Эти твари, кажется, сообразили, что можно топить лёд огнём!
Действительно потянуло гарью.
– Артиллерия! – рявкнул Марик.
Человек шесть достали из-за пазухи оружие, чем-то похожее на пистолет Тофы.
– Луки бы привычнее или арбалеты, – проворчал один из стрелков – невысокий, жилистый, с рыхлым лицом.
Дождавшись передышки в обстреле, артиллеристы полезли наверх. Оказалось, оружие стреляет не только огнём. Были и водяные шлейфы, и тонкие воздушные вихри – один, кажется, даже мелкой галькой стрелял.
С запада доносился рёв, крики и лязг металла. На востоке пока было спокойно – только надолго ли.
– Идём! – Никонов бросился на баррикаду, где уже скакала Нарсу, провоцируя врагов, но каждый раз удачно уворачиваясь от стрел.
Аня снова попыталась нащупать внутри холод. И нащупала. Тоненькая ниточка вилась вдоль желудка, но максимум, что смогла выжать из себя девочка, это слабенький снегопад на ладони. Этого было мало. Очень мало.
– Перетрудилась? – участливо спросил Марик. – Ничего. Видал я такое. Скоро снова сможешь колдовать. День-два – и будешь в норме.
День-два?! Но ведь нужно-то сейчас!
Что же делать?
Никонов увлечённо швырял во врагов ледяные сгустки. Кажется, он и думать забыл об Ане. Марик готовил сменную команду. Форситы на баррикаде отбивались изо всех сил.
Аня посмотрела на запад. Толпа беженцев притиснулась к самому краю пирса, чтобы оказаться подальше от боя и разъярённого великана. Кто-то срывался в воду почти под днищем «Сокола».
На баррикаде шло жаркое сражение: ревело пламя, обрушивались потоки воды. А на самой верхотуре, подняв здоровую руку, стоял Фир. Его же сейчас… Даже не крикнуть – слишком далеко. Где же Тофа?!
Рядом с юным форситом выросла вторая хвостатая фигурка. Дети Тоффина и умереть готовы вместе.
Да что ж такое?! А она ничем не может помочь!
– Кора-а-абль! – ворвался в её сознание крик портового служащего.
Действительно, в гавани объявилось новое судно. Неуклюже заваливаясь на бок, оно шло к пристани.
– Вот идиоты! – хмыкнул Марик. – Неужели не видят, что город осаждён?
– Это же… – Аня разглядела надпись на корме, – корабль Мечки! Он вернулся! Теперь всем хватит места!
С восточной баррикады на подмогу отряду Марика спешили несколько белькар. Девочка не была уверена, но, кажется, она разглядела среди них Аске.
– Командир, мы пришли к вам на помощь! – Точно, Аске – на ухе треугольник белой шерсти.
– Да мы-то держимся, – хмыкнул Марик. – Вот на западе вы бы пригодились.
– Здесь сражается дочь нашего павшего вождя, – с вежливым нажимом возразил белькар.
– Хорошо, – не стал спорить страж порта. – Дальнобой у вас есть?
– Аске! – Нарсу задержалась на верхушке баррикады, и белькары встретились глазами. – Лучники нуж…
Её сшибло так, что она пролетела полметра вперёд и лишь затем рухнула вниз. Аня ещё только соображала, что происходит, а Аске уже рванулся вперёд, напружинился – и поймал здоровой рукой, чуть не упав.
– Нарсу… – но Аня не посмела подбежать к подруге, потому что для двоих белькар бой отступил. Бледный Аске смотрел на лежащую у него на руках Нарсу, и из глаз его текли слёзы. Это очень не шло к его грубоватому лицу, но сейчас было неважно.
Остальные белькары замерли только на мгновение. Боевое стрекотание раздалось на баррикаде вновь. Им не нужно было отдавать приказания – они мстили за свою соплеменницу. Больше – за дочь вождя. В дело пошли луки, метательные ножи, даже копья.
