отдалился достаточно от костра, уже не таясь, зашагал по лесу. Виктор прибавил шагу.
Человек вышел на просеку и зашагал по ней. Места были знакомые. Именно по этой просеке компания и приехала сегодня к скиту на фургоне. Витек помнил, что вскоре просека должна была делать крутой поворот. Злобин преодолел свободное от деревьев пространство и, прихрамывая, бросился через лесок, наперерез незнакомцу.
Выскочил он из лесу как раз вовремя — человек приближался. Просека в этом месте обрывалась, начиналась узкая тропинка. Осторожно, чтобы, не дай бог, не хрустнула веточка, Витек сел, потом лег на спину и вытянул одну ногу на тропинку, вторую — подогнул под себя. Рядом положил карабин. Место, надо сказать, он выбрал неудачное, на тропинке и рядом с ней была лужа, и одежда Злобина тут же промокла, но он не обращал на такие мелочи внимания. Он сосредоточенно смотрел в темноту, дожидаясь незнакомца. Человек ступил на тропинку, пошел по ней.
Витек сжался, будто готовая в любой момент распрямиться пружина. Вот осталось десять шагов, пять, три два, один — пора! Злобин сделал замах одной ногой, другой — взял ноги незнакомца в клещи и резко сомкнул их. Если бы кто-то со стороны наблюдал за человеком, шедшим по тропинке, то он наверняка решил бы, что тот наступил на противопехотную мину. Незнакомца подбросило вверх, примерно на метр, и он, раскинув руки и ноги, с воплем рухнул на землю. Витек вскочил, запрыгнул на спину человеку и заломил ему руку.
— Тсс! — прошептал он ему на ухо. — Только пикни, и я размозжу тебе голову!
— А-а!.. — тем не менее, что было мочи заорал насмерть перепуганный незнакомец и, ошалев от страха, стал вырываться. — Пусти, Антихрист проклятый! Пусти, быть тебе в преисподней!
— Заткнись! — рявкнул Витек, схватил человека за волосы и с силой ткнул лицом в землю. — Заткнись, паскуда, не то убью! — и он, демонстрируя, что не шутит, снова впечатал физиономию мужика в землю.
Тот, наконец, затих, обмяк и запричитал:
— Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, по молитвам Пречистыя Твоея Матери и всех святых помилуй нас!
Злобин, собиравшийся было еще разок другой, острастки ради, пройтись физиономией незнакомца по тропинке, вдруг замер.
— Черт побери! — воскликнул он, как человек, которого осенила страшная догадка. — Черт побери! Мужик, а ты часом не Федор будешь?
— Федор, Федор, добрый человек! — проскулил лежавший на земле и спросил: — А ты кто?
Злобин ослабил хватку, а потом и вовсе отпустил мужчину.
— Да Виктор я Злобин, — пробормотал он обескураженно. — Ты чего, странник, не узнал меня?
Федор, а это был именно он, перевернулся под Злобиным на спину, несколько мгновений лежал неподвижно, пытаясь разглядеть в темноте лицо напавшего на него человека, а может быть, просто приходил в себя от побоев, и вдруг снова заорал:
— А-а!.. Вите-ок! Это ты? Витек! Витек! -
Он схватил Злобина за рубашку и принялся трясти так, будто пытался вытряхнуть из него душу. — Витька, охальник окаянный! — все не мог нарадоваться Лукин неожиданной встрече. — Ты как здесь оказался?
— Да пусти ты на хрен, рубашку порвешь! — Виктор отодрал от себя руки Федора и потер натертую воротником шею. — И не ори, и так всех медведей в тайге распугал. Сам-то ты как сюда попал?
Злобин встал и стал отряхиваться. Охая и причитая, поднялся и Федор. Он все еще не мог прийти в себя от радости и изумления.
— Я-то? — Лукин вытер рукой рот и бороду от налипших на них кусочков травы и земли. — О, это долгая история, брат. Дай передохну, напугал ты меня почем зря. Постой, постой, — он вдруг уставился на Витька, — А это не ты в скиту моем с двумя странниками у костра вечерять изволил?
— Я конечно, — хохотнул Витек. — А ты думал, черти у твоей богадельни собрались, да тебя поджидают, чтобы на огоньке изжарить?
— Не богохульствуй! — предупредил Федор. — Не поминай всуе ни Бога, ни этого… Нехорошо это.
— Ладно, ладно, — примирительно сказал Витек. — Не буду твоих религиозных чувств задевать. А вообще-то я очень рад тебя живым-здоровым видеть. А у костра, действительно, я сидел, Доктор Ватсон да Степаныч. А в скиту твоем Ярослава, Алешка и Катя спят.
— Живы, значит? — Федор искренне обрадовался сообщению и перекрестился: — Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь. Ну, расскажи, что случилось, а то уж больно интересно мне. Я же ничего не знаю, меня антихристы в багажнике возили.
— Пойдем, Федя, в скит, — Злобин поднял лежавший на земле карабин, закинул его за плечо. — По ходу дам расклад, что да как у нас было.
Приятели отправились в обратный путь. Шли медленно, негромко переговариваясь. Дорогой Витек подробно рассказал Лукину о том, как развивались события после взрыва боевиками Дома Сорского и похищения Федора и Шамиля, а также о том, как он, услышав хруст ветки, отполз от костра в лес, выследил околачивающегося неподалеку от скита незнакомца и отправился вслед за ним.
Подошли к скиту, издали предупредив Ватсона и Степаныча, что идут свои, дабы не пугать их своим внезапным появлением. Власов и Вонсовский были немало удивлены возникшему вдруг из темноты Федору и немало обрадованы его чудесным спасением. Лукина усадили на бревно рядом с тлевшими углями, угостили остатками ужина и стали расспрашивать о его, Федора, злоключениях.
— Ну, что вам поведать, странники мои… — изрек было Лукин, обсосав испачканные соком зайчатины пальцы, однако его перебил Витек.
— Послушай, архимандрит ты наш, — заявил он насмешливо. — Здесь люди свои, поэтому давай-ка говори попроще, без овса и сена.
Лукин как-то странно посмотрел на Злобина, однако ничего не сказал и продолжил:
— В общем, поведать вам, странники мои, особо нечего. Бандюки возили меня в недрах машины своей, и я ничего не видел. Я лежал, и молился перед Господом за грехи наши, и готовился предстать перед судом божьим. Потом началась стрельба, машина развернулась и помчалась назад. А через некоторое время меня, к моему изумлению, высадили в тайге и отпустили с Богом на все четыре стороны. Домой идти я не отважился, душевные раны, нанесенные бандитами, были свежи, и направил я стопы свои в скит, дабы уйти на время от забот мирских и подумать о смысле бытия. Однако когда я приблизился к скиту, то увидел огонь и людей вокруг него. Подумал, что это бандиты, а потому приблизиться не решился и направился прочь.
— А тут я на Федьку и напал, — осклабился Витек. — Ох, и испугались мы друг друга. — Он вдруг посерьезнел: — Что там с
