивая гоблинов? – спросил Енсин Брент, догадываясь, что варвар имеет в виду нечто иное.

– Это лишь начало, – ответил Вульфгар. – Но мы можем помочь вам и во многом другом. Мои люди знают тундру лучше, чем йети. Мы сроднились с природой севера и знаем, что надо делать, чтобы выжить. Ваши люди смогут многому научиться у нас. И это тем более важно, учитывая тяжелые времена, которые вам предстоит пережить.

– Бах! – фыркнул Кемп, но Кассиус, резко взмахнув рукой, заставил его замолчать. Он сразу понял, что сулит его людям возможный союз с варварами.

– А что вы рассчитываете получить от этого союза?

– Добрые отношения с вами, – ответил Вульфгар. – И связь с просвещенным миром. До сих пор мы не имели возможности соприкоснуться с благами городской жизни. Сейчас мы обладаем несметными сокровищами белого дракона, но золото и драгоценные камни никогда никого не согреют в холодные зимние ночи и никогда не добудут людям пищу в тяжелые времена.

Вам предстоит восстанавливать города. Мы можем помочь своим богатством. А вы взамен покажете моему народу путь к лучшей жизни.

Слушая Вульфгара, Кассиус и Енсин Брент согласно кивали.

– Наконец, и, по-моему, это самое главное, мы действительно нужны друг другу, по крайней мере в ближайшее время. Ведь сейчас наши народы обескровлены и уязвимы перед опасностями, которых полным-полно на этой земле. Нам будет гораздо легче перезимовать, если мы объединим наши усилия!

– Твои слова удивили и поразили меня, – сказал Кассиус. – Ты можешь присутствовать на Совете по моему личному приглашению. И я искренне надеюсь, что нам удастся воплотить в жизнь планы, которые пойдут на пользу тем, кто уцелел в борьбе против Акара Кесселла!

Сказав это, Кассиус повернулся, чтобы идти в Брин Шандер. Вульфгар тут же, схватив Кемпа за ворот куртки, легко оторвал выборного представителя Таргоса от земли. Кемп несколько раз дернулся, но тотчас сообразил, что ему не удастся освободиться от железной хватки варвара.

Вульфгар бросил на него испепеляющий взгляд.

– Сейчас, – сказал он, – на мне лежит ответственность за судьбы моих людей. Только поэтому я не обращал внимания на твои выходки. Однако придет время, и я не буду королем варваров… Так вот тогда будет очень мудро с твоей стороны не попадаться мне под ноги! – Сказав так, он легким взмахом могучей руки швырнул Кемпа на землю.

Выборный представитель был настолько напуган, что не нашел в себе сил, даже чтобы рассердиться. Кассиус и Брент легонько толкнули друг друга локтями и обменялись улыбками.