А Нарсу приоткрыла глаза. Кашлянула тонкой струйкой крови.
– Аске… – больше выдохнула, чем сказала, она и улыбнулась, не разжимая губ.
Тот молча гладил её лапкой по рыжей шевелюре.
У Ани защемило сердце, в глазах защипало. Там, в пограничном лесу, и не сказать было, с какой нежностью относятся друг к другу эти двое. Там они… Рута! Рута же! Она может спасти Нарсу!
Аня огляделась – и паника сдавила горло. Руты нигде не видно. Где лазарет?! Неужели его смели желающие попасть на борт «Сокола»?! Ф-фу-у… Белые полотнища хлопали на ветру правее толпы беженцев.
– Аске! В лазарет! – крикнула Аня белькару и указала, куда нужно бежать.
Тот, видно, не сразу понял, о чём речь, но взор его быстро прояснился. Высвободив раненую лапу из повязки, скривившись, он перехватил ею Нарсу. Повязка тут же пропиталась кровью, но белькар не обратил на это внимания. Бережно держа свою ношу, Аске побежал к лазарету.
Аня метнулась к импровизированным палаткам:
– Рута! Вы Руту не видели? Целительницу?
Незнакомая медсестра покачала вытянутой головой.
– Рута!
Лица. Незнакомые. Не знающие.
– Ты чего шумишь? – низкорослая пухлая фигурка преградила девочке дорогу.
– Кэхи!
– Чего шумишь, говорю? – нахмурилась выдринга. – И без тебя шуму хватает.
– Кэхэтис, где Рута? В Нарсу попала стрела…
– Не тарахти. Рута оперирует, – выдринга махнула в сторону самой устойчивой палатки.
– Но… Нарсу же может умереть!
– Тот солдатик тоже, – Кэхэтис вдруг сделалась жёсткой. – Это бой. Тут многие умирают. И я не понимаю, почему Рута должна бросить незнакомого паренька ради знакомой белькары.
И ведь Кэхи совершенно права.
К горлу подкатил комок, а глаза тут же наполнились слезами. Неужели Нарсу погибнет просто потому, что ей не повезло?!
– Давай тогда любого лекаря! – прорычал сзади Аске.
– Что тут за дрязги?! – белый полог откинулся, и показалась очень сердитая Рута. Руки и фартук её были заляпаны кровью. – Только прооперировала. Пациенту отдохнуть бы – а тут вы со своими криками!
– Рута! – Аню душили слёзы. – Нарсу! В неё попала стрела! Помоги, пожалуйста!
– Тогда ты сейчас идёшь и меняешь повязки прооперированному, – в голосе Руты зазвенела сталь.
Слова «но я же не умею» застряли в горле, и Аня, стиснув зубы, шагнула мимо целительницы в палатку.
– Эй, погоди! – Кэхэтис ухватила её за руку. – Кто ж тебе даст пациентов гробить?! – И выдринга скользнула в палатку первой.
Аня скосила глаза и увидела, что Рута уже занялась Нарсу. Слава богу! В груди запрыгал пушистый мячик. Теперь Нарсу точно спасут! Можно идти помогать Кэхэтис.
Сашка всё ещё бился на баррикаде, хотя несколько артиллеристов уже выбыли из строя. А вот у западной баррикады всё смешалось. Белёсый гигант всё ещё высился над домами, несмотря на то что его грязноватая шерсть кое-где была с подпалинами. Форситы и гоблины в нелепой броне уже смешались в общую массу дерущихся. Простые жители Фора жались к краю пристани. Те, кому совсем не светила погрузка на «Сокол», бежали на казавшийся более безопасным восточный причал.
«Звезда Севера» бросила якорь в порту, и несколько шлюпок уже почти достигли пирса.
Аня отдёрнула полог, собираясь присоединиться к выдринге, но тут раздался такой рёв, что заложило уши, а следом – грохот, от которого содрогнулась брусчатка под ногами. Девочка,
