Виктор Кириллович, поговорим? — обратился я к стоявшему в ступоре человеку, сначала получившему от таинственного незнакомца дорогой портсигар с желанными папиросами, а теперь ещё и ставшему свидетелем перемещения сквозь пространственный портал грязной старушки и двух холёных девиц.
— Отчего же не поговорить, — наконец хриплым голосом ответил старик, — и если позволите, уважаемый господин… извините, не знаю, кто вы и как к вам обращаться, хотел бы задать несколько вопросов.
— Звать меня Сергеем Николаевичем, — ответил я, затем улыбнулся и добавил, — и никакой я не Воланд, так что можешь не переживать по поводу чертовщины. И давай уже оба перейдём на «ты».
Я протянул бывшему главному инженеру руку для пожатия, он сначала вопросительно глянул на меня, потом скептически осмотрел свою морщинистую грязную ладонь и пальцы с неухоженными ногтями, но увидев, что я одобрительно кивнул, ответил крепким рукопожатием.
— Вот и славно! Кстати, Виктор Кириллович, подойди к этому зеркалу и посмотри на себя, — обратился я к нему, указав на большое зеркало, закреплённое на стене подземного перехода.
Старик с недоверием бросил взгляд на зеркало, которого минуту назад здесь и в помине не было, и он это точно знал, потом посмотрел на меня, но ничего не сказав, осторожно подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение. Несколько минут мужчина разглядывал себя, поворачиваясь то одним боком, то другим, поднимал руки, смотрел на них, трогал своё лицо. Редкие прохожие шли мимо, не обращая на него внимания — ну, смотрится человек в зеркало, чему тут удивляться, ведь многие так делают. Наконец-то, убедившись в том, что в зеркале он видит самого себя, а не какого-то чужого человека, Виктор Кириллович повернулся ко мне и с улыбкой произнёс:
— Как ты и рекомендовал, Сергей Николаевич, я не стану употреблять слово «чертовщина». Но уверен, что без волшебства здесь точно не обошлось.
— Волшебство, колдовство, или какие-то инопланетные технологии — не столь важно, — весело ответил я, — главное, что сейчас ты выглядишь так, что нас обоих пустят в приличный ресторан. Вот там мы сможем выпить за знакомство, хорошо закусить, а заодно и поговорить о делах наших скорбных. Не возражаешь?
— Чудеса, да и только! — выразил своё мнение Виктор. — Выпить и поесть в ресторане! Уже и не помню, когда последний раз бывал в таких заведениях. Скажу откровенно — денег у меня нет даже для посещения придорожной забегаловки, не говоря уже о приличном ресторане, но, как я понимаю, у тебя с этим нет проблем.
Он достал из кармана дорогого пальто портсигар, ещё раз с улыбкой посмотрел на него и добавил:
— Впрочем, уверен, что официант примет в качестве платы это ювелирное изделие, и даже выдаст немалую сумму в качестве сдачи, так что и я смогу расплатиться за сегодняшний ужин. Хотя, скажу откровенно, будет жаль расставаться с таким подарком от настоящего колдуна.
— Вот и оставь этот портсигар себе на память! — ответил я. — Хотя до тех пор, пока он находится в твоих руках, это будет обычное ювелирное изделие, но никак не папиросница, поскольку ты больше никогда не будешь курить. Впрочем, как и выпивать. А насчёт финансов ты абсолютно прав — с рублями, впрочем, как и с различной валютой, у меня проблем нет. Поэтому не переживай по поводу оплаты ужина в ресторане, тем более, что раз я тебя пригласил, значит, я всё и оплачу.
Виктор ещё раз посмотрел на портсигар, даже аккуратно погладил его, затем спрятал дорогой подарок во внутренний карман. Но тут же его пальцы обнаружили в этом кармане какой-то предмет, мужчина достал его, и опять с недоверием посмотрел на меня.
— Как новенький! — тихо произнёс он, поглаживая свой паспорт. — Я всегда старался хранить этот документ в двух целлофановых кульках, да ещё и зашил его под подкладку своей старой куртки, дабы не потерять по пьяному делу, или чтобы друзья-собутыльники не украли. Так ты, Сергей Николаевич, говоришь, что впредь я не буду курить и выпивать? Впрочем, я уже ничему не удивляюсь, тем более, после того, как увидел своё отражение в этом неизвестно откуда взявшемся зеркале.
Мой новый знакомый ещё около минуты с восторгом смотрел на своё отражение и с трудом узнавал себя в том человеке, которого видел в зеркале. Вместо согбенного седого старика в засаленной одежде и в стоптанных ботинках, на него смотрел стройный мужчина с аккуратной бородкой, чуть припорошенной сединой, одетый в дорогой костюм и модное пальто, а на ногах были элегантные туфли из лучших магазинов.
— Ладно, Виктор Кириллович, не будем терять время! Поэтому прямо сейчас предлагаю воспользоваться порталом и отправиться в один из столичных ресторанов Москвы.
Перед нами появилась рамка портала, и я предложил Виктору следовать за собой. Через секунду мы оказались в пустынном переулке в сотне метров от солидного ресторана. Из мыслей своего нового знакомого я знал, что когда-то он с женой бывал в этом заведении, и им обоим был по душе здешний уют и тихая, спокойная обстановка.
— Ты случайно выбрал этот ресторан, — тихо спросил он, — или?
— Или, Виктор Кириллович! Или! — улыбнулся я в ответ. — Всего навсего прочитал твои мысли и узнал, что когда-то ты с супругой любил бывать в этом заведении общепита. Так что дальше ты веди меня, ведь тебе лучше известно, где здесь можно тихо посидеть, вкусно покушать и поговорить о делах в компании из пяти человек.
— «Всего навсего прочитал мысли». Да-да, всего навсего! Действительно, ведь это так просто — читать мысли! — процитировал меня Виктор, с сомнением покачав головой, а потом задал вопрос. — А что, Сергей Николаевич, кроме тех двух красивых женщин к нам присоединится ещё и нищая старушка?
— Нет, Виктор Кириллович! Ту самую нищенку в эти минуты лечит мой брат. Кстати, этой «старушке» аж 37 лет! — усмехнулся я. — А вот после лечебной процедуры даме желательно не по ресторанам шляться, а хорошо поспать. Так что пусть она отдыхает, а компанию нам с тобой составят мой брат и две моих супруги, но и они появятся здесь чуть позже, а пока мы посидим вдвоём, заодно и пообщаемся, как говорится, тет-а-тет, ведь нам есть, что обсудить, не правда ли?
— Почему бы и не поговорить, — печальным голосом произнёс Виктор, — хотя, скажу откровенно, вид этого ресторана вызывает у меня разные эмоции
