— Каждый день, — улыбаясь сквозь слезы, прошептала Порция.
— А если твои опекуны подарят тебе котенка, ты назовешь его в мою честь?
Она только молча кивнула.
Он снова улыбнулся знакомой кривой улыбкой, которую она так любила. Огонь в его глазах потух, как пламя задутой свечи.
— Я хотел подарить тебе свою душу, но, боюсь, там, куда я ухожу, она будет нужнее мне самому. Не печалься, Ясноглазка. Взамен я оставлю тебе свое сердце.
Порция спрятала лицо у него на груди. Мучительный стон сорвался с ее губ — она почувствовала, как сердце Джулиана под ее ладонью вдруг перестало биться.
Глава 21
Женщины плакали.
Сидевшие на церковной скамье Каролина с Вивьен, обнявшись, рыдали навзрыд. Элоиза бегала вокруг них, играя с жемчужными бусами матери. Уилбери, присев на скамью возле Вивьен, сочувственно поглаживал руку своей госпожи.
— Не думала я, что такое случится. А ты? — пробормотала Каролина, утирая платком с монограммой покрасневший нос.
Вивьен покачала головой, в голубых глазах ее стояли слезы.
— Единственное, что меня успокаивает, это то, что в такой день мы можем быть рядом… поддержать ее, — вздохнула она.
Каролина похлопала сестру по руке.
— Нелегко терять того, кого ты любишь.
Вивьен кивнула:
— Особенно когда он так тебе дорог, правда?
Разыгравшаяся Элоиза, о которой все забыли, вскарабкалась с ногами на церковную скамью и принялась с любопытством разглядывать серьезные лица взрослых. Видимо, общее настроение подействовало и на нее, потому что малышка тоже захлюпала носом.
Впрочем, ненадолго. В дверях церкви появился высокий мужчина, и собравшиеся вздрогнули, когда торжественную тишину прорезал ликующий вопль:
— Дядя Джулс! — Взвизгнув от радости, Элоиза протянула к нему пухлые ручонки.
Джулиан, рассмеявшись, подхватил ее на руки.
— Привет, тыковка! Скучала без своего дядюшки?
Элоиза, кивнув, положила голову ему на плечо.
— О, ради всего святого! — Каролина сделала страшные глаза. — Вы же только что виделись за завтраком!
Джулиан шутливо расшаркался.
— Ничего не могу поделать! Дамы просто не могут жить без меня!
— Наслышана, — ехидно усмехнулась Каролина.
Ларкин, вытащив из жилетного кармашка часы, нахмурился:
— По-моему, ты опаздываешь. Честно говоря, мы уже решили, что ты удрал на континент.
— Нужно было помочь Уилбери. Надеюсь, вы не забыли, что я обязан старому мошеннику жизнью.
— Разве я могу об этом забыть? — покачал головой Ларкин. — Я и опомниться не успел, как он отпихнул Порцию в сторону и принялся, как одержимый, колотить тебя по ребрам. Оказалось, этому трюку он научился на полях сражений, когда еще мальчишкой участвовал в войне. Слава Всевышнему, Уоллингфорд прихватил с собой врача. Если бы ему не удалось остановить кровотечение… — Ларкин не договорил, но остальные, переглянувшись, невольно поежились, точно от его недосказанных слов дохнуло холодом.
Один из сидевших позади них, видимо, устав прислушиваться к их разговору, вытянул шею.
— Вы об Уоллингфорде? — не утерпел он. — Ходят слухи, что бедняга окончательно спятил. Бормочет о каких-то кровососах, которые бродят по улицам Лондона, представляете? Рехнулся, не иначе! Говорят, его пришлось отправить в Бедлам, иначе натворил бы он тут дел!
Ларкин с Джулианом обменялись многозначительным взглядом. Оба с трудом скрывали удовлетворение.
А их собеседник, ничего не заметив, продолжал трещать:
— Уоллингфорд клянется и божится, что собственными глазами видел, как Кейн прикончил какую-то женщину — хотя тело так и не было найдено и никто из тех, кто был тогда с ним, не смог подтвердить его слова. Все твердят, что, мол, было темно и они ничего не видели, пока Уоллингфорд не выхватил из руки у констебля пистолет и не принялся палить. Боюсь, бедняге долго придется сидеть взаперти. Хотя, думаю, ему еще здорово повезло — пусть радуется, что его не вздернули за убийство невинного человека.
Выразительно подмигнув, мужчина вновь уселся на свое место.
— Что-то я не припомню, когда меня в последний раз так называли, — ухмыльнулся Джулиан.
Потом обернулся к алтарю, где его терпеливо дожидались Катберт с Эйдрианом. Джулиан так и не смог отдать предпочтение одному из них и в результате принял соломоново решение, пригласив в шаферы сразу обоих.
Кабби нервно теребил галстук. Рядом с ним Эйдриан казался особенно невозмутимым. Расправив плечи и заложив руки за спину, он спокойно дожидался появления жениха. Джулиан усадил Элоизу на колени матери и, помахав им рукой, направился к алтарю.
При виде Джулиана из груди Катберта вырвался шумный вздох облегчения.
— Слава Богу, ты здесь, Джулс! Выручай! — взмолился он. — Кажется, я так и не научился завязывать эту чертову штуку!
Джулиан, ухмыльнувшись, осторожно отвел в сторону трясущиеся руки приятеля и несколькими ловкими движениями привел в порядок сбившийся набок галстук.
— Вот теперь ты выглядишь как настоящий джентльмен. Твой отец гордился бы тобой.
Катберт просиял. Губа его уже успела зажить, только под бровью виднелся небольшой шрам.
Джулиан сокрушенно покачал головой:
— Из всего, что я натворил в бытность свою вампиром…
— Брось! — отмахнулся Кабби. — Подумаешь, фингал под глазом! Да ради того, чтобы избавиться от проповедей моего папаши, я бы и не на такое пошел!
Похлопав приятеля по плечу, Джулиан занял свое место рядом со старшим братом.
— Я уже говорил сегодня, как я горжусь тобой? — не поворачивая головы, бросил через плечо Эйдриан.
Джулиан вытаращил на него глаза:
— Помнится, еще несколько дней назад ты стрелял в меня из арбалета!
— Но я ведь промахнулся, верно?
— И, как я понимаю, не случайно?
Эйдриан продолжал смотреть прямо перед собой. Игравшая на его губах улыбка напомнила Джулиану, что, несмотря на дружбу, у каждого из них имеются свои секреты.
— Знаешь, последние три недели у меня руки чесались пристрелить тебя за то, что ты поставил Уилбери дежурить у дверей спальни Порции. — Джулиан тяжело вздохнул. — А мне-то казалось, я хорошо понимаю, что такое вечность…
— Сказать по правде, я был немало удивлен, что ты не сделал попытки пробраться к ней в спальню через окно.
