не было приступа морской болезни, конечно. Лис прятался в каюте, трясся над изумрудом.
Так прошло несколько дней. Погода стояла отличная: дул свежий теплый ветер, ласково светил Атик. Морская болезнь надолго отпустила Мару, и мы проводили на верхней палубе большую часть времени. На третий день плавания Роману наконец вылез из каюты подышать свежим воздухом. Вор устроился рядом со мной, облокотившись о борт, и наблюдал за морем, наслаждаясь легким ветерком. Одну руку Лис, как обычно, прижимал к груди, где в потайном кармашке был спрятан Степной изумруд.
— Мортовски хороший денек, — сказал Бобо, подойдя к нам. — Наслаждайтесь, пока можете, через два дня покажется остров труполюбов. А на то, что вы там выживете, я бы и акульих кишок не поставил.
Клешня был в приподнятом настроении и на удивление трезв. Договорив, капитан дружески хлопнул Лиса по плечу.
Лицо Роману неожиданно исказила гримаса ненависти. Скинув руку Бобо, он закричал:
— Убери от меня лапы, грязный ворюга!
Тут же настала гробовая тишина, матросы бросили свои дела и уставились на нас. Мара прервала тренировку, поспешила на выручку.
— Ты!.. — хотел продолжить Лис, но подоспевшая орка зажала ему рот.
Матросы зароптали. Происходящее им не понравилось. Еще бы, их капитана прилюдно обвинили в воровстве.
— А ну заткнулись, выкормыши глубинной суки! За работу! — рыкнул Бобо.
Разозленные моряки побоялись гнева капитана и бросились выполнять приказ. Клешня взял меня под локоть, отвел в сторону.
— На первый раз я забуду, что сказал этот кусок осьминожьего дерьма. Но мои парни — нет. Он жив только потому, что команда гадит от страха в портки при виде тебя и зеленой бабы. И договор никто не отменял. Но как только ни вас, ни меня не окажется рядом… — Бобо сделал понятный любому жест, черканув ребром ладони по горлу.
— Один он теперь не останется. Мы заткнем ему рот, но и ты попридержи своих молодцов, — жестко ответил я.
Клешня только кивнул, соглашаясь, и отправился восвояси. Настроение капитана заметно испортилось, я был готов поспорить на что угодно — через пару часов он будет в стельку пьян.
Теперь, куда бы мы ни отправлялись, Лиса нужно было брать с собой. Из-за его хронической неудачливости наши шансы на выживание заметно падали. «И правда, может, стоит продать его некромантам?» — обреченно-озлобленно подумал я.
С виду на корабле ничего не изменилось. Моряки продолжали усердно работать, но, когда я проходил мимо, опускали глаза, не решаясь встретиться взглядами.
— Да, он не врет, я чувствую исходящую от них угрозу, — сказала орка, глядя на матросов, когда я пересказал ей разговор с Бобо.
— Ладно, продолжай тренироваться, а я пригляжу за нашим «счастливчиком».
Виновник представления быстро ретировался в свою каюту. Я пошел за ним. При виде меня вор спрятал за пазуху изумруд, которым любовался, и замер, глядя исподлобья.
Сначала я хотел высказать Лису все, что о нем думаю, но, взглянув на него еще раз, только махнул рукой. Любые мои слова разбились бы о его паранойю. Я устроился удобней в мерно покачивающемся гамаке и продолжил изучать эльфийский трактат. Если от Роману не получается отделаться, значит, надо быть готовым к любым неожиданностям.
Через пару часов спокойного чтения корабль неожиданно сильно тряхнуло. Гамак перевернулся, я шлепнулся на пол, уткнувшись носом в книгу. Тут же вскочил на ноги, но снова чуть не упал. Судно просто ходило ходуном. Лис сидел в углу, зажав в скрюченных пальцах изумруд: когда началась качка, он чуть не уронил свое сокровище.
— Неужто в шторм попали, — произнес я, успешно балансируя. — Пойду наверх, посмотрю.
— Я с тобой, — произнес Роману, вставая.
Вместе, опираясь о переборки, мы выбрались из каюты и поднялись на верхнюю палубу. Время уже клонилось к вечеру, на небе не было ни облачка. Море вокруг корабля сильно волновалось. Волны были какие-то странные: они расходились кругами, как на поверхности лужи, в которую бросили камень. Корабль нещадно швыряло в разные стороны, Клешня ревел команды, перемешанные с руганью, рулевой за штурвалом пытался справиться с креном — все тщетно. Из глубины моря доносился постепенно усиливающийся рокот, словно само дно раскалывалось надвое.
— Какого морта происходит?! — крикнула вцепившаяся в борт орка.
— Подводное землетрясение или извержение вулкана! — Я постарался перекрыть оглушительный грохот.
— Смотрите! — заорал Роману, тыча пальцем куда-то в море.
Из воды показался кончик рифа и стал быстро расти. Вскоре он достиг размеров небольшой скалы, но все продолжал подниматься. Остановился, только достигнув ярдов двадцати пяти в высоту. Вода расступалась, вокруг скалы постепенно вырастала каменистая суша — на поверхности моря появлялся целый остров. Раздался громкий треск и скрежет камня о дерево, судно в последний раз тряхнуло, потом все стихло. Корабль слегка накренился, но не завалился набок. Глянув за борт, я увидел, что «Хромая Мери» села в небольшую ложбину между рифами и теперь нелепым памятником торчит чуть ли не посреди острова.
Вокруг раздались испуганные крики. Одни моряки схватились за оружие, другие вслух молились.
Поднявшаяся суша не радовала красотой. Остров был круглым, не больше двух миль в диаметре, покрытым серыми валунами. Посредине возвышалась большая скала. Между камнями бегали крабы, трепыхалась издыхающая рыба, мерзкими комками лежала слизь — останки медуз. Повсюду росли разноцветные водоросли.
— Чтоб тебе всю жизнь гадить морскими ежами! — выкрикнул в пространство пораженный Клешня.
— Такого на карте не было, — пробормотал я.
— Как из моря поднялся целый остров? — недоуменно спросила орка.
— О таких вещах на Диком архипелаге лучше не задумываться.
— А это еще что? — воскликнул Лис, указывая куда-то за борт.
Из воды выныривали очень странные существа, одно за другим выбирались на берег, вставали на ноги и разбредались по острову. Силуэт тварей напоминал человеческий, но движения были неуверенными, словно существам непривычно находиться на суше. Твари карабкались на остров со всех сторон, брели, спотыкаясь, по камням. Я попытался сосчитать их, но на второй сотне бросил эту затею. Когда поток пришельцев наконец иссяк, их собралось не меньше двух тысяч.
Вскоре существа заметили корабль и двинулись в нашу сторону.
Гости из моря подошли ближе, и я смог разглядеть их в подробностях. Существа были ростом со среднего человека, их тела покрывала синяя чешуя, на спине и руках топорщились плавники, пальцы соединялись перепонками. Жутче всего выглядела голова: без ушей, на шее жабры, рот безгубый, с двумя рядами мелких острых зубов. Рыбьи, без век, влажные глаза смотрели равнодушно-холодно и не выражали абсолютно ничего. У некоторых существ на голове торчали забавные гребни.
— Эльфы умеют говорить с рыбами? — спросила орка.
— Водные твари слишком тупы, чтобы с
