Ему не нравился этот план. Какого черта он позволил Саре уговорить себя? Он пытался предусмотреть всевозможные меры безопасности, но отлично понимал, что риск есть всегда. Что ж, в первый и последний раз он решился на такое безумие. Завтра он сам выследит Ричарда и покончит с ним, что давно уже следовало сделать.
Внезапно Джеймс увидел, как желтый плюмаж двинулся через зал, но в толпе он не смог разглядеть партнера Сары. Поэтому он переместился влево, чтобы найти более подходящую точку обзора.
– Ваша светлость, позвольте вас поздравить!
– Миссис Фоллуэл, рад вас видеть.
Дорогу ему преградила Мелинда Фоллуэл, одна из самых близких подруг леди Аманды и такая же знаменитая сплетница, – она заговорила бы его до смерти, если бы только он ей позволил. С ее зеленого тюрбана спускался целый лес фиолетовых перьев, который загораживал ему вид на дальний конец бального зала. Он заглянул сбоку: желтый плюмаж приближался к цепочке танцующих недалеко от выхода в сад.
– Вы не могли дождаться должного срока, чтобы сыграть свадьбу, не так ли? – Миссис Фоллуэл усмехнулась. – Вот уж не знала, что вы такой прыткий. Точно такой же, как ваш отец – он был отчаянным ухажером в свои молодые годы. Однажды я провела с ним в кустах целый вечер. О Боже! – Миссис Фоллуэл начала энергично обмахивать веером внезапно раскрасневшееся лицо. Она закивала, и фиолетовые перья заколыхались, подтверждая свое согласие. – Но потом он вдруг женился на вашей матери, – продолжила разговорчивая дама. – Она была такой холодной! Безусловно, красивой, но холодной. Никто не мог понять, что он в ней нашел. Считалось, что просто для него настало время позаботиться о детской. Он-то мог не тревожиться, что она подкинет ему в гнездо кукушонка. – Миссис Фоллуэл сложила веер и слегка стукнула им по руке Джеймса. – Но кажется, вы не повторили ошибку своего отца. Судя по тому, что говорила мне леди Аманда, ваша невеста под стать вам своей пылкостью.
Эти слова привлекли внимание Джеймса.
– Простите?
– Вы же понимаете. – Миссис Фоллуэл кинула на него многозначительный взгляд и снова стала энергично обмахиваться веером. – Я про ту гостиницу. Как она называется? «Грин мэн», кажется? Аманда рассказала мне об этом у Палмерсона. Все удивлялась, почему вы так долго не можете надеть обручальное кольцо на палец этой девушки!
– Понимаю. – Джеймсу вдруг захотелось задушить леди Аманду. Он поискал ее и неожиданно увидел, как желтый плюмаж исчез за дверями, ведущими в сад.
Проклятие! Вероятно, Джеймс произнес это вслух, потому что за этим последовало возмущенное восклицание миссис Фоллуэл, когда он бросился через зал.
– Элворд, смотрите, куда идете!
– Ой, мое платье!
– Поосторожнее, нахал!
Джеймс не обращал внимания на резкие замечания и отчаянно пробивался к саду. Он сбил бы с ног любого, кто помешал бы ему, но, к счастью, никто не посмел этого сделать.
Выскочив за дверь, Джеймс помчался вниз по лестнице.
Слишком поздно! От Сары остался только смятый желтый плюмаж, втоптанный в мягкую землю тропинки.
– Джеймс! Что случилось? – К нему торопливо приближались Робби и Чарлз.
– Он увез Сару. – Джеймс принялся изучать следы на земле. – К тому же их, кажется, было двое... Нет, четверо. Четверо мужчин против одной женщины. – Джеймс подавил гнев и принялся хладнокровно и быстро соображать.
– Я поеду за ними. Они в карете, а улица так запружена экипажами, что они не могли уехать далеко. Я возьму возницу экипажа, которого Паркс оставил ждать на улице.
– Я с тобой.
– Хорошо, Чарлз. Робби, ты проводишь женщин домой?
– Я позабочусь, чтобы их отвезли, а потом поеду за вами.
Джеймс кивнул и вместе с Чарлзом бросился бежать к задним воротам.
Ворота все еще оставались распахнутыми, но в переулке было пусто – парень Паркса куда-то исчез. Из бального зала до них долетали приглушенные звуки музыки; с улицы доносились скрип колес, звон упряжи и хлопанье кнутов. Джеймс бросился по булыжной мостовой к главной улице.
– Ваша светлость. – Тяжело дыша, из густой тени вынырнул мальчуган и указал вдоль улицы. – Если поспешите, вы успеете к Руфусу – он собирается ехать за ними.
– Молодец, парень! – Джеймс бросил мальчику монетку. – Скажи Парксу, что случилось!
Джеймс подбежал к старому разбитому экипажу и ухватился за сиденье возницы как раз в тот момент, когда Руфус стал отъезжать.
– Эй! – Возница поднял кнут, целясь в Джеймса. – Отпусти, а то будет хуже.
– Это Элворд, Руфус.
Руфус прищурился, вглядываясь в лицо герцога.
– Простите, ваша светлость, не признал вас.
– Ничего. Скорей слезай, я должен их догнать.
– Хорошо, ваша светлость. – Руфус быстро спрыгнул со своего сиденья. – Следуйте за каретой, у которой сзади широкая царапина.
Джеймс взглянул вперед и кивнул.
– Я ее вижу. Спасибо тебе.
– Удачи, ваша светлость.
Руфус посторонился, и Джеймс схватился за поводья. Рядом уселся Чарлз.
– Кажется, ты не очень к этому привык, – заметил Чарлз.
– Верно. – Джеймс стегнул лошадь, и она двинулась вперед, шаркая разбитыми копытами по булыжнику. – Нам нужно догнать карету Ричарда, но нельзя оказаться слишком близко, чтобы они не догадались, что их преследуют, иначе он может что-нибудь сделать с Сарой.
– Верно. Будем надеяться, что эта кляча поможет нам хотя бы не упустить из виду экипаж Ричарда.
Маневрируя между каретами, которые ожидали своих богатых владельцев, чтобы отвезти их на очередное развлечение, Джеймс кивнул. Их злосчастная лошадь не торопилась и только с чавканьем жевала железные удила. Счастье еще, что Ричард тоже застрял в потоке движения. Если бы только Джеймс был в своей карете! Увы, все его экипажи были слишком приметными, и если бы Ричард или один из его сообщников оглянулись, они сразу сообразили бы, кто за ними гонится. В этом смысле наемный экипаж оказался куда надежнее.
– Смотри, они свернули направо! – Чарлз изо всех сил вытянул шею.
– Вижу. – Герцог дернул поводья, и лошадь неохотно повиновалась. Терпение, уговаривал себя Джеймс; однако ему было чертовски трудно проявлять терпение.
Ричард продолжал двигаться на восток. Они следовали за ним по широким улицам Мейфэра, по Пиккадилли к Хеймаркет. По мере того как они приближались к Ковент-Гарден, улицы становились все уже и пустыннее, но им удавалось держаться более или менее близко. Экипаж Ричарда находился прямо перед ними, когда они приблизились к перекрестку с Генриетта-стрит.
Ричард благополучно проскочил перекресток, но их жалкая лошаденка не успела – на всем ходу в нее врезался роскошный двухколесный экипаж, запряженный парой великолепных серых лошадей.